мини фанфик

!Внимание! Я вдохновилась работой другого автора, правда не помню название. Если знаете - напишите в комментарии, я отмечу. Осторожно, есть стекло!

Лето раскатилось по лесу, как огненный шар, оставляя за собой запах нагретой коры и сладкий аромат спелых ягод. Домик на дереве, их домик, висел между ветвями старого дуба, как гнездо, сплетённое из мечтаний и надежд. Бан Чан, с его вечным кашлем и улыбкой, которая могла бы растопить лёд, первым предложил идею. «Давайте построим что-то своё, — сказал он, — где мы будем свободными, хотя бы на лето». 

Ли Минхо, с его хрупкими костями и острым языком, тут же подхватил, добавив, что это должно быть место, где они смогут забыть о больницах и анализах. Со Чанбин, всегда спокойный и вдумчивый, нарисовал план на клочке бумаги, а Хван Хëнджин с его безграничной энергией тут же взялся за работу. Хан Джисон, с его неизлечимой астмой, сидел в тени, но его глаза горели, когда он предлагал идеи для украшения. 

Т/и, единственная девочка в их компании, с её неизлечимой болезнью сердца, была душой их группы. Её смех, лёгкий, как шелест листьев, наполнял домик жизнью. Она плела венки из полевых цветов и развешивала их по углам, как будто это могло защитить их от всего мира снаружи. 

И когда домик был готов, они всей компанией забрались внутрь. Феликс, с его неизлечимой формой волчанки, зажег свечи, а Сынмин, с его болезнью, которая медленно отнимала зрение, играл на гитаре. Чонин, с его неспособностью говорить из-за врождённого дефекта, улыбался, глядя на всех, и его молчание было красноречивее любых слов. 

Лето шло своим чередом, и домик стал их убежищем. Они рассказывали страшные истории, смеялись до слёз, и порой, когда тишина становилась слишком громкой, Т/и ловила на себе взгляд Бан Чана, и что-то неизбежное начинало разгораться между ними, как искра, которая жаждала превратиться в пламя.

Ночи были особенно волшебными. Луна, словно огромный серебряный глаз, наблюдала за ними сквозь листву. Они лежали на старых одеялах, укрывшись от комаров самодельными сетками, и делились своими самыми сокровенными страхами и надеждами. Бан Чан часто рассказывал о своих мечтах стать музыкантом, о сценах, полных света и музыки, где он мог бы поделиться своей душой со всем миром. Т/и слушала, затаив дыхание, представляя себе его на сцене, его голос, разносящийся по огромному залу.

Однажды ночью, когда звезды усыпали небо, как бриллианты, Бан Чан взял её руку. Его прикосновение было теплым и дрожащим. "Т/и, - прошептал он, его голос охрип от волнения, - я хочу, чтобы ты знала…" Но слова застряли у него в горле. Он просто смотрел на неё, и в его глазах она увидела отражение всего их лета, их домика, их дружбы, и, возможно, чего-то большего.

Она ответила ему взглядом, полным понимания. Они оба знали, что их время ограничено, что их лето не будет длиться вечно. Но в этот момент, под звездным небом, в их маленьком домике на дереве, они были свободны. Свободны от больниц, от анализов, от страха. Свободны быть просто собой.

Их лето, их убежище, их любовь – всё это было хрупким, как крылья бабочки, но в то же время сильным, как корни старого дуба, на котором стоял их домик. Лето подходило к концу, но воспоминания о нем должны были согревать их сердца долгие годы.

Первыми ушли Феликс и Хëнджин. Два солнышко, что теперь светят звёздами в ночном небе. Даже там, на небесах, они вместе.

После них ушел и Бан Чан. Т/и узнала об этом по телефону, сидя в больничной палате, прикованная к капельнице. Мир словно рухнул в одно мгновение. Домик на дереве, их лето, его обещания – все превратилось в пепел.

Она больше не могла оставаться в больнице. Собрав последние силы, Т/и сбежала, решив во что бы то ни стало вернуться в их убежище. Дорога казалась бесконечной, но мысль о домике, о запахе сосен и старых одеял, придавала ей сил.

Когда она добралась до места, солнце уже садилось, окрашивая небо в багряные тона. Домик стоял, как и прежде, но теперь он казался заброшенным и одиноким. Поднявшись по веревочной лестнице, Т/и упала на старые одеяла, вдыхая запах его кожи, запах их лета.

Слезы текли по ее щекам, смешиваясь с пылью и воспоминаниями. В этот момент она поняла, что лето закончилось навсегда, но их любовь, их дружба, их убежище – все это останется в ее сердце навсегда, как яркая звезда на ночном небе. И она будет помнить их, пока бьется ее сердце.

Утро встретило Т/и прохладным ветром, проникшим сквозь щели в стенах домика. Она лежала неподвижно, словно замерзшая птица, не в силах пошевелиться. Вчерашние слезы высохли, оставив на лице соленые дорожки. Сердце билось слабо, отзываясь эхом боли в каждой клеточке тела.

Собравшись с духом, она поднялась и подошла к окну. Солнце, пробиваясь сквозь листву, рисовало на полу причудливые узоры. Т/и улыбнулась, вспоминая, как они с Чаном любили играть с этими солнечными зайчиками.

Она знала, что ее время подходит к концу. Болезнь безжалостно отнимала у нее последние силы. Но она не боялась. В ее сердце жила любовь, светлая и чистая, которая согревала ее даже в самые темные моменты.

Т/и присела на старое одеяло, достав из кармана пожелтевшую фотографию. На ней они с Чаном, счастливые и беззаботные, смеются под лучами летнего солнца. Она прижала фотографию к груди, закрывая глаза. В этот момент ей показалось, что она снова слышит его голос, чувствует его прикосновение.

И пусть лето закончилось, и домик стоит заброшенным, их любовь будет жить вечно, как яркая звезда на ночном небе, освещая путь тем, кто ищет убежище в своих сердцах.

Открыв глаза, Т/и почувствовала внезапный прилив энергии. Слабый, но ощутимый. Она встала и, опираясь на стену, направилась к двери. Ей хотелось вдохнуть свежий воздух, почувствовать запах утренней росы на траве.

Выйдя на крыльцо, она увидела, как солнце окрашивает вершины деревьев в золотой цвет. Птицы щебетали свои утренние песни, приветствуя новый день. Т/и закрыла глаза, наслаждаясь моментом. Ей казалось, что она растворяется в этой красоте, становится ее частью.

Внезапно она почувствовала легкое прикосновение к своей руке. Открыв глаза, она увидела маленькую бабочку, сидящую на ее ладони. Ее крылья были такими нежными и хрупкими, словно сотканные из солнечного света. Т/и улыбнулась. Она вспомнила, как Чан говорил, что бабочки – это души умерших, прилетающие навестить своих близких.

Бабочка взмахнула крыльями и улетела, а Т/и осталась стоять на крыльце, чувствуя легкость и умиротворение. Она знала, что скоро уйдет, но ее любовь останется здесь, в этом домике, в этих деревьях, в этих солнечных зайчиках. Она будет жить вечно, как эхо смеха, как тепло объятий, как свет звезды на ночном небе.

Она умерла. Внезапно, нелепо, будто кто-то зло подшутил над всеми. Только вчера она смеялась, рассказывала истории, строила планы на будущее. А сегодня – тишина. Только эхо ее голоса мечется в пустых комнатах, словно неприкаянная душа, не желающая верить в случившееся.

Мир будто замер, потеряв краски. Солнце светит так же ярко, но его лучи уже не греют. Птицы поют свои песни, но в них слышится лишь скорбь. Все вокруг живет своей жизнью, не замечая утраты. Как будто ничего не произошло. Но для них все изменилось. Навсегда.

Её друзья смотрят на ее фотографии, пытаясь уловить хоть что-то знакомое в этом застывшем изображении. В глазах – искра жизни, в улыбке – тепло. Но это лишь иллюзия. Она больше не здесь. Никогда не будет.

Остались лишь воспоминания. Обрывки фраз, моменты счастья, мгновения грусти. Все это – драгоценные осколки прошлого, которые буду бережно храниться в сердцах родственников и друзей. Ведь пока о ушедшем помнят, он живёт.

Получилось очень водно и не совсем понятно. Но почему-то мне очень сильно захотелось написать что-то такое перед сном 🙃