Глава 21

- Садись в машину, - тихо, но с железной интонацией в голосе произнёс Алекс.

- Алекс... что ты задумал? - Айша испуганно посмотрела на него, заметив, как закаменели мышцы на его лице и как сузились зрачки.

- Мы едем к твоему отцу, - отрезал он, открывая перед ней пассажирскую дверь. - Я не позволю никому, даже Омару, безнаказанно мешать меня с грязью и ломать твою жизнь. Он должен ответить за свою подлость. Лицом к лицу.

Айша не стала спорить. Она видела, что Алекса сейчас невозможно остановить, да и сама она больше не собиралась прятаться. Они сели в автомобиль, и Алекс резко нажал на газ. Спустя десять минут машина затормозила у её подъезда.

Они поднялись на этаж. Алекс не стал вежливо звонить в домофон или стучать - он уверенно нажал на звонок квартиры и удерживал его, пока за дверью не послышались шаги. Дверь открыл Омар. Он собирался уходить на работу, но, увидев на пороге Алекса, да ещё и рядом с заплаканной, но гордо поднявшей голову Айшей, замер от неожиданности.

- Ты?! - Омар нахмурился, и в его голосе снова зазвучала привычная спесь. - Я же сказал тебе...

- Замолчи и слушай меня, Омар, - Алекс сделал мощный шаг вперёд, буквально втискиваясь в прихожую и заставляя отца Айши отступить назад. Лейла испуганно выбежала из кухни, прикрыв рот рукой. - Твой грязный трюк с телефоном провалился. Ты написал мне мерзкую, трусливую ложь от лица собственной дочери. Ты думал, что сломал меня и заставил её ненавидеть меня? Нет. Мы встретились. И теперь мы знаем всё.

Лицо Омара побледнело, а затем пошло красными пятнами от ярости и уязвлённого самолюбия. Его авторитет, который он так тщательно выстраивал годами, рушился на глазах у жены и дочери.

- Вон из моего дома! - рявкнул Омар, пытаясь толкнуть Алекса в грудь, как в прошлый раз.

Но на этот раз Алекс даже не шелохнулся. Он перехватил руку Омара железной хваткой, заставив того поморщиться от боли, и посмотрел ему прямо в глаза - жёстко, сверху вниз.

- Больше ты меня не толкнёшь и дверь передо мной не закроешь, - тихо, но отчётливо произнёс Алекс, отпуская его руку. - Ты потерял право решать её судьбу в тот момент, когда опустился до этой подлости. Я пришёл сказать тебе: я забираю Айшу. Прямо сейчас. И больше ты не сможешь ей навредить. Уважение к старшим нужно заслуживать честностью, Омар. А ты своё уважение сегодня окончательно потерял.

Айша сделала шаг вперёд, крепко взяла Алекса за руку и посмотрела на отца - без страха, без слёз, с абсолютным спокойствием человека, который сделал свой окончательный выбор.

В прихожей мгновенно вспыхнул яростный пожар. Омар, чьё мужское самолюбие и отцовский авторитет были растоптаны прямо в его собственном доме, окончательно потерял контроль над собой.

- Ты никто, чтобы приходить сюда и ставить мне условия! - во весь голос взревел Омар, его лицо побагровело, а на шее вздулись вены. - Оторви свои руки от моей дочери и пошёл вон отсюда, пока я не вызвал полицию! Ты ворвался в мой дом!

- Вызывай кого хочешь! - в ответ оглушительно закричал Алекс, делая шаг вплотную к нему и заслоняя Айшу плечом. - Твоя власть закончилась, Омар! Ты трус, который прятался за экраном телефона собственной дочери! Ты заставил её страдать, ты довёл её до болезни! Ты не отец после этого!

Крики мужчин слились в один сплошной, оглушительный гул, который эхом разносился по узкому коридору. Звуки ударяли по стенам, превращаясь в невыносимый хаос. Лейла в панике металась между ними, умоляя их остановиться, но её никто не слышал.

Айша стояла позади Алекса, зажатая в этом тесном пространстве, и чувствовала, как внутри неё стремительно закручивается знакомый, удушающий вихрь. Весь тот ужас, который она пережила месяц назад, хлынул обратно с утроенной силой. Воздух в прихожей мгновенно стал густым, как свинец. Она попыталась сделать вдох, но её лёгкие словно заблокировало.

«Только не снова... Пожалуйста, только не снова», - пронеслось в её голове в диком паническом страхе.

Сердце Айши сорвалось на безумный, чечёточный ритм, ударяя прямо в барабанные перепонки. Стены квартиры поплыли, потолок начал медленно вращаться, а голоса Алекса и отца вдруг стали глухими, далёкими, будто они кричали из глубокого колодца. Накатила жуткая, непреодолимая волна тошноты и леденящего холода. Пространство перед глазами стремительно сузилось до крошечной тёмной точки. Голова закружилась так сильно, что Айша полностью потеряла ориентацию в пространстве.

- Алекс... - хрипло, едва слышно выдавила она, пытаясь ухватиться за его куртку.

Но её пальцы ослабли и соскользнули с ткани. Ноги Айши подкосились, в глазах окончательно потемнело, и она беззвучно, как подкошенная, рухнула спиной прямо на холодный пол прихожей, полностью потеряв сознание.

- Айша! - истошный, полный ужаса крик Лейлы заставил мужчин мгновенно замолчать.

Алекс резко обернулся и похолодел. Увидев лежащую без чувств, бледную, как полотно, Айшу, он в ту же секунду упал перед ней на колени, полностью забыв про Омара и всю свою ярость. Его руки задрожали, когда он бережно приподнял её голову.

- Айша! Молчунья очнись! - в панике звал он её, аккуратно похлопывая по щекам, но она не реагировала, оставаясь пугающе неподвижной в его руках.

Алекс не стал ждать ни секунды. Увидев бездыханное тело Айши, он полностью проигнорировал Омара. Он легко, словно пушинку, подхватил девушку на руки, крепко прижал к своей груди и бросился вон из квартиры, сбегая по лестнице подъезда. Лейла, рыдая, побежала следом за ними, а напуганный и растерянный Омар остался стоять на пороге.

Алекс аккуратно уложил Айшу на заднее сиденье своей машины, Лейла села рядом, непрерывно плача и растирая ледяные ладони дочери. Заведя мотор, Алекс нажал на газ до упора. Машина неслась по городским улицам, нарушая все правила, с зажжённой аварийной сигнализацией.

Всю дорогу Алекс не затыкался ни на секунду. Его голос дрожал от слёз, он то и дело смотрел в зеркало заднего вида на её бледное лицо и умолял её прийти в себя, говоря самые нежные и отчаянные слова:

- Держись, Айша пожалуйста, только держись! Не смей закрывать глаза, слышишь меня?! Мы ведь только нашли друг друга! Я больше никогда тебя не отпущу, я пройду через ад ради тебя, только дыши! Прости меня, что поверил в ту подлую ложь, прости, что не защитил... Я люблю тебя больше жизни, Айша, умоляю, очнись!

Но Айша оставалась пугающе бледной и неподвижной. Она была погружена в тяжёлое, глухое беспамятство.

Пока машина мчалась к больнице, в глубине её угасающего сознания разворачивался кошмар. Ей снился ужасный, реалистичный сон. Она видела себя стоящей посреди бесконечной, ледяной пустоты. Вокруг выла метель, а прямо перед ней стоял Алекс. Его лицо было искажено болью и глубоким разочарованием. Он держал в руках телефон, на экране которого горели те самые страшные, грязные слова её отца.

«Ты просто пустое место... Ты мне противен», - звучал во сне её собственный голос, хотя она этого не говорила.

Алекс смотрел на неё с такой невыносимой обидой, что у Айши во сне разрывалось сердце. Она пыталась закричать, попыталась броситься к нему, протянуть руки и объяснить, что это ложь, но её губы онемели, а ноги словно вросли в ледяную землю.

- Зачем ты так со мной, Айша? За что? - тихо спросил Алекс во сне.

Он развернулся и начал медленно уходить в серую, глухую метель. Айша рвалась вслед за ним, задыхаясь от беззвучного плача, кричала всем своим существом, но метель безжалостно поглощала его силуэт. Она понимала, что он уходит навсегда, унося с собой её душу и её жизнь. Страх потери и вина за чужую подлость сдавили её горло до хрипа.

В этот самый момент машина резко затормозила у приёмного покоя городской больницы.

Айша резко, судорожно втянула в себя воздух, открывая глаза, и шумно проснулась прямо на заднем сиденье. Из её глаз непрерывным, горьким потоком хлынули горячие слёзы, мгновенно обжигая бледные щёки. Она вся дрожала, её дыхание было прерывистым и паническим, а реальность ещё путалась со страшными образами из сна.

- Алекс! Алекс, нет! - в слезах закричала она, едва приходя в себя и испуганно озираясь по сторонам.

Алекс, который уже собирался выходить из-за руля, чтобы вынести её на руках, мгновенно обернулся. Увидев, что она пришла в сознание, хоть и плачет навзрыд, он почувствовал, как огромная тяжесть падает с его плеч.

- Я здесь, Айша! Я здесь, Айша - он быстро перелез на заднее сиденье и крепко, бережно обнял её, прижимая к своей груди. - Всё хорошо, это просто сон. Я никуда не ушёл. Я с тобой.

Врачи приёмного покоя уже везли каталку к машине. Айшу аккуратно пересадили и повезли на обследование. После долгих процедур уставший доктор-невролог наконец вышел к Алексу и Лейле в коридор.

Оглушительная волна облегчения накрыла Алекса с головой. Он готов был рассмеяться от счастья прямо посреди этого стерильного больничного коридора. Айша не забыла его. Ему не нужно было воевать с пустотой и заново доказывать, кто он такой. Она осталась его Айшей - той самой, что крепко обнимала его в машине и клялась в любви сквозь горькие слёзы.

- Ей можно войти? - быстро спросил он, едва сдерживая эмоции.

- Да, мы перевели её в обычную палату, - кивнул врач. - Но у меня к вам огромная просьба: никаких больше криков, скандалов и выяснений отношений. Её нервная система сейчас как натянутая струна. Ей нужны покой и уверенность в том, что всё позади.

- Я понял вас, доктор. Спасибо, - искренне ответил Алекс.

Он повернулся к Лейле. Мать Айши слабо улыбнулась ему, вытирая остатки слёз с лица, и мягко подтолкнула его к двери палаты:- Иди, сынок. Она ждёт тебя. А я пока побуду здесь и... поговорю с Омаром. Он должен понять, что чуть не погубил собственную дочь.

Алекс аккуратно потянул за ручку двери и вошёл в палату. В комнате было тихо, через большое окно лился мягкий дневной свет. Айша лежала на кушетке, к её руке по-прежнему тянулась тонкая трубка капельницы, но на щеках уже появился слабый, живой румянец.

Услышав шаги, она мгновенно повернула голову. В её глазах - ясных, чистых и абсолютно всё помнящих - не было никакой пустоты. Как только она увидела Алекса, её губы дрогнули в слабой, но такой родной улыбке, а на ресницах снова заблестели слёзы. Но это были слёзы человека, который наконец-то дождался своей защиты.

- Боже.. - тихо, с огромной нежностью позвала она, протягивая к нему свою свободную руку.

Алекс в два шага пересёк палату, бережно опустился на край её кровати и аккуратно поймал её хрупкие, теперь уже тёплые пальцы в свои широкие ладони. Он поднёс её руку к своим губам, нежно поцеловав тыльную сторону ладони.

- Я рядом. Твой кошмар закончился.

Спустя неделю Айшу наконец выписали из больницы. Все эти дни Алекс практически не отходил от неё: уезжал только на ночь, чтобы поспать пару часов в машине или в своей старой квартире, а рано утром снова был у неё с горячим бульоном и фруктами. Омар в больнице так и не появился - гордость и стыд не позволили ему прийти, а Лейла тайно собрала вещи дочери и передала их Алексу, благословив их на новую жизнь.

В день выписки погода стояла тёплая и солнечная. Алекс бережно вёл Айшу под руку к машине. Она чувствовала себя намного лучше, хотя лёгкая слабость ещё оставалась.

- Едем домой - улыбнулся Алекс, открывая перед ней пассажирскую дверь.

Айша села в салон, чувствуя, как её сердце наполняется долгожданным покоем. Алекс обошёл машину, сел за руль, завёл мотор и плавно тронулся с места. Они ехали по оживлённым улицам города. Айша с улыбкой смотрела на его профиль, восхищаясь его силой, но вдруг заметила, как сильно он изменился за этот месяц. Его лицо было бледным, осунувшимся, а под глазами залегли тяжёлые, темные тени. Весь этот месяц изнурительного труда на стройке, бессонные ночи во дворах и страшный стресс в больнице сейчас начали брать своё. Организм Алекса работал на пределе человеческих возможностей, держась только на адреналине. И теперь, когда опасность миновала, защитные силы организма просто рухнули.

На одном из долгих светофоров машина плавно остановилась. Алекс держал ногу на тормозе, но Айша заметила, как его руки на руле начали мелко дрожать.

- Алекс? Всё хорошо? - обеспокоенно спросила она, потянувшись к его плечу.

Он не ответил сразу. Его взгляд стал рассеянным, туманным, устремлённым в одну точку. Внезапно Алекс почувствовал, как в голове раздался глухой, нарастающий звон, а пространство перед глазами начало стремительно потемнеть. Тяжёлые веки стали свинцовыми. Его глаза автоматически, против его воли, начали медленно закрываться. Голова бессильно опустилась на грудь.

- Алекс! - испуганно вскрикнула Айша, сильнее сжав его плечо.

В эту же секунду она в ужасе ахнула и прикрыла рот ладонью. Из левой ноздри Алекса, прорезая бледную кожу, быстро побежала тонкая струйка яркой, тёмно-красной крови. Она стремительно покатилась по его губе и закапала на воротник светлой футболки. Алекс находился в состоянии глубокого обморока от полнейшего физического и нервного истощения - его тело просто отключилось, не выдержав колоссальной перегрузки последних недель. Машина стояла посреди дороги, светофор вот-вот должен был загореться зелёным, а любимый мужчина Айши лежал без чувств, истекая кровью на её глазах.

Зелёный сигнал светофора вспыхнул над дорогой, когда Алекс окончательно потерял сознание. Его обмякшее тело сползло по сиденью, а нога, до этого с трудом удерживавшая педаль тормоза, бессильно соскользнула на пол. Машина, оставшаяся в режиме движения, плавно, но неумолимо покатилась вперёд - прямо на центр оживлённого, гудящего перекрёстка.

- Алекс! Алекс, тормози! Господи, очнись! - в панике закричала Айша, хватая его за плечи и пытаясь растолкать.

Она в ужасе перевела взгляд на лобовое стекло. Их автомобиль выехал наперерез плотному потоку машин. Вокруг оглушительно засигналили десятки клаксонов. Из-за поворота на большой скорости вылетел тяжёлый гружёный самосвал. Его водитель отчаянно зажал тормоза, но многотонная машина лишь со скрежетом скользила по асфальту, не в силах остановиться. Айша судорожно потянулась через салон к рулю, пытаясь увести машину в сторону, но было уже слишком поздно.

В следующую секунду мир вокруг них взорвался страшным, сокрушительным грохотом.

Грузовик на всём ходу протаранил их автомобиль точно в переднюю часть, со стороны водителя и центральной панели. Раздался жуткий скрежет разрываемого и сминаемого в гармошку металла, оглушительный звон лопнувших стёкол и хлопки выстреливших подушек безопасности. Сила бокового и лобового удара была такой колоссальной, что легковую машину буквально смяло, превратив в груду искорёженного железа, и отбросило далеко на обочину, где она со всей силы врезалась в бетонный столб.

Когда всё наконец затихло, над перекрёстком повисла звенящая, мёртвая тишина. Из-под разбитого, дымящегося капота с шипением вырывался густой пар, а аварийная система автомобиля монотонно и часто пищала в полуразрушенном салоне.

Внутри машины не двигался никто.

Удар был такой силы, что ремни безопасности и подушки не смогли полностью защитить влюблённых. Алекс лежал, неестественно откинувшись назад, зажатый деформированной рулевой колонкой. Кровь из носа смешалась с глубокой, рваной раной на его лбу от осколков лобового стекла. Его лицо, шея и воротник футболки были залиты багровыми пятнами. Он дышал тяжело, прерывисто, находясь в глубочайшей коме.

Рядом, бессильно опустив голову на разорванную подушку безопасности, лежала Айша. Сильнейший боковой удар о столб пришёлся на её сторону. На её бледном лице, изрезанном мелкими осколками бокового стекла, быстро запекалась кровь, а из глубокого рассечения у виска на плечо стекала тёмная струйка. Её правая рука безжизненно свисала вниз. Она потеряла сознание в ту же секунду, когда грузовик врезался в их машину.

Оба лежали неподвижно, в крови, заблокированные в искорёженном салоне автомобиля. К месту страшной трагедии со всех сторон уже бежали испуганные водители и прохожие, на ходу вызывая спасателей и скорую помощь. Всего час назад они праздновали свою победу и выписку из больницы, готовые начать новую жизнь, а теперь их судьбы снова повисли на волоске посреди разрушенного перекрёстка.

Сирены экстренных служб разрезали воздух пронзительным воем, когда к месту страшной аварии на полной скорости подлетели сразу три машины скорой помощи и тяжёлый спасательный расчёт МЧС. Вокруг искорёженного автомобиля Алекса уже собралась толпа потрясённых очевидцев. Салон легковой машины был настолько сильно смят и спрессован ударом многотонного грузовика и бетонного столба, что разглядеть находившихся внутри людей сквозь разбитые, покрытые паутиной трещин стёкла было почти невозможно.

- Все назад! Освободите площадку! - громко скомандовал командир спасательного отряда, быстро оценивая ситуацию. - Здесь двое, оба без сознания, сильное зажатие! Достаём гидравлику, шевелитесь, время на минуты идёт!

Спасатели в тяжёлой защитной экипировке мгновенно развернули оборудование. Из-под капота легковушки всё ещё валил густой, едкий дым, поэтому один из бойцов сразу направил туда струю пены, предотвращая возможный взрыв бензобака.

Старший фельдшер скорой помощи, протиснувшись сквозь разбитое заднее стекло, сумел дотянуться до шеи Алекса, а затем и Айши, чтобы проверить пульс.- У парня пульс нитевидный, дыхание поверхностное, подозрение на тяжёлую ЧМТ и внутреннее кровотечение! - крикнул он спасателям, не снимая пальцев с сонной артерии. - У девушки тоже тяжёлое состояние, глубокая кома, сильная потеря крови из рваной раны виска! Парня нужно доставать первым, его зажало рулевой колонкой, он уходит!

- Понял! Работаем! - отозвался спасатель с тяжёлыми гидравлическими ножницами в руках.

Раздался оглушительный, скрежещущий звук. Мощный металл инструмента вгрызся в переднюю стойку автомобиля. Куски обшивки и осколки пластика полетели в разные стороны. Спасатели действовали с ювелирной точностью, несмотря на спешку: один неверный шаг, и деформированный кузов мог ещё сильнее сдавить грудную клетку Алекса.

- Стойка перекушена! Давай расширитель! - хрипло кричали мужчины, работая на пределе сил под палящим утренним солнцем.

С глухим металлическим стоном водительская дверь, намертво заклинившая от удара, наконец поддалась и с грохотом отлетела в сторону. Лицо Алекса, густо залитое кровью, оказалось на виду. Спасатели аккуратно зафиксировали его шею специальным жёстким воротником. Параллельно вторая группа МЧС уже срезала крышу автомобиля, чтобы открыть беспрепятственный доступ к Айше.

- Аккуратно, на счёт три! Раз, два, три, тяни! - скомандовал спасатель.

Тяжёлую, расплющенную крышу машины сдёрнули в сторону, обнажив разрушенный салон. Алекс и Айша лежали в крови среди разорванных подушек безопасности, абсолютно бледные и неподвижные, словно две разбитые куклы. Медики с носилками уже стояли наготове. Извлечение Алекса заняло ещё несколько мучительных секунд - гидравлический домкрат с трудом отодвинул приборную панель, освободив его зажатые ноги.

Едва Алекса переложили на носилки, реанимационная бригада тут же бросилась проводить экстренные мероприятия прямо на асфальте, подключая его к аппарату искусственного дыхания. Через минуту спасатели бережно достали из салона Айшу, чьё лицо было покрыто мелкими порезами и каплями запекшейся крови. Обоих пострадавших в критическом состоянии, под непрекращающийся писк медицинских мониторов, экстренно загрузили в разные машины скорой помощи, которые с сиренами рванули в сторону городской реанимации.

Лейла узнала об аварии первой, когда из больницы, куда только что доставили разбитые машины скорой помощи, раздался звонок на её мобильный телефон. Номер Айши медики нашли в её вещах, и дежурный врач сообщил матери страшную весть: её дочь и водитель автомобиля находятся в реанимации в критическом состоянии между жизнью и смертью.

Мир Лейлы рухнул в одну секунду. Телефон выпал из её дрожащих рук, а из груди вырвался такой страшный, полный нечеловеческой боли крик, что прибежавший на шум Омар застыл посреди коридора.

- Что случилось? Лейла, что с тобой?! - испуганно спросил он, глядя на бледную, как полотно, жену.

Лейла медленно подняла на него глаза, и в её взгляде Омар впервые в жизни увидел не привычную покорность, а глухую, леденящую ненависть. Она задыхалась от слёз, её всю трясло, но она нашла в себе силы заговорить. Её голос не был громким - он звучал как смертный приговор.

- Ты доволен, Омар? - прошептала она, и её губы судорожно задрожали. - Ты этого хотел? Твоя гордость наконец-то сыта?!

- Да о чём ты говоришь?! При чём тут моя гордость? - Омар сделал шаг назад, чувствуя, как внутри него зарождается липкий, холодный страх.

- Твоя дочь в реанимации! - во весь голос закричала Лейла, бросаясь к нему и с силой ударяя кулаками по его груди. - Она умирает, Омар! Наш ребёнок при смерти! Они разбились! Алекс потерял сознание за рулём от истощения, в них врезался грузовик! Их машину смяло в лепешку! Их вырезали спасатели!

Омар покачнулся, словно от сильного физического удара. Лицо его мгновенно посерело, дыхание перехватило.- Как... как разбились? Айша...

- Да, твоя единственная дочь! - Лейла схватила его за воротник рубашки, заставляя смотреть себе прямо в глаза, полные горьких слёз. - Это ты сделал это с ней! Это твоя подлая, грязная ложь в телефоне запустила этот кошмар! Ты целый месяц издевался над её чувствами! Ты довёл её до первого обморока своими криками, а сегодня этот парень отключился за рулём, потому что не спал сутками, пытаясь её спасти от твоей жестокости! Ты хотел разлучить их?! Поздравляю, Омар, ты разлучил их! Только теперь они оба могут умереть! Если с моей девочкой что-то случится... если её сердце остановится... я больше никогда не переступлю порог этого дома!

Омар стоял посреди прихожей, полностью раздавленный словами жены. Вся его былая спесь, весь его отцовский авторитет и кавказская гордость испарились в одно мгновение, оставив после себя лишь голый, первобытный ужас. Он осознал, что его глупое, эгоистичное желание контролировать жизнь дочери и наказывать чужака привело к тому, что Айша сейчас лежит на операционном столе, залитая кровью.

Он бессильно опустил руки, его плечи вздрогнули, и из глаз сурового мужчины впервые за многие годы покатились слёзы раскаяния. Но эти слёзы уже ничего не могли исправить.

Лейла оттолкнула его, схватила сумку и выбежала из квартиры, громко хлопнув дверью. Омар остался один в пустом коридоре, оглушённый тишиной и осознанием того, что он своими руками разрушил собственную семью.

Концовка трагическя или счастливая ?