Глава 26

Спустя 30 минут. Они разделяются кто куда. Сириус пошел за напитками, Регулус не по далеко общается с одной девушкой, Анна и Римус о чем то разговаривали, Джеймс сидел и пил вино наблюдая за происходящим за из столиком

Римус (подходит к ней):— Он здесь, да?

Эмили, не глядя на него, кивает.

Эмили:— Я чувствую это по кулону. Он начинает светиться... по-другому. Не тепло. Ожидание.

Римус:— Сириус знает?

Эмили:— Нет. Если узнает, может сорваться.

Римус кивает, но отходит — давая ей пространство.

И вот он — незнакомец

Сквозь толпу появляется он.Высокий, в мантии цвета ночного неба. Лицо скрыто маской — почти неузнаваем, но не для Эмили.Когда он приближается, кулон на её шее вспыхивает мягко, как дыхание.

Незнакомец (тихо, только ей):— Я знал, что ты узнаешь.(улыбка, тонкая, с болью)— Привет, Эмили.

Эмили (едва слышно):— Матео...

Он снимает маску с лица. Его глаза — те самые, которые она не видела почти год.Более взрослый, более уставший. Но всё тот же Матео Нотт.

Музыка становится тише

Матео:— Прости, что всё было через письма. И кулон. Я...(взгляд в пол)— Я не мог иначе. Они следили. Я ушёл не по своей воле.

Эмили (потрясённо):— Ты... Ты жив... Всё это время...(в глазах слёзы)— Почему ты сейчас?

Матео:— Потому что кульон загорелся. Потому что ты ответила. Потому что...

Он делает шаг ближе.

Матео:— Потому что я всё ещё... не отпустил тебя.

И вдруг — Сириус

Словно почувствовал.Он замечает их и идёт прямиком к ним, будто ничего больше не существует.

Сириус (резко, холодно):— Всё хорошо, Эмили?

Матео (спокойно, но уверенно):— Здравствуй, Сириус. Рад наконец увидеть тебя не через окна особняка.

Сириус (сжав кулаки):— Значит, ты и есть тот "без имени"?

Эмили (вмешивается):— Стоп. Сейчас не время для ссор. Не здесь.

Матео опускает взгляд, делает шаг назад.

Матео (тихо):— Я не враг. Не сейчас. Не для неё.

Он уходит в толпу. Эмили закрывает глаза, делая глубокий вдох.

Сириус (через паузу):— Ты... всё это время знала?

Эмили:— Догадывалась. Но не была уверена.

Сириус (глухо):— Ты всё ещё его... любишь?

Эмили не отвечает сразу.Она смотрит туда, где исчез Матео.

Эмили (тихо):— Я любила. Когда он был рядом.(поворачивается к Сириусу)— Но сейчас...(протягивает руку к его щеке)— Сейчас я люблю тебя.

Бал продолжается.Свет мерцает. Музыка играет.Но теперь — всё иначе.

Матео вернулся.И вопрос не в том, что он скажет.А что он сделает дальше.

Поздний вечер, бал в Хогсмиде подходит к концу

Свет мерцает мягче, пары медленно покидают зал. Музыка становится тише.

Эмили стоит у окна с Сириусом, Римус и Джеймс беседуют с профессором Флитвиком у входа. Регулус где-то в глубине зала. Анна несколько минут назад ушла в особняк Эмили, из за того что у неё сильно болела голова. Все расслаблены — впервые за долгое время.

И вдруг...

Взрыв. Крик.

Двери зала распахиваются с грохотом. На пороге появляется маг в мантии Аурора. Лицо бледное, губы дрожат.

Аурор:— Все, кто учится в Хогвартсе — к стене. Немедленно!

Люди в зале замирают. Кто-то вскрикивает.

Сириус, Джеймс, Римус и Регулус тут же становятся рядом с Эмили. Заходит МакГонагалл, за ней — Фоукс, феникс Дамблдора, который будто прилетел сам.

МакГонагалл:— Его... Его нет.

Пропал человек

Выясняется: пропал пожилой волшебник по имени Арамис Грейн — близкий друг и бывший соратник Дамблдора, мастер трансфигурации, преподаватель Шармбатона в прошлом.

— Он был почётным гостем на балу. Сидел в кругу профессоров, а затем, около одиннадцати, вышел в сад... и не вернулся.

И послание на стене

Когда ауроры с профессорами находят его палочку и плащ за пределами зала, они обнаруживают на стене за пределами здания — в саду — выведенные кроваво-красными буквами слова:

"Лорд Волдеморт вернулся. Следующий — Дамблдор. Следите за светом. Он гаснет."

Мгновенная реакция

Эмили (в шоке):— Это... это правда?..

Сириус (тихо, резко):— Это они. Пожиратели. Они вернулись.

Джеймс:— Надпись... это не предупреждение. Это заявление. Они больше не прячутся.

Регулус (напряжённо):— Я видел такой стиль раньше. Это была подпись одного из самых безжалостных Пожирателей...

Римус (ровно):— Больше не будет "тишины". Это начало.