"Скейт"

Прошла неделя.Потом ещё одна.Потом ещё.

Ничего не менялось.

Только иногда тёмноволосый парень - Минхо - поднимал голову, смотрел на окно Хенджина и улыбался. Коротко, почти незаметно. Будто между делом. Будто так и должно быть.

В школе он словно не существовал для него. Совсем.А если и обращал внимание - то только чтобы что-нибудь вытянуть: деньги, еду, бутылку воды. Грубо, насмешливо, без злобы, но и без жалости.

И каждый раз, когда Хенджин видел его, внутри всплывал один и тот же вопрос:А могу ли я жить так же?

В тот день Хенджин решил не идти на последние уроки.Всё равно никто не заметит. Его отсутствие всегда было самым незаметным.

Он вышел из школы - и сразу увидел Грэя.

Пёс сидел у ворот. Хромал сильнее обычного.Теперь была ранена не только лапа - ещё бок, ухо. Шерсть слиплась от засохшей крови.

У Хенджина перехватило дыхание.Будто кто-то медленно, без спешки, вырывал из него последние живые кусочки - те, где ещё был смысл заботиться. Где ещё было ради кого жить.

Он присел рядом, осторожно погладил Грэя.Тот лизнул ему руку - слабо, доверчиво.

- Всё нормально... - прошептал Хенджин, хотя знал, что это ложь.

В тот вечер родители уехали в гости.Горничная принесла ужин, поставила поднос и ушла, не сказав ни слова.

Дом снова стал пустым.Большим. Холодным.

Иногда Хенджин думал: о чём я мечтаю?Но ответа не было. Он просто... не умел мечтать. Никогда этому не учился.

После ужина он лежал в комнате, делал уроки. Карандаш скользил по бумаге, цифры сливались в одно пятно.

И вдруг - стук.

Тихий. Неуверенный.

Хенджин замер. Сердце ухнуло вниз.Он жил на втором этаже.

Стук повторился.

Он медленно подошёл к окну. Осторожно отодвинул штору.Открыл раму.

И увидел Минхо.

Тот держался за ветку старого дерева, одной ногой упираясь в ствол, другой - балансируя в воздухе. Куртка зацепилась за кору, волосы были растрёпаны.

- Ты долго, - тихо сказал Минхо, будто они были знакомы сто лет.

Хенджин смотрел на него, не в силах выдавить ни слова.

- Родителей нет, - добавил Минхо скорее как факт, чем как вопрос. - Я видел свет.

Он подтянулся выше. Ветка тихо скрипнула.

- Ты с ума сошёл... - прошептал Хенджин. - Ты упадёшь.

Минхо усмехнулся.

- Не в первый раз.

Он перебрался ближе и сел на подоконник, свесив ноги наружу. Между ними осталось слишком мало расстояния - слишком мало для человека, который всю жизнь прожил за стеклом.

- Ты всё время смотришь, - сказал Минхо спокойно. - А я устал кататься для стены.

Хенджин сглотнул.

- Зачем ты пришёл?

Минхо усмехнулся, отвёл взгляд и пожал плечами.

- Просто так. Скучно стало.

Хенджин медленно кивнул.

- Хорошо...

Минхо наклонил голову, внимательно глядя на него.

- Может, погуляем?

- Зачем?.. - тихо спросил Хенджин.

- Как зачем, - хмыкнул Минхо. - Не тухнуть же тебе всё время тут.

Хенджин замолчал.Он понимал риск. Понимал, что родители могут узнать. Понимал, что это нарушение всех правил.

Но если не сейчас - то когда?

Может ли он жить, как все?Может ли быть свободным?Может ли быть... живым?

- Хо... хорошо, - едва слышно сказал он.

Минхо улыбнулся. Настояще. Без насмешки.

- Тогда давай. Пока ты снова не передумал.

Хенджин кивнул. Сердце колотилось где-то в горле. Он быстро накинул куртку, оглянулся на комнату - аккуратную, правильную, мёртвую - и впервые не почувствовал к ней ничего. Ни привязанности. Ни страха.

Подоконник был холодным. Ветка скрипнула под его весом. Хенджин на секунду замер, но Минхо протянул руку.

- Сюда. Я держу.

Рука у него была тёплая, крепкая. Не как у отца. Не как у учителей. Живая.

Хенджин выбрался наружу. Неловко, почти падая, но Минхо удержал. Они спустились вниз, в темноту двора. Земля под ногами показалась странной - будто он впервые на ней стоял.

- Вот и всё, - сказал Минхо, будто речь шла о пустяке. - Видишь? Не умер.

Хенджин тихо усмехнулся. Впервые за долгое время - по-настоящему.

Они шли без цели. По дворам, мимо гаражей, мимо облезлых стен с выцветшими надписями. Где-то играло радио из открытого окна. Где-то лаяли собаки. Ночь была тёплой, пахла пылью и травой.

- Ты всегда такой? - вдруг спросил Минхо, не глядя на него.- Какой?- Будто ждёшь, что тебя сейчас накажут.

Хенджин пожал плечами.

- Наверное.

Минхо хмыкнул.

- Привыкнешь. Или сломаешься. Тут уж как повезёт.

Они остановились у пустой площадки. Асфальт был потрескавшийся, старые качели скрипели от ветра. Минхо поставил скейт на землю, оттолкнулся, сделал круг и вернулся.

- Хочешь попробовать?

Хенджин посмотрел на доску. Потом на Минхо.

- Я не умею.- Я вижу. - Он усмехнулся. - Встань.

Хенджин встал. Ноги дрожали.

- Расслабься, - сказал Минхо, вставая рядом и придерживая его за плечи. - Если упадёшь - упадёшь. В этом ничего страшного нет.

И в этих словах было что-то пугающе новое.

Хенджин оттолкнулся. Неловко. Скейт поехал, он почти сразу потерял равновесие и рухнул на колени. Больно. Грязно.

Он замер, ожидая смеха.

Но Минхо не смеялся. Он протянул руку.

- Нормально, - сказал он. - Все падают.

Хенджин посмотрел на свою испачканную ладонь. Потом - на Минхо. И вдруг понял: сейчас с ним ничего не сделают. Не ударят. Не закричат. Не скажут, что он разочарование.

Он поднялся.

- Ещё раз, - тихо сказал он.

Минхо улыбнулся. Настояще.

И где-то в глубине Хенджина что-то щёлкнуло. Не громко. Но навсегда.