Глава 65

Вечером Эмир был готов раньше обычного.

Он переоделся в тёмные брюки, светлую рубашку и лёгкий пиджак.

Спустился в холл.

И стал ждать.

Время от времени поглядывая на лестницу.

Через несколько минут послышались шаги.

Айсу спускалась вниз в светлом платье до колен и лёгком пальто.

Волосы были распущены.

Увидев её, Эмир невольно замер на несколько секунд.

Она заметила его взгляд.

— Что?

Он слегка улыбнулся.

— Ничего.

— Опять смотришь.

— Есть такое.

Она тихо покачала головой.

— Пойдём?

— Пойдём.

⸻

Сначала они заехали в один из самых известных бутиков Стамбула.

Айсу удивлённо посмотрела на него.

— Мне ничего не нужно.

— Я знаю.

— Тогда зачем мы здесь?

— Просто посмотрим.

Она тихо усмехнулась.

— Ты не умеешь «просто смотреть».

Он сделал вид, что не услышал.

Пока она рассматривала витрины, Эмир незаметно попросил консультанта отложить несколько вещей, на которые Айсу задерживала взгляд чуть дольше остальных.

Она этого даже не заметила.

⸻

Потом они поужинали в небольшом ресторане на крыше.

Без камер.

Без журналистов.

Без деловых разговоров.

Впервые за долгое время они просто смеялись.

Вспоминали детство.

Спорили о какой-то ерунде.

И Айсу поймала себя на мысли, что за последние дни впервые перестала постоянно думать о том разговоре с родителями.

⸻

После ужина Эмир неожиданно предложил:

— В кино?

Она удивилась.

— Ты вообще ходишь в кино?

— Иногда.

— Не верю.

— Тогда сегодня поверишь.

Она улыбнулась.

— Хорошо.

Они выбрали самый поздний сеанс, чтобы в зале почти никого не было.

Айсу несколько раз тихо смеялась над фильмом.

Эмир почти не смотрел на экран.

Гораздо чаще он смотрел на неё.

И каждый раз незаметно улыбался.

⸻

Когда они вышли из кинотеатра, город уже утопал в вечерних огнях.

Они медленно пошли по улице.

Мимо витрин.

Кафе.

Небольших бутиков.

Разговаривая обо всём подряд.

И вдруг...

Айсу остановилась.

Совсем неожиданно.

Эмир сделал ещё несколько шагов вперёд и только потом понял, что она больше не идёт.

Он обернулся.

Она стояла перед одной из витрин.

Не двигаясь.

Эмир подошёл ближе.

— Что такое?

Айсу ничего не ответила.

Она смотрела в стекло.

За витриной стояло совсем маленькое платье.

Нежно-розовое.

С маленькими белыми цветами на юбке.

Совсем детское.

Наверное, на девочку трёх-четырёх лет.

Айсу едва заметно улыбнулась.

— Какое красивое...

Произнесла она почти шёпотом.

Эмир перевёл взгляд на платье.

Потом снова на неё.

— Нравится?

Она кивнула.

— Очень.

Несколько секунд она просто молча рассматривала его.

Потом тихо сказала:

— Представляешь...

Какая-нибудь маленькая девочка наденет его и будет чувствовать себя настоящей принцессой.

В её голосе прозвучало столько тепла, что Эмир невольно задержал взгляд на её лице.

Он никогда раньше не видел её такой.

Она словно на мгновение забыла обо всём.

О работе.

Об опасности.

О слухах.

И просто с искренним восхищением смотрела на маленькое платье.

Эмир ничего не сказал.

Лишь молча наблюдал за ней.

И вдруг поймал себя на неожиданной мысли.

Ему очень шло видеть Айсу именно такой.

Спокойной.

Мягкой.

С тёплой улыбкой.

Она ещё несколько секунд смотрела на витрину.

Потом тихо вздохнула.

— Пойдём?

Эмир кивнул.

— Пойдём.

Но прежде чем уйти, он ещё раз мельком посмотрел на маленькое розовое платье.

И почему-то запомнил его.

Они продолжили прогулку.

Айсу уже снова рассказывала что-то о фильме, который они только что посмотрели.

Иногда смеялась.

Иногда спорила с ним.

Эмир слушал.

Кивал.

Но мыслями всё ещё оставался возле той витрины.

Перед глазами стояло маленькое розовое платье.

И то, как тепло Айсу на него смотрела.

Сам того не желая, он на мгновение представил совсем другую картину.

Тихий дом.

Детский смех.

Маленькие шаги по длинному коридору особняка.

Айсу, которая смеётся так же искренне, как несколько минут назад у витрины.

И маленькая девочка в таком же нежно-розовом платье.

Он неожиданно остановился.

Собственные мысли показались ему слишком смелыми.

Слишком далёкими.

— Эмир?

Айсу обернулась.

— Ты чего остановился?

Он быстро пришёл в себя.

— Ничего.

— Опять задумался?

Он едва заметно улыбнулся.

— Немного.

Она подозрительно прищурилась.

— И о чём же?

Он посмотрел на неё.

На секунду ему захотелось сказать правду.

Но вместо этого спокойно ответил:

— О будущем.

Она ничего не заподозрила.

Лишь кивнула.

— Иногда это полезно.

Они снова пошли вперёд.

А Эмир мысленно покачал головой.

«Нет...»

«Не сейчас.»

Он слишком хорошо понимал, в каком положении они находятся.

За ними продолжали охотиться.

Джемаль всё ещё был на свободе.

Каждый их день сопровождался охраной.

Каждый выезд тщательно планировался.

В таких условиях нельзя было позволять себе мечтать о том, что пока было слишком далеко.

О семье.

О детях.

О спокойной жизни.

Он заставил себя отбросить эти мысли.

Пока рано.

Сначала он должен закончить всё, что угрожало им.

Сначала — безопасность.

И только потом...

Если судьба позволит...

Он снова посмотрел на Айсу.

Она шла рядом, что-то рассказывая и время от времени жестикулируя.

Он невольно улыбнулся.

Одну мысль он всё же не смог прогнать.

Ему вдруг очень захотелось однажды увидеть её такой же счастливой, какой она была у витрины с тем маленьким розовым платьем.

И ради этого он был готов сделать всё, что было в его силах.

Они ещё долго гуляли по вечернему Стамбулу.

Айсу старалась не подавать виду.

Улыбалась.

Разговаривала.

Иногда останавливалась у витрин.

Но спустя почти час прогулки шаг её стал заметно медленнее.

Эмир наблюдал за ней уже несколько минут.

Она по-прежнему держалась уверенно.

Только иногда совсем незаметно переносила вес с одной ноги на другую.

И каждый раз, когда думала, что он не смотрит, едва морщилась.

Он всё понял.

— Айсу.

Она повернулась.

— Что?

— Ноги болят?

Она сразу покачала головой.

— Нет.

— Врёшь.

Она улыбнулась.

— Совсем чуть-чуть.

— Совсем чуть-чуть — это сколько?

— Нормально.

Дойду.

Эмир посмотрел на её туфли.

Высокие каблуки.

Потом снова на неё.

— Достаточно.

Она не поняла.

— Что?

Он спокойно подошёл ближе.

— Мы идём к машине.

— Конечно.

Она уже сделала шаг вперёд.

Но вдруг почувствовала, как земля буквально ушла из-под ног.

Эмир без всяких предупреждений поднял её на руки.

Айсу тихо ахнула.

— Эмир!

Она машинально обхватила его за шею.

— Что ты делаешь?!

Он даже не посмотрел на неё.

— Несу тебя.

— Я сама могу идти!

— Можешь.

Спокойно ответил он.

— Но тебе больно.

— Нет...

— Айсу.

Он перевёл на неё взгляд.

— Не спорь хотя бы сейчас.

Она хотела возразить.

Но встретилась с его спокойными глазами.

И только тяжело вздохнула.

— Люди смотрят...

— Пусть.

— Эмир...

— Что?

— Мне неудобно.

Он едва заметно улыбнулся.

— А мне спокойно.

Она закатила глаза.

— Ты невозможный.

— Уже слышал.

Несколько прохожих действительно оборачивались.

Кто-то даже улыбался, глядя на них.

Айсу окончательно смутилась и тихо уткнулась лицом ему в плечо.

— Вот теперь вообще замечательно.

Усмехнулся Эмир.

— Теперь тебя точно никто не узнает.

Она легонько ударила его ладонью по груди.

— Не смешно.

— Очень смешно.

— Поставь меня.

— Нет.

— Эмир...

— Пока не дойдём до машины.

Она поняла, что спорить бесполезно.

Поэтому только тихо пробормотала:

— Упрямый.

— Да.

— Самовлюблённый.

— Возможно.

— Невыносимый.

— Продолжай.

Она невольно улыбнулась.

— Ты специально меня злишь.

— Зато ты перестала думать о том, что у тебя болят ноги.

Айсу замолчала.

Потому что он оказался прав.

Пока она спорила с ним, действительно перестала обращать внимание на усталость.

Через несколько минут они дошли до подземной парковки.

Эмир аккуратно поставил её возле машины, придерживая за талию, пока она не почувствовала опору.

— Осторожно.

Она посмотрела на него снизу вверх.

— Спасибо...

Это прозвучало совсем тихо.

Он открыл перед ней дверь автомобиля.

— Домой?

Айсу немного подумала.

Потом покачала головой.

— Нет.

Он удивлённо поднял бровь.

— Нет?

Она улыбнулась уже искренне.

— Давай ещё немного покатаемся по городу.

Сегодня не хочется, чтобы вечер так быстро заканчивался.

Эмир ничего не ответил.

Лишь сел за руль.

Завёл двигатель.

Машина плавно выехала с парковки, растворяясь в огнях ночного Стамбула.

И впервые за последние недели им обоим показалось, что этот вечер принадлежит только им.

Машина неспешно ехала по вечернему Стамбулу.

За окнами мелькали огни набережной.

Музыка играла совсем тихо.

Айсу рассказывала какую-то забавную историю из офиса.

Как один из новых сотрудников перепутал документы.

Эмир усмехнулся.

— И что потом?

— Потом весь отдел два часа искал папку, которая всё это время лежала у него на столе.

Он тихо рассмеялся.

— Представляю.

— Он молчал секунд тридцать.

— А потом?

— Потом сказал, что, если тот ещё раз потеряет документы, работать будет в архиве.

Эмир покачал головой.

— Это на него похоже.

Они оба улыбнулись.

Несколько минут в машине снова было легко.

Спокойно.

Но потом Айсу неожиданно замолчала.

Она отвернулась к окну.

И снова ушла в свои мысли.

Эмир заметил это сразу.

Уже не в первый раз за последние дни.

Она будто забывала, что он рядом.

Смотрела куда-то вдаль.

О чём-то напряжённо думала.

Он понимал.

Её мучил тот разговор.

Не работа.

Не Джемаль.

Именно тот вечер с родителями.

Он чувствовал это.

⸻

Минут пять они ехали молча.

Потом Эмир негромко сказал:

— Ты опять далеко.

Айсу вздрогнула.

— Что?

— Я здесь.

Он слегка постучал пальцами по рулю.

— А ты сейчас где-то совсем в другом месте.

Она грустно улыбнулась.

— Наверное...

— Не наверное.

Точно.

Она ничего не ответила.

Эмир ещё несколько секунд молчал.

Потом неожиданно свернул на небольшую смотровую площадку с видом на ночной Босфор.

Заглушил двигатель.

В машине стало совсем тихо.

Айсу вопросительно посмотрела на него.

— Почему мы остановились?

Он повернулся к ней.

— Потому что я устал делать вид, что ничего не замечаю.

Она опустила глаза.

— Эмир...

— Нет.

Сегодня послушай меня.

Он говорил спокойно.

Без раздражения.

Без приказного тона.

— Уже почти неделю ты живёшь рядом со мной.

Но мыслями постоянно где-то далеко.

Ты улыбаешься.

Разговариваешь.

Даже смеёшься.

Но потом в один момент будто исчезаешь.

Он сделал короткую паузу.

— И каждый раз я понимаю, что тебя снова мучает одна и та же мысль.

Айсу почувствовала, как сердце забилось быстрее.

Она ничего ему не рассказывала.

Но он всё равно понял.

Эмир тихо продолжил:

— Я не знаю, что именно тебе сказали родители.

И не буду спрашивать.

Пока сама не захочешь рассказать.

Но...

Он впервые за вечер отвёл взгляд.

— Мне тяжело смотреть, как ты пытаешься справиться с этим одна.

Айсу медленно повернулась к нему.

В её глазах появилась растерянность.

— Я не хотела, чтобы ты переживал.

Он слабо улыбнулся.

— Поздно.

Я уже переживаю.

Именно эти простые слова заставили её опустить голову.

Она вдруг поняла, что всё это время старалась защитить его от своих сомнений.

А получилось наоборот.

Сделала ему больно своим молчанием.

Она тихо прошептала:

— Прости...

Эмир покачал головой.

— Не извиняйся.

Просто...

Он осторожно взял её за руку.

— Не неси всё одна.

Каким бы ни был этот разговор...

Ты больше не одна.

Айсу долго молчала.

Эмир не торопил её.

Он всё так же держал её за руку, ожидая, пока она сама решится.

Наконец она глубоко вдохнула.

— Родители... позвали меня не просто на ужин.

Эмир внимательно посмотрел на неё.

Она продолжила, не поднимая глаз.

— Они сказали, что уже разговаривали с господином Фаруком.

Он ничего не ответил.

Лишь слушал.

— Они считают...

Что если мы оба согласимся...

То семьи готовы официально объявить о нашей свадьбе.

В машине повисла тишина.

Эмир не выглядел удивлённым.

Айсу этого не заметила.

Она слишком была занята собственными мыслями.

— И что ты ответила?

— Что подумаю.

Он медленно кивнул.

— Понятно.

Она нервно переплела пальцы.

— Но я уже всё решила.

Эмир посмотрел на неё.

— Нам лучше отказаться.

Он молчал.

— Не стоит так рисковать.

Она старалась говорить спокойно.

Будто речь шла о деловом решении.

— Сейчас и так весь город считает нас почти мужем и женой.

Если мы сами подтвердим эти слухи...

Все начнут следить за нами ещё сильнее.

Она сделала короткую паузу.

— Это ударит по твоей репутации.

По компании.

По семье Эргин.

Эмир всё ещё молчал.

Айсу продолжила, будто убеждала не его, а саму себя.

— Не нужно этого делать.

Пожалуйста.

Я не хочу, чтобы ты принимал такое решение...

Из-за меня.

Она наконец подняла на него глаза.

— Ты согласишься только потому, что так безопаснее.

Потому что так будет проще защитить меня.

Но это неправильно.

Брак не должен быть обязанностью.

Не должен быть способом решить проблему.

Он должен...

Она запнулась.

— Должен быть по любви.

Последние слова прозвучали почти шёпотом.

Она быстро отвернулась к окну.

Чтобы он не увидел, как тяжело ей было это произнести.

— Поэтому...

Лучше сразу отказаться.

Так будет правильно.

Наступила долгая тишина.

Эмир смотрел на неё несколько секунд.

И вдруг понял.

Все эти дни она мучила себя именно этим.

Она действительно была уверена...

Что если он согласится, то только из чувства долга.

Из-за опасности.

Из-за ответственности.

Но не из-за неё самой.

Эта мысль неожиданно больно кольнула его.

Он тихо произнёс:

— Значит...

Вот что не давало тебе покоя.

Айсу ничего не ответила.

Она лишь едва заметно кивнула.

Ей казалось, что она наконец сказала всё.

И теперь станет легче.

Но она не знала...

Что Эмир впервые собирался ответить ей совсем не так, как она ожидала.

Эмир не отвёл взгляда.

Несколько секунд он просто смотрел на неё.

Потом тихо спросил:

— Ты правда думаешь, что я способен жениться только из чувства долга?

Айсу медленно закрыла глаза.

— Да.

Ответ прозвучал почти сразу.

Без колебаний.

— Потому что ты именно такой.

Она повернулась к нему.

— Ты всегда сначала думаешь о других.

Потом о компании.

Потом о семье.

И только в самом конце — о себе.

Он ничего не сказал.

Она продолжила:

— Если завтра тебе скажут, что это единственный способ обезопасить меня...

Ты согласишься.

Даже если...

Она запнулась.

— Даже если сам этого не хочешь.

Эмир опустил взгляд.

Она говорила о нём.

Но одновременно совершенно его не понимала.

И это было больнее всего.

Он тихо выдохнул.

— Айсу...

— Нет.

Она покачала головой.

— Не нужно ничего объяснять.

Я уже всё решила.

Лучше остановить эти разговоры сейчас.

Пока никто ничего официально не объявил.

Пока всё ещё можно просто сказать «нет».

Она грустно улыбнулась.

— Так будет легче всем.

Эмир смотрел на неё.

Потом неожиданно усмехнулся.

Совсем тихо.

Айсу нахмурилась.

— Что?

Он покачал головой.

— Ты ведь действительно ничего не замечаешь.

— О чём ты?

Он повернулся к ней всем корпусом.

— Ты сказала одну фразу.

И за эти несколько дней повторила её уже раз десять.

Она вопросительно посмотрела на него.

— Какую?

— «Ты согласишься только ради моей безопасности».

Он сделал небольшую паузу.

— Почему ты настолько уверена, что другой причины быть не может?

Айсу растерялась.

— Потому что...

Она замолчала.

Потому что другого ответа у неё не было.

Эмир продолжил спокойно:

— Ты всё время говоришь о моих обязанностях.

О моей фамилии.

О репутации.

О компании.

Но ни разу...

Он слегка наклонился ближе.

— Ни разу не спросила меня, чего хочу я.

Айсу почувствовала, как сердце пропустило удар.

— Эмир...

Он не дал ей договорить.

— Ты сама всё решила за меня.

Решила, что знаешь мои мысли.

Решила, почему я соглашусь.

Решила, что никаких чувств здесь быть не может.

Он говорил тихо.

Но каждое слово звучало уверенно.

— И ни разу не позволила мне самому ответить.

Айсу молчала.

Она вдруг поняла...

Что действительно ни разу не спросила его.

Она просто испугалась собственного вывода.

И приняла его за истину.

Эмир смотрел ей прямо в глаза.

— Я не стану сегодня говорить тебе ни «да», ни «нет».

Не потому, что не знаю ответа.

А потому...

Он едва заметно улыбнулся.

— Ты сейчас всё равно мне не поверишь.

Она непонимающе посмотрела на него.

— Почему?

— Потому что ты слишком долго убеждала себя, что я способен думать только о твоей безопасности.

Он осторожно взял её ладонь.

— А мне сначала нужно убедить тебя в другом.

— В чём?

Эмир задержал её руку в своей.

Его голос стал совсем тихим.

— В том, что не всё в моей жизни связано с долгом.

Иногда...

Он выдержал короткую паузу.

— Человек просто хочет быть рядом с тем, кто ему дорог.

Айсу замерла.

Он не сказал слова «люблю».

Но впервые за всё время в его словах не было ни компании.

Ни семьи.

Ни безопасности.

Только они двое.

И именно это окончательно лишило её привычной уверенности.

На следующий день они снова были на благотворительном приёме.

Всё прошло спокойно.

По крайней мере, так казалось со стороны.

Но Эмир весь вечер замечал, как один из молодых владельцев крупной компании слишком часто подходил к Айсу.

Слишком долго разговаривал.

Слишком свободно улыбался.

Айсу, как всегда, отвечала вежливо.

Не больше.

Но для Эмира этого оказалось достаточно.

Он молчал до самого дома.

⸻

Как только за ними закрылась дверь особняка, Айсу сняла туфли и уже собиралась подняться наверх.

— Айсу.

Она остановилась.

— Что?

Эмир стоял в нескольких шагах.

Лицо было непривычно холодным.

— Тот мужчина.

Она сразу поняла, о ком речь.

— И что?

— Он слишком много времени провёл рядом с тобой.

Она устало вздохнула.

— Эмир...

— Я просил держаться от него подальше.

Она резко обернулась.

— Просил?

— Да.

— А я обязана тебя слушаться?

Он сделал шаг вперёд.

— Иногда — да.

Она невесело усмехнулась.

— Почему?

— Потому что я вижу то, чего не видишь ты.

— Нет.

Она покачала головой.

— Потому что ты опять ревнуешь.

Он ничего не ответил.

И этим только подтвердил её слова.

Айсу почувствовала, как накопившееся за последние недели напряжение наконец вырвалось наружу.

— Это уже переходит все границы!

Её голос стал громче.

— Я не могу спокойно поговорить ни с одним человеком!

— Потому что половина этих людей смотрит на тебя не как на коллегу.

— И что?!

Она уже почти кричала.

— Я должна перестать общаться со всеми?!

— Если это необходимо...

— Необходимо?!

Она недоверчиво рассмеялась.

— Ты вообще слышишь себя?

Эмир тоже повысил голос.

— Я просто пытаюсь тебя защитить!

— Нет!

Перебила она.

— Ты пытаешься контролировать каждый мой шаг!

В гостиной повисло тяжёлое молчание.

Потом Айсу сказала то, о чём даже не успела подумать.

Слова сорвались сами.

— Ты не имеешь права мне что-то запрещать!

Она смотрела ему прямо в глаза.

— Ты мне не парень.

Не муж.

И не можешь решать, с кем мне разговаривать!

Тишина.

Абсолютная.

Она поняла, что сказала это, только когда слова уже прозвучали.

Лицо Эмира изменилось.

Он больше не злился.

Он просто молча смотрел на неё.

Очень долго.

Айсу почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Эмир...

Тихо начала она.

Но он поднял руку, останавливая её.

Не грубо.

Спокойно.

Он отвернулся.

Провёл рукой по лицу.

И впервые за долгое время ответил совершенно тихим голосом.

— Понятно.

Только одно слово.

Без крика.

Без раздражения.

И именно это прозвучало больнее всего.

Он медленно направился к лестнице.

Не оборачиваясь.

Айсу осталась одна посреди гостиной.

Она опустилась на диван, закрыв лицо руками.

— Что же я наделала...

Прошептала она.

Потому что понимала.

Она вовсе не хотела сказать, что он ей никто.

Она лишь пыталась остановить очередную ссору.

Но слова уже нельзя было вернуть.

Прошло несколько дней.

Они помирились.

По крайней мере, внешне.

Снова вместе завтракали.

Ездили в офис.

Спорили по мелочам.

Иногда смеялись.

Но одна её фраза так и не выходила у Эмира из головы.

«Ты мне не парень. Не муж.»

Он всё чаще ловил себя на том, что вспоминает именно эти слова.

И с каждым днём они раздражали его всё сильнее.

Не потому, что она сказала это в ссоре.

А потому...

Что она была права.

Официально он действительно был ей никто.

Ни муж.

Ни жених.

Ни парень.

Человек, который жил с ней в одном доме.

Возил её на работу.

Следил, чтобы она вовремя поела.

Ревновал.

Покупал ей цветы.

Не спал ночами, если она плохо себя чувствовала.

Бросал все дела, стоило ей позвонить.

Но при всём этом...

По документам и для окружающих он не имел на неё никаких прав.

И почему-то именно сейчас это начало сводить его с ума.

⸻

Однажды вечером он сидел в своём кабинете.

Перед ним лежали документы.

Но уже минут двадцать он не прочитал ни одной строки.

Фарук, вошедший без стука, сразу это заметил.

— Работа не идёт?

Эмир даже не поднял головы.

— Нет.

Фарук сел напротив.

— Опять Айсу?

Эмир тихо усмехнулся.

— А когда было иначе?

Фарук улыбнулся.

— Что теперь?

Эмир несколько секунд молчал.

Потом неожиданно сказал:

— Меня раздражает.

— Что именно?

Он наконец поднял глаза.

— Я не понимаю, кто мы друг другу.

Фарук внимательно посмотрел на сына.

Эмир продолжил:

— Мы живём вместе.

Каждый день вместе.

Я ревную её.

Она ревнует меня, хотя никогда этого не признает.

Мы можем весь вечер смеяться...

А через час уже кричать друг на друга.

Он покачал головой.

— Иногда кажется, что мы давно вместе.

А иногда...

Будто мы просто соседи.

Он тяжело выдохнул.

— Это какая-то странная граница.

Не дружба.

Но и не отношения.

Фарук молча слушал.

— И самое ужасное...

Эмир невесело улыбнулся.

— Она права.

Я действительно не могу сказать человеку: «Не подходите к ней».

Потому что официально я ей никто.

Не муж.

Не жених.

Даже не парень.

Он замолчал.

Потом добавил совсем тихо:

— Но почему тогда меня так бесит, когда кто-то смотрит на неё?

Фарук усмехнулся.

— Потому что ты давно перестал воспринимать её как просто подругу.

Эмир опустил взгляд.

— Знаю.

— А она?

Он задумался.

— Не знаю.

Фарук поднялся.

— Знаешь, сын...

Иногда люди так долго боятся назвать свои отношения, что сами перестают понимать, где заканчивается дружба и начинается любовь.

Эмир невольно усмехнулся.

— Похоже, это про нас.

— Более чем.

Фарук направился к двери.

Но перед тем как выйти, спокойно сказал:

— Только учти одну вещь.

— Какую?

— Если ты и дальше будешь молчать...

Однажды кто-нибудь другой не испугается сделать шаг.

И тогда тебе уже будет поздно злиться, что официально ты ей никто.

Дверь закрылась.

Эмир остался один.

Он снова вспомнил тот вечер.

«Ты мне не парень. Не муж.»

И впервые поймал себя на мысли, что раздражали его не сами слова.

Раздражало то, что он больше не хотел, чтобы они были правдой.