Время остановиться

Это была поздняя темная ночь. Звезды и луна скрылись за плотными облаками, не желая освещать улицы и крыши домов. Даже уличные фонари давно погасли, ведь в это время весь город уже крепко спал. Лишь в небольшом окошке одного единственного дома на окраине горел тусклый желтый свет. Это плавилась одинокая свеча, оставленная на случай, если гостье этого дома захочется посетить уборную или выпить стакан воды. Ведь гостье часто не спалось по ночам. Хотя ей и нужен был отдых, но острые боли в области груди и живота часто заставляли её долго ворочаться в постели, а затем вставать и несколько часов бесцельно бродить по дому. Множество таких ночей она провела в попытках выйти на улицу, подышать свежим воздухом и прогуляться, но каждый раз хозяин дома Альбедо, будто карауля её всю ночь, останавливал девушку у самой двери и заботливо отводил обратно в кровать. Чтобы скрасить мучительно долгие бессонные ночи своей гостьи, юноша сидел и беседовал с ней до тех пор, пока она, наконец, не заснет.

Но сегодня на протяжный скрип старой двери никто не пришёл. Люмин удивлённо оглянулась, но в прихожей было все так же пусто.

- Альбедо, наверное, спит, - прошептала заспанная Паймон и потерла глаза, - и нам пора, Люмин. Тебе нужно отдыхать, помнишь?

Девушка покачала головой и смело распахнула дверь. Прохладный ночной воздух ударил в лицо, и она вдохнула его полной грудью. Возле сердца закололо и Люмин на секунду согнулась, крепко сжав дверной косяк тонкими бледными пальцами. Чувство радости от долгожданной свободы, бодрящая прохлада и чистое любопытство оказались для Люмин слишком выматывающими.

- Постой, куда ты!? - Паймон беспокойно заметалась в воздухе, клонясь в сторону соседней двери.

На её крик так же никто не отреагировал. Испуганная кроха толкнула дверь в комнату Альбедо, но там было пусто.

- Я знаю, где он, - улыбнулась Люмин и кивнула в сторону штаба Ордо Фавониус, - давай сходим к нему и спросим почему он еще не в своей постели.

***

Алхимическая лаборатория находилась глубоко под штабом. Чтобы спокойно проводить эксперименты, Альбедо требовались тишина и полная отстраненность от всего Мондштадта. Поэтому его владения были больше похожи на старое мрачное подземелье, по которому рыцари не особо любили ходить. Они спускались сюда только для очень важных сообщений. Но если выпадал шанс, то они передавали всю информацию в свертках через Рыцаря Искорку Кли, которая спокойно бегала туда по двадцать раз на дню, чтобы навестить братика.

Альбедо стоял за столом и медленно, по каплям, переливал темно-красную кровь из пробирки в стоящую на огне пузатую колбу. В ней уже бурлило прозрачное вещество, которое, при соприкосновении с кровью начинало пузыриться и шипеть. Образовавшийся порошок оседал на дне. Юноша внимательно наблюдал за этим и временами оставлял короткие заметки в своем блокноте.

- Сахароза, я же отпустил тебя домой, - не отрываясь от процесса, строго напомнил Альбедо, - тебе тоже нужно иногда высыпаться.

- Д-да, мистер Альбедо. Но я хочу помочь вам.

Девушка на секунду замялась, пытаясь подобрать нужные слова. Она переступила с ноги на ногу, поправила очки и, отдернув халат, наконец сказала:

- Я ведь... Я ведь тоже беспокоюсь о Люмин.

- Я чувствую себя уже лучше.

Сахароза и Альбедо резко обернулись. В дверях, облокотившись о крохотный столик, стояла Люмин и слабо улыбалась. Учёный тут же погасил горелку и мгновенно оказался возле девушки. Он мягко подхватил её за локоть и подвёл к стулу.

- Я бы и сама справилась с этим, Альбедо, - усмехнулась Люмин.

Юноша посмотрел на Паймон, и та резко замахала ручками.

- Я пыталась её остановить, но ты же знаешь. Как что в голову взбредет, так...

- Зачем ты пришла сюда? Тебе нужно больше отдыхать, ты плохо спишь, - перебил Альбедо, недовольно смотря на девушку.

Сахароза и Паймон переглянулись. Без слов они тихонько покинули лабораторию. Тем не менее далеко они не ушли, а уютно пристроились у прикрытой двери, пытаясь услышать разговор.

- Тебе тоже нужно больше отдыхать, - негромко, но настойчиво сказала Люмин, смотря юноше прямо в глаза, - и ты тоже плохо спишь.

Альбедо нахмурился и, не ответив, вернулся к своему столу. В кабинете снова загудела горелка. Точными и быстрыми движениями учёный переливал одну жидкость в другую, стучал посудой и ссыпал разноцветные порошки на чашечки настольных весов. Теперь он делал это резко и даже грубо. Иногда алхимик делал паузы, записывал данные в блокнот и перечитывал свои же недавние заметки. В одну из таких пауз Альбедо вновь заговорил:

- Я не могу спать, пока не узнаю что с тобой случилось.

Люмин медленно поднялась со стула и сделала шаг к юноше, но тот остановил её жестом. К столу нельзя было подходить никому, кроме него и его лаборантов. Сам же Альбедо даже не обернулся. Выждав минуту, он вновь взялся за колбы.

- Альбедо. Это все бесполезно, - девушка грустно посмотрела на белоснежный халат учёного, - давай просто отдохнём, погуляем по Мондштадту, соберём цветы и травы, поедим картофельных оладий. Давай просто проведём это время вместе.

Юноша продолжал заниматься своими делами. Казалось, что он полностью игнорирует слова Люмин. Но на самом деле его руки задрожали. Альбедо остановился и прикрыл глаза. Жидкость в колбе активно бурлила, ожидая очередную порцию крови подопытного, но парень не мог заставить себя взять пробирку. Не мог заставить себя продолжать эти бессмысленные действия, которые не приносили совершенно никакого результата. День за днем он проводил в лесах и горах, собирал травы, счищал элементальные следы с камней и цветов, закупоривал новые и новые банки с образцами. Писал бесконечное количество писем в Сумеру с просьбами найти еще хоть что-нибудь, что могло бы помочь ему. Делал все, пытаясь найти лекарство. Но до сих пор все его попытки были тщетными. Цветы продолжали увядать.

- Люмин. Я обещал, что найду причину твоей болезни и исцелю тебя. И я выполню свое обещание, - твердым голосом ответил Альбедо.

- Я умираю, Ал.

- Нет, не умираешь.

Он едва сдерживал свой гнев. Он не хотел это слышать, он не хотел даже думать об этом. Столько лет молодой алхимик изучал этот мир, разрушал и создавал, внедрялся в самый эпицентр мироздания, отыскивая там новые и новые крупицы всего сущего. Строил теории и проводил миллион экспериментов каждый день своей жизни. И сейчас, именно сейчас, он просто не мог опустить руки. Он не хотел их опускать.

- Ты не умрёшь, Люмин, - прошептал юноша и повернулся к девушке, - я не позволю.

В его лазурных глазах сверкнули слезы, но лицо оставалось серьёзным. Злость переросла в ощущение полной беспомощности. Он говорит это, но совершенно не представляет как воплотить сказанное. Разочарование в самом себе, в мире, в науке. Все эти чувства поглотили его и заставили содрогнуться перед лицом смерти.

Люмин развела руки в стороны, приглашая упертого учёного в свои объятия. Альбедо послушно подошёл и крепко прижал к себе путешественницу. Она уткнулась носом в его грудь и тяжело вздохнула. Услышав этот болезненный вздох, сердце алхимика забилось чаще. Он держал в руках хрупкий белоснежный цветок, лепестки которого вот-вот опадут. Как бы его не поливали дожди, какими бы удобрениями не кормила земля, этот цветок становится слабее с каждым днем. Даже солнце не в силах исцелить его своим светом.

- Ты ведь ещё не обошла весь мир, - вдруг заговорил Альбедо, - не встретила всех Архонтов, не попробовала все блюда, которые хотела. Ты ещё не нашла своего брата.

Люмин вздрогнула, и лёгкая улыбка слетела с бледных губ. Силы мгновенно покинули её, и девушка обмякла в руках алхимика. Альбедо поспешил вновь посадить её на стул. Большие, но полные печали глаза, посмотрели на юношу.

- Пойдем домой, Альбедо. Пожалуйста. Я хочу спать, - почти неслышно попросила Люмин.

До дома Альбедо нёс девушку на руках. Они не говорили и не смотрели друг на друга. Паймон тихо летела позади, изредка посматривая через плечо юноши на свою подругу. Люмин слабо улыбалась ей, но стоило малышке исчезнуть из поля зрения, как грусть снова окутывала девушку.

Свеча в прихожей почти догорела, когда они вернулись. Альбедо уложил Люмин в кровать и подал ей стакан воды, разведенной с каким-то лекарством. Она послушно его выпила и закрыла глаза. Несколько минут Альбедо сидел на краю кровати, вслушиваясь в тяжёлое дыхание своей подруги. Он ни на секунду не переставал думать о том, как помочь ей.

На той неделе, по запросу Лизы, из пустыни Сумеру прибыло несколько образцов яда и микроорганизмов. Местные учёные, исходя из описанных Альбедо симптомов, выбрали все возможные варианты, но единого мнения все же не дали. Так же вместе с образцами пришло письмо от Тигнари, давнего друга Люмин. В нем он обещал самолично изучить все места, в которых побывала их дорогая подруга и собрать все возможные данные, которые будут полезны алхимику. Однако это все чем они могут помочь.

Самые великие умы Тейвата разводили руками. Но Альбедо не останавливался и продолжал вновь и вновь изучать все доступные ему материалы.

- Я обязательно спасу тебя, - прошептал юноша, крепко сжимая руку давно уснувшей девушки, - я найду способ.

Он опустил голову и его плечи затряслись. Из глаз быстро покатились слезы. Альбедо продолжал крепко держать руку своего цветка и плакал от собственного бессилия. От бессилия всего мира перед лицом смерти. Девушка крепко спала и, возможно, видела мирный светлый сон, в то время как в нескольких сантиметрах от неё сидел человек, который изо всех сил боролся с поглощающим его горем.

Под утро он ушёл к себе, но так и не смог сомкнуть глаз. Юноша сидел за своим столом и неустанно листал все книги по медицине, которые у него были. Перечитывал свои журналы, письма из Академии, заметки Лизы и рецепты Бай Чжу. Расписывал свои следующие эксперименты, проводил расчёты и составлял списки необходимых для исследования материалов.

Он собирал всю доступную ему информацию и не заметил за своей спиной заплаканную Паймон, которая держала в руке белоснежную заколку в виде лилии.