1 часть

Сынмин — альфа, холодный и собранный снаружи, но внутри у него слишком сильные инстинкты, которые он всегда старательно подавляет. Он не верит в «судьбу» и относится к идее метки как к мифу.

Чонин — омега, мягкий и мечтательный, но упрямый. Всегда старался жить «как бета», чтобы не зависеть от чужих инстинктов.Чонин снова проснулся среди ночи. Его грудь тяжело вздымалась, а в комнате стояла густая тишина, нарушаемая только биением его сердца. Сны, что посещали его последние недели, становились слишком реальными.

Ему снилось одно и то же — чьи-то сильные руки, что касались его кожи с пугающей осторожностью. Голос, который он никогда не слышал в реальности, шептал ему слова, будто сказанные прямо в ухо. Но больше всего Чонина пугало другое — запах.

Тёплый, густой, с нотами чего-то пряного и свежего одновременно. Аромат, от которого у него кружилась голова, и сердце начинало биться быстрее.

Во сне он чувствовал его так отчётливо, будто этот человек был рядом.

— Кто ты?.. — вырвалось у Чонина, когда он в очередной раз закрыл глаза, надеясь вернуться туда, где этот запах был ближе, чем сама реальность.

И он вернулся.

Перед ним — высокий силуэт, скрытый туманом сна. Мужчина смотрел на него так пристально, что Чонин невольно отступил на шаг. Но туман рассеялся, и Чонин впервые разглядел его черты: тёмные глаза, в которых таилась тяжесть, и холодный, почти неприступный взгляд.

— Моё имя Сынмин, — произнёс незнакомец. Его голос был низким, с оттенком той самой власти, от которой омега всегда хотел бежать.

Чонин замер. Ему хотелось поверить, что это просто плод воображения. Но запах… этот запах был слишком настоящим.

Сынмин медленно протянул руку, будто проверяя, насколько Чонин допустит его ближе.

— Ты чувствуешь это, верно?.. — альфа склонил голову чуть набок, и Чонин ощутил, как его тело предательски дрогнуло.

Омега хотел ответить, но слова застряли в горле. Ему оставалось только стоять и дышать этим запахом, отчётливо осознавая: сон больше не был просто сном.Чонин резко открыл глаза. Его сердце всё ещё билось слишком быстро, дыхание было сбивчивым. Он машинально прижал ладонь к груди, будто пытаясь убедить себя, что сон закончился.

Но всё было не так просто. Запах. Он не исчезал. Лёгкий, еле уловимый, но всё ещё витал вокруг, словно невидимая тень.

— Этого не может быть… — прошептал Чонин, сжимая простыню в пальцах.

Он поднялся с кровати и прошёлся по комнате, нервно теребя край футболки. Сны всегда были снами. Они оставляли чувства, воспоминания, иногда даже слёзы на подушке — но никогда запах. Никогда так реально.

Чонин подошёл к зеркалу. Его лицо было бледным, под глазами — тёмные круги. Он давно не высыпался, но теперь причина была не в бессоннице. Ему снился один и тот же альфа. Сынмин. Имя, которое он впервые услышал именно там, во сне.

— Может, я схожу с ума? — он усмехнулся, но в смехе не было радости.

Омега опустился на пол и обхватил колени руками. Его тело до сих пор дрожало от ощущения, что где-то рядом в комнате был тот самый альфа.

И в этот момент он почувствовал ещё одно. Его собственный запах изменился. Тонкий оттенок сладости, который обычно появлялся только на грани жара, сейчас просачивался наружу.

— Нет… — Чонин прижал ладони к лицу. — Это невозможно…

Но в глубине души он знал: невозможно — уже давно не про него.

Где-то там, за пределами сна, Сынмин тоже открыл глаза в темноте своей комнаты. Его взгляд был сосредоточен, дыхание — тяжёлое.

— Чонин, — глухо произнёс он имя, впервые осознав: этот омега был не только частью сна.Утро показалось Чонину ненастоящим. Он шёл по улице, стараясь сосредоточиться на привычных мелочах: холодном воздухе, шуме машин, голосах людей вокруг. Всё это должно было вернуть его к нормальной жизни.

Но запах… он вернулся.

Сначала лёгкий намёк в воздухе, словно кто-то прошёл мимо с ароматом, который невозможно забыть. Сердце Чонина пропустило удар.

Он замер посреди улицы, цепляясь пальцами за ремень сумки. Это был он. Тот самый запах. Такой же густой и пряный, от которого у него снова закружилась голова.

— Нет… не может быть, — прошептал Чонин, вглядываясь в толпу.

И тогда он увидел его.

Высокая фигура среди людей, уверенная походка, словно весь мир обязан расступаться перед ним. Чёрные волосы падали на лоб, а взгляд… даже на расстоянии Чонин ощутил этот взгляд на себе, будто ледяное прикосновение к коже.

Сынмин.

Омега судорожно втянул воздух. Его тело отреагировало мгновенно: кровь прилила к лицу, пальцы задрожали, а запах собственной сладости, ещё слабый и хрупкий, начал прорываться наружу.

«Нет, нет, только не сейчас…» — в панике подумал он.

Но Сынмин уже заметил его. Их глаза встретились. Мир вокруг будто исчез — шум улицы растворился, люди перестали существовать.

И Чонин понял страшное: это не сон. Альфа из его снов стоял перед ним, живой и реальный.

Сынмин сделал шаг в его сторону. Медленно. Взгляд холодный, но в нём таилась опасная глубина, которая притягивала, как бездна.

— Ты… — голос альфы был низким, хриплым. — Ты существуешь.

Чонин почувствовал, как его ноги сами делают шаг назад. Но уйти он уже не мог.

Сон стал явью.