Глава 2

Инграм.*Спустя 2 года, Инграм 19 лет.*

Весёлый гул студентов заполнял воздух, усиленный лесной акустикой. Сегодняшняя вечеринка, организованная университетом "ROSE GARDEN" — заведением с громким именем, выдающимися выпускниками и традицией устраивать пышные мероприятия по любому поводу и без этого — проходила в совершенно необычной тематике: "Развлечения, которые не дадут нам сегодня наскучить".

— Раз! Два! Пей! — оглушительно скандировала толпа, и двое парней из нашей группы, соревнуясь в скорости, принялись опустошать стаканчики с алкоголем. Среди них был Колтон Нокс, мой парень, тот самый, кто клялся мне, что сегодня будет пить умеренно. Точнее, вообще почти не будет.

Я уже раз три пыталась уговорить его не участвовать в этой идиотской затее у костра. Но я, видимо, такая же глупая, как люди, верящие в плоскую Землю, покоящуюся на слонах и черепахе. Потому что Колтон, наплевав на мои просьбы, упорно продолжал участвовать в этих состязаниях, рискуя, что его настигнет горячка.

Если этот идиот думает, что я, как преданная девушка, буду заботливо подавать ему тазик, пусть даже не мечтает! Сегодня его компанию составит лишь холодный паркет и собственные рвотные массы.

В ярости уперев руки в бока, я глубоко вдохнула. Аромат костра, потрескивающих сучьев, переплетался с запахом хвойных деревьев, влажной земли и свежего воздуха, наполняя легкие. Безумно хотелось накричать на него, на этот идиотизм, но вместо этого я просто стояла и наблюдала, как рушится очередное мое представление о нем.

Ко мне подошла моя подруга и одногруппница, Татум Кросс, с выражением крайнего неодобрения на лице.

— Не понимаю, кто из вас двоих глупее, — произнесла она, кивнув в сторону Колтона, который, судя по всему, испытывал трудности с удержанием выпитого. — Ты, за которой бегает пол университета, и все равно выбираешь его... или он, думающий, что ты его не прикончишь после такого зрелища.

Я выдохнула, но это был не выдох облегчения, а, скорее, попытка хоть немного обуздать клокочущую внутри ярость. Она накатывала волнами, обжигая изнутри и бушевая в моём нутро.

Мы с Колтоном вместе всего два месяца. До этого — просто друзья. Он предложил встречаться, и я, как ни странно, была не против. Он мне нравился, и мне показалось, что стоит попробовать. Тем более, что у нас было много общего. Под "общим" я подразумеваю общие проблемы. Оба выросли в неблагополучных семьях, где царил разлад. В его случае родители, вроде бы, вместе, но по сути живут каждый своей жизнью, и проблемы сына их мало волнуют. Мы понимали друг друга как никто другой. Как же я была наивна, когда решила, что встречаться с другом — хорошая идея. Не всегда, точно не в моем случае. Сейчас я отчетливо понимала, что если наши отношения как пары потерпят крах, то от нашей дружбы не останется и следа. Останутся лишь осколки.

— Я не знаю, что с ним делать, Тати, — мои плечи поникли, выдавая всю тяжесть разочарования. — Он не был таким... Раньше, когда мы были просто друзьями.

Я ведь рассказывала Колтону о своих страхах, особенно о неприязни к пьяным людям, после одного ужасного случая. Находиться в таком окружении для меня — это триггер, спусковой крючок для паники. Пусть я и росла в подобной среде, выработав некое подобие толерантности, и не показываю свой страх на лице, но внутри груди расползается тягучая, как смола, тревога.

— Знать человека как друга и знать его как парня — это совсем разные вещи, Ини, — она произнесла мое ласковое прозвище, приобнимая меня за плечи. — Я желаю тебе самого лучшего, потому что ты этого заслуживаешь. И Колтону чертовски повезло с такой девушкой, как ты. Несмотря на свой страх перед выпившими, ты единственная, кто рядом с ним. И в горе, и в радости, и когда его накрывает тошнотой и бессмысленнным дебилизмом. Пора и ему поставить твои предпочтения выше своих, если ваши отношения ему дороги.

— Но он и вправду изменился, — обеспокоенно призналась я, — И я беспокоюсь, хоть и злюсь на него. Но интуиция подсказывает, что с ним что-то не то. Возможно, у него снова проблемы со старшим братом, или с семьей, или вообще что-то на стороне. Это может быть что угодно, Тати.

— И это не отменяет того факта, что ты тоже человек с кучей своих проблем, очень похожих на его, — строго напомнила мне подруга. Ее слова были как холодный душ, возвращающий к реальности, но были правдой.

— Ура! — радостный вопль Грейс, словно взрыв петарды, прервал нашу с Татум откровенную беседу. — Инграм, порадуйся за своего парня! Колтон победил!

— Да кто бы сомневался, — закатила глаза Татум, скрестив руки на груди — Ну конечно, победил. В чем еще он может победить, кроме как в скоростном распитии алкоголя?

— Он просто невероятен! Победить несколько раз подряд — это не каждому под силу, — продолжала восторгаться Грейс, не обращая внимания на колкость Татум, словно Колтон совершил подвиг, достойный внесения в учебники истории.

— Только если он алкаш, — бросила Татум, отрезая восторги Грейс как ножом. Грейс в ответ наградила ее презрительным взглядом, полным нескрываемого отвращения.

— Нет. У него просто крепкий желудок, — с вызовом заявила Грейс, явно не желая признавать очевидное.

— Зато совершенно пустая черепушка, которая должна быть заполнена мозгами, если ты понимаешь, о чем я, — не унималась Татум, наслаждаясь возможностью уколоть Грейс.

Грейс Келли. Она часто бывает заносчивой, особенно когда дело касается моего парня. Но этих двоих ни в коем случае нельзя оставлять наедине, если вы не готовы к очередной Великой Отечественной войне. Иначе словесная перепалка неизбежно перерастет в нечто большее.

— Думаю, Татум, тебе не помешает выпить, — пропела Грейс, словно предлагала чудодейственное лекарство от всех бед.

— Думать — это вообще не твое, Грейси, — огрызнулась Татум, вкладывая в свое "Грейси" ноль искренней любви и максимум сарказма.

— А... — только и успела начать Грейс, но я перебила ее, понимая, что сейчас начнется очередной раунд словесной перепалки.

— Я пойду к Колтону, пока он не превратил очередную ямку, выкопанную животными, в аквапарк из содержимого своего желудка.

И я направилась к своему парню, который, озаренный беспечной улыбкой, принимал поздравления от друзей. В отличие от меня, вечно сторонящейся подозрительных и неприятных личностей, он был магнитом для всего движущегося, способный завязать разговор даже с трупом, который, будь у него такая возможность, сам бы поддержал диалог.

Так мы и познакомились на первом курсе, на лекции по высшей математике. Он с опозданием в первый же день ворвался в кабинет и плюхнулся рядом со мной. Не умолкая ни на секунду, он трещал со мной до тех пор, пока я, сорвавшись, не выпалила:

— Скажи мне, что нужно сделать, чтобы ты заткнулся и дал мне послушать лекцию?!

— Как минимум дать номер телефона, детка, — недолго думая ответил он, ослепительно улыбаясь.

Я так и сделала, надеясь, что этого будет достаточно. Но разве ему было достаточно чего-то "как минимум"? Он преследовал меня везде, где только мог, пока я, наконец, не увидела то, что заставило мое сердце немного, но все же открыться для него. Это случилось в тот день, когда я поздно возвращалась домой после ночной смены в клубе. Он жил в нескольких кварталах от меня, и, проходя мимо его дома, я стала свидетельницей жуткой сцены. Он стоял посреди улицы, а на него, разъяренный, надвигался его отец.

— Я убью тебя! Я же тебя создал, я тебя и убью! — кричал отец, едва не набрасываясь на Колтона.

— В день, когда меня решили зачать, мир должен был содрогнуться, а потолок — обвалиться на вас! — огрызнулся Колтон совсем не ласковым тоном.

— Что ты сказал?! Это ты так благодаришь меня за все эти годы?! Забирай свой мусор и выметайся из моего дома! Отныне даже твоему упавшему волоску здесь не рады!

— Отлично! Сегодня же и уйду! Видеть вас больше не могу, не то что бы звать вас родителями! — выпалил он в ответ, выкатывая чемодан с вещами из дома.

Я как вкопанная остановилась посреди дороги, словно парализованная. Боялась даже вздохнуть, не то что пошевелиться. Когда он направился в мою сторону и заметил меня, от его взрывного характера не осталось и следа. Передо мной стоял тот же самый парень, что пытался завязать со мной диалог на математике.

— Охх, детка, неужели меня искала? — игриво спросил он, ребячески улыбаясь.

Я никогда бы не подумала, что за этими горящими весельем глазами и улыбкой, в ответ на которую и самой хочется улыбнуться, скрываются проблемы в семье и, возможно, еще много всего, о чем я даже не подозреваю. Впервые в жизни я почувствовала, как понимаю чувства другого человека, поэтому, совершенно ошарашенно, подошла к нему и обняла.

— Всё хорошо, я рядом, — этих слов было достаточно, чтобы он обнял меня в ответ, и его тело начало содрогаться.

Я уже и не помню, когда плакала в последний раз. Это было так давно, и тогда это было так часто и много, что казалось, во мне больше не осталось той соленой воды, текущей из глаз. И когда я услышала знакомый звук всплиха от него, я запаниковала и попыталась посмотреть на него. В ответ он только сильнее прижал меня к себе и прошептал:

— Нет, пожалуйста, не ставь меня в еще более неловкое положение.

Я отступила и просто стояла, поглаживая его спину. В тот день я тайком привела его к себе домой, пока моя мама проводила очередную ночь с новым мужчиной, и больше он не появлялся в своем доме. — Ини, детка! — радостно воскликнул Колтон, заметив меня. Он буквально подлетел ко мне, заключая в свои объятия, отрывая меня от земли и закручивая в бешеном танце.

— Колтон, ты пьян! Я упаду, а тебя стошнит! — запротестовала я, пытаясь удержать равновесие.

Он опустил меня, но тут же его губы обрушились на мои. Поцелуй был страстным, но неприятным. Мой язык ощутил вкус дешевого алкоголя, и к горлу подкатила тошнота. Я с трудом сдержалась, чтобы не выплеснуть все свои нотации о его поведении, но спокойно отстранилась от него.

— Нам пора домой, Колтон, пока ты еще держишься на ногах.

— Ини, всё будет в порядке, — заверил он, слегка пошатываясь. — Перестань быть мамочкой и просто будь моей девушкой. Тебе не придется меня таскать, обещаю. Но взамен ты должна оторваться на полную.

Меня задела фраза про "мамочку". Я и так веду себя как его девушка, что же тут плохого, что я немного больше забочусь о нем? Ему ведь должно быть только приятно.

— Колтон прав, Инграм, — подала голос Сюзанна, подплывая ко мне и беря меня под локоть. — Ты почти никогда не ходишь на такие вечеринки, и раз уж ты здесь, то должна использовать шанс. Как выпускница, настоятельно советую, цитирую слова Колтона, "оторваться на полную"!

И, не слушая возражений, она повела меня к костру, где все уже уселись, кто на брусках, кто прямо на земле, покрытой опавшей листвой.

— Время для страшных тайн! — злорадно ухмыльнулся еще один выпускник, уже потягивая к себе Сюзанну. — Я первый!

Сюзанна, хихикнув, позволила ему притянуть себя поближе. Лес вокруг зашумел от веселья, потрескивали дрова в костре, и воздух был наполнен предвкушением чего-то необычного.

Парень, представившийся как Демиан, начал:

— Знаете, самое страшное, что со мной произошло в универе, — он театрально обвел взглядом собравшихся, — это было на втором курсе, во время практики в старом корпусе. Слышали же легенды про призрак профессора Альбрехта?

По толпе прошел шепот. Легенда о профессоре Альбрехте, который покончил с собой в лаборатории после неудачного эксперимента, была одной из самых жутких в университете. Говорили, что по ночам он бродит по коридорам, ищет свою потерянную формулу.

— Так вот, — продолжал Демиан, понизив голос, — Мы с другом остались допоздна, чтобы закончить отчет. И тут... свет погас. Просто вырубился во всем корпусе. Мы сначала подумали, что короткое замыкание, но потом... мы услышали шаги. Медленные, тяжелые шаги по коридору.

Вокруг стало совсем тихо, только потрескивал костер. Даже самые пьяные студенты, казалось, затаили дыхание.

— Мы замерли от страха, — Демиан выдержал паузу, — и шаги приближались. Они остановились прямо у нашей двери. А потом... послышался скрип. Скрип открывающейся двери.

В этот момент кто-то из девушек вскрикнул. Демиан ухмыльнулся.

— Мы смотрели, как медленно открывается дверь, и в проеме... появился силуэт. Высокий, темный, с чем-то вроде светящегося ореола вокруг головы. Мы были уверены, что это призрак Альбрехта! Мы просто окаменели от ужаса, не могли пошевелиться.

Демиан снова выдержал паузу, нагнетая атмосферу.

— А потом этот силуэт... закашлялся. И сказал хриплым голосом: "Черт возьми, снова свет вырубили. Кто-нибудь знает, где тут щиток?" Оказалось, это был уборщик, просто забыл включить фонарик.

Раздался нервный смех, разрядивший напряжение. Но в глазах многих все еще читался страх.

— Ладно, ладно. Знаю, не самая страшная история. Но поверьте, в тот момент мне было не до смеха, — закончил он, устраиваясь поудобнее на земле, и притягивая к себе на колени хихикающую Сюзанну.

— Теперь я, — Татум уверенно вышла в центр круга, прямо к костру. И я знала, что сейчас начнется самое интересное. Она выглядела как влажная мечта всех мужчин и как запретный плод для всех дьяволов. Ее черные как смоль волосы ниспадали до середины спины, прикрывая соблазнительный вырез на кофточке и еще больше обостряя внимание на ее пышных формах.

— Дисклеймер, дети мои, наденьте подгузники, сейчас здесь станет действительно страшно, — злорадно усмехнулась она, предвкушая произведенный эффект. — Я расскажу вам не о сказках и глупых историях о несуществующих призраках, а о тайном сообществе, которое правит в тени Пенсильвании. Его название темное и вселяющее страх одним лишь упоминанием — "Морвена".

По толпе пронесся вздох ужаса. Все знали об этом сообществе, настолько, что боялись даже произносить их название вслух. Но не Татум. Она, как ярая фанатка паранормального, следила за всеми новостями, касающимися "Морвены".

Я поежилась. Несмотря на то, что скептически относилась к подобным историям, в воздухе повисло какое-то необъяснимое напряжение. Даже Колтон, обычно такой бесстрашный, слегка нахмурился.

— Говорят, они занимаются оккультизмом, приносят жертвы и плетут интриги, чтобы контролировать политику и бизнес в штате, — продолжала Татум, наслаждаясь произведенным впечатлением. — Никто точно не знает, кто входит в их число, но ходят слухи, что среди них есть влиятельные политики, крупные бизнесмены и даже профессора нашего университета.

По толпе пробежала волна беспокойства.

— Недавно я наткнулась на одну интересную статью, — Татум выдержала паузу, — В ней говорилось о том, что "Морвена" планирует провести какой-то ритуал в честь осеннего равноденствия. И якобы для этого им нужна... девственница.

По толпе прокатился шепот. Стало как-то не по себе. Колтон крепче сжал мою руку.

— Я не буду вдаваться в подробности, — продолжала Татум, — Но если верить слухам, этот ритуал должен открыть врата в потусторонний мир и дать "Морвене" еще больше власти.

Она снова выдержала паузу, обводя взглядом слушателей.

— Так что, дети мои, будьте осторожны. Не ходите в одиночку по темным улицам, не доверяйте незнакомцам и... берегите свою девственность, если она всё ещё при вас. Мой совет? Идите и трахнитесь, безопасность вам обеспечена. Ну, пока что, — пожала она плечами.

Татум закончила свой рассказ зловещей улыбкой, и по толпе прокатился нервный смех. Напряжение в воздухе стало почти осязаемым.

Я посмотрела на Колтона. Он выглядел таким же обеспокоенным, как и я. Кажется, рассказ Татум задел за живое даже его, хотя обычно его ничем не прошибешь.

— Детский лепет. Эти сказки придумали, чтоб таких детей, как вы, пугать за неподобающее поведение, — усмехнулся темнокожий парень, поджаривая зефир на костре. Его тон был пренебрежительным, словно он знал какую-то тайну, недоступную остальным.

— А ты докажи обратное, — с вызовом бросила Татум, явно задетая его словами. Она не любила, когда сомневались в ее историях, особенно если это касалось паранормального.

— Нечего доказывать несуществующее, — отрезал парень, пожав плечами. Его взгляд был полон скепсиса.После его слов повисла напряженная тишина. Татум прожигала его взглядом, но парень оставался невозмутимым, сосредоточенно наблюдая за тем, как подрумянивается его зефир.

— Что ты предлагаешь? Просто сидеть и дальше травить байки про призраков? — нарушила молчание Татум.

Парень пожал плечами, не отрывая взгляда от костра.

— Я предлагаю не тратить время на глупости. Эти "тайные сообщества" — просто выдумки впечатлительных людей.

— А может, и нет, — возразила Сюзанна, которая до этого молча сидела на коленях у Демиана — Вдруг это все правда, Хантер? Вдруг они действительно что-то замышляют?

— И что мы будем делать? — усмехнулся парень, которого Сюзанна назвала Хантером — Объявим им войну?

— Почему бы и нет? — в голосе Сюзанны прозвучало что-то маниакальное — Представьте себе: мы, команда смельчаков, раскрываем их зловещий план и спасаем мир!

Раздался смех.

— Ладно, хватит фантазировать, — вмешался Демиан — Это все глупости.

— А я считаю, что это интересная идея, — внезапно произнесла Татум. Она посмотрела на парня, и в ее глазах загорелся огонь. — Мы должны выяснить, что они замышляют.

— И как ты себе это представляешь? — скептически спросил парень. — Вломимся к ним на собрание и скажем: "Привет, мы тут пришли, чтобы вас разоблачить"?

— Не совсем, — загадочно улыбнулась Татум. — У меня есть кое-какой план. Нужно пробраться к ним, узнать, что они за люди и какие у них цели.

— Пробраться? Куда? — удивился кто-то.

— В их тайное общество, — уверенно ответила Татум.

Лица собравшихся оживились. В воздухе запахло приключениями, даже несмотря на скепсис некоторых. Я, наблюдая за этим, вдруг почувствовала, как в груди зародилась тревога. Какая-то безумная затея...

— Стойте! — воскликнула я, привлекая к себе внимание — Вы серьезно? Никто никуда пробираться не будет! Это же опасно!

Все взгляды обратились ко мне. Татум недовольно нахмурилась.

— Инграм, ты всегда всё портишь, — проворчала она.

— Я не порчу, а пытаюсь образумить! — возразила я — Вы вообще понимаете, что это может быть опасно для жизни? Мы ничего не знаем об этих людях, а вы уже собираетесь вламываться к ним!

— Ну, не вламываться, а тайно проникнуть, — уточнила Сюзанна — Это же совсем другое!

— Это одно и то же! — возразила я — Вы хотите сыграть в шпионов? Вы думаете, это как в кино?

— А что, плохая идея? — неожиданно спросил Колтон. В его глазах я увидела смесь азарта и сомнения.

— Очень плохая! — настаивала я — Мы просто ничего не знаем. Кто знает, что эти люди из себя представляют, какие у них связи? И вообще, откуда вы взяли, что это правда?

— Ну, Татум же сказала, — пожал плечами Демиан.

— Татум, — подчеркнула я, обращаясь к подруге, — Татум, которая обожает всякие мистические истории. Может быть, это просто какая-то городская легенда, а вы уже строите планы вторжения.

— Слушайте, — перебила Татум, — Я не утверждаю, что это правда на сто процентов. Но если даже половина из того, что я слышала, окажется правдой... Это будет просто невероятно интересно!

Я изогнула бровь, вопросительно посмотрев на Татум. Она с досадой выдохнула, всем своим видом показывая, как ей не нравится, что ее энтузиазм так быстро угас.

— Вы такие все скучные, — проворчала она.

— Ладно, думаю, хватит с нас страшных историй. Уверен, нам не нужна лишняя причина для бессонницы, — сказал парень с гитарой, до этого скромно сидевший в тени. Его пальцы легко заскользили по струнам, и тихий перебор аккордов, словно мягкое одеяло, накрыл лесную тишину. — Давайте я сыграю мелодию, а вы споете. Что-нибудь веселое, чтобы разогнать этот мрак.

Я облегченно выдохнула, чувствуя, как напряжение, скопившееся в плечах, постепенно отступает. Музыка — вот что нам сейчас нужно. Что-то, что вернет всех к реальности и заставит забыть про опасные приключения.