Глава 1. Снова в Ад

Я понял, что задержался на одном месте, когда почтальон поздоровался со мной. Шестерёнки в голове заработали быстро-быстро, и в глубине сердца стала зарождаться паника. Здравый смысл говорил мне бежать, не оглядываясь, так быстро, как могу, но когда я слушал здравый смысл? Последний день, решил я. Доработаю последний день, попрощаюсь с Сидом и Нэнси, кину монетку в море. Вдруг вернусь? Хотя, конечно, не верилось. Я вздохнул. Как же всё достало: прятаться, бежать, опасаться каждого, кто встретится мне на пути. Сколько уже так? Два года, шесть месяцев и двадцать три дня.

До работы я решил пройтись пешком. В последний раз прогуляться, запомнить тут всё. Мне было хорошо в этом городке на берегу моря. Осенью, зимой и весной тут тихо, всё будто вымерло, а вот летом — самое веселье. Сюда съезжаются люди со всех концов нашей страны. Вчера, к примеру, я обслуживал парочку из Владивостока. Мне кажется, это так далеко.

— Эй, привет! — Нэнси повисла у меня на шее. Метрах в десяти стоял Сид и покупал мороженое.

На самом деле ребят зовут Оля и Коля, они выросли в одном дворе, ходили в одну школу и, конечно, любили друг друга и одну и ту же музыкальную группу, откуда и пошли их прозвища. 

— Ты чего такой хмурый? — Оля растрепала мои волосы.

— Так, — пожимаю как можно беспечнее плечами я.

— Привет, брат, — Коля протягивает мне мороженое. Вообще, для него все люди братья. Он кладёт руку на талию девушки и прижимает её к себе. Оля мельком дарит ему улыбку, продолжая мне что-то рассказывать. Интересно, глядя на их любовь, думается мне, смогу ли я подпустить к себе кого-нибудь так близко? Смогу ли я полюбить кого-нибудь?

Мы идём вдоль пляжа, поедая фруктовое мороженое и наблюдая за отдыхающими. Мне нравится угадывать их профессии. Вот эта женщина стоит навытяжку, сжав губы, у неё поставленный голос и прекрасная дикция. Думаю, она учительница. А вот интересная парочка: на мужчине растянутая майка и шорты, а на его спутнице старый халат в цветочек. Наверное, они из глубинки. Он трудится на заводе, о чём говорят его мозолистые руки, а она… Быть может, она сидит на проходной, на том же заводе. Вечерами они вдвоём идут домой, она готовит ужин, сварливо рассказывая о прошедшем дне и нелюбезных сотрудниках. Он рассеянно слушает, глядя на работающий телевизор, по которому идут новости. Такой вот домашний уют. Жаль, что у меня такого никогда не будет. Общение со мной — это опасность. Я должен помнить об этом.

***

День был похож на остальные, но для меня он был особенным. Это мой последний день здесь. Так странно. Вчера я даже не думал об этом, а теперь меньше чем через шесть часов сяду на поезд, который увезёт меня далеко-далеко. Куда именно я сам даже не знаю. 

— Эй, кись, — Оля улыбнулась мне, забегая на кухню, — там такой тип чумовой сидит, иди, отнеси ему кофе. 

Почему я тогда не обратил внимания на лёгкий туман в её глазах? Это был бы шанс. Крошечный, малюсенький, но всё же. Я пожал плечами, взял приготовленный эспрессо, сахарницу, стакан воды, аккуратно расставил всё это на подносе и вышел из прохладного помещения на улицу. Наш ресторан имел огромную террасу со сказочным видом, которая приманивала всех романтиков. 

Иду, мельком отмечая всех посетителей. Слева подвыпившая компания уже начала распевать песни. Справа за столиками сидели две парочки влюблённых. Вообще, посетителей для этого времени было очень мало. Ну почему меня это не насторожило? Как может курортное кафе пустовать вечером? Это тоже был шанс, который я упустил. Я двигался к незнакомцу, сидящему в отдалении ото всех, о котором Оля отозвалась как о «чумовом», и сердце колотилось с каждой минутой всё сильней.  Почему я не заметил даже это?

— Добрый вечер, — я выдал дежурную улыбку в пустоту, поставил чашку с кофе на столик, сахарницу, лишь потом взглянул на незнакомца и тут же забыл, как дышать. К щекам прилила кровь, моё тело в одно мгновение охватила дрожь. Руки разжались, и поднос выпал из негнущихся пальцев. Я видел, как стакан с водой устремляется вниз, как из него, пока он летит, выпрыгивают несколько крупных капель.

Он, не отрывая от меня взгляда, легко шевелит пальцами, и стакан замирает у самой земли. Ещё одно движение руки, и стакан запрыгивает на стол.

Он не изменился. Хотя, он и не должен был измениться. Он всё такой же. И всё так же в его присутствии моя душа уходит в пятки.

— Садись.

Просто слово. Едва различимое. Но меня бросает теперь уже в холод, потому что от него веет ледяной яростью. Моё тело выполняет приказ прежде, чем испуганный мозг вспоминает значение слова. Разглядываю скатерть, пытаясь унять сердце и трясущиеся руки. Всё-таки он меня нашёл. Почти три года я скитался, но он смог напасть на мой след. Я же делал всё, что мог, но это было понятно с самого начала, мне его не переиграть. Что теперь? Убить меня – слишком просто. Наверняка, он хочет, чтобы я ответил за унижение, нанесённое ему, и ответил по всей строгости. А в Аду знают толк в пытках.

Его пальцы покрутили чашку, и всё-таки он сделал несколько глотков. Кофе здесь — дрянь, но кого это волнует сейчас?

— Всё в порядке, господа? Кись, на тебе лица нет! – раздался голос Оли.

Внутри всё оборвалось. Почему она подошла к нам? Я метнул на него полный мольбы взгляд и получил едва различимую усмешку.

— Кись?

— Оль, — не своим голосом говорю я, — принеси ещё кофе.

Девушка, оборачиваясь, уходит.

— На ней твой запах.

Я вздрагиваю.

— Она… Просто друг.

— Кто разрешал тебе заводить друзей?

— Я… — у меня нет ни одного слова, что я мог бы произнести сейчас.

— К полуночи она будет мертва.

Всё сжимается внутри.

— Пожалуйста…

— Ты ещё не раз повторишь это слово, — обещает он. Я чувствую его взгляд, но не смею поднять глаза. — Бесполезно.

— Пожалуйста, — твержу я, понимая, что его не переубедить.

— Я подумаю над тем, чтобы сохранить ей жизнь, если ты скажешь, кто помог тебе бежать, — так как я молчу, он продолжает: — Ты же понимаешь, что рано или поздно я вытащу имя из тебя? Не усложняй всё.

Молчу, всё так же не смею поднять глаза. Как же я отвык от его присутствия. Он заполняет всё пространство. Его тёмная энергия, так и сочащаяся из его облика, подавляет. От его голоса стынет кровь в венах, его взгляд прожигает кожу, как огонь.

— Ваш кофе.

Оля. Осторожно ставит чашку. Хищник хватает её за руку, я вижу, как он сжимает тонкое запястье девушки, но ей не больно, она подавлена его силой и, наверняка, даже не вспомнит своё имя сейчас.

— Перестань, — шепчу я, едва сдерживая порыв кинуться к нему и ударить его. Я не успею сделать и шага. Он быстрее, сильнее, ловчее меня. — Это… Леонард (1).

— Леонард, — ухмыляется он, и я слышу хруст её кости. Оля даже не вскрикивает.

— Хватит! — у меня вырывается крик, и инстинкт, глупый инстинкт, подбрасывает меня. Я кидаюсь к нему, он отшвыривает девушку, и уже прижимает меня к стене, хотя до неё было метра три. Губы, ледяные и ядовитые, у моего уха:

— На что ты надеялся?

— Оставь их… — моя воля парализована. Я даже дышать-то не могу, хрип в ответ. Щека прижата к побеленной шершавой стене, кончики пальцев моих ног едва достают до земли.

— Ты всё такой же глупый мальчишка, как и два года назад. Два года, Андрей, целых два года.

И неожиданно меня отпускает. В смысле, не он сам, это чудовище всё так же прижимает меня к стене, а его воля. Мне не жить. Но… Умирать, так с музыкой.

— Да, не такой уж ты и крутой демон, Андрас (2), если искал меня так долго.

На этот раз хрустит моя кость. Он просто тянет мой палец на себя и ломает его. Так же легко, как я бы сломал спичку. Тихо вскрикиваю. По сравнению с той болью, что я пережил, когда оказался в Аду, – это ничто, но ведь это было так давно. Я разучился переживать её. Поэтому она быстро распространяется по телу и отдаёт импульсы в паникующий мозг. Перед глазами темно, так темно, как никогда ещё в этой жизни. 

— Забыл, как это? — проникновенный голос окутывает меня.

Я пытаюсь справиться с болью, а  Андрас сжимает второй палец и кость рассыпается внутри на сотни маленьких крупинок. Всё, я не человек, я животное, которое лишь жалобно поскуливает. В ответ на это, демон смеётся и отпускает меня. Я падаю к его ногам. Жалок как никогда. Но мне плевать. Мне так больно, что я не могу ни о чём думать.

— Смотри, — он хватает девушку с пола. Её глаза всё ещё круглые, непонимающие. 

— Нет! — ору я, когда его ноготь вдруг становится длинным и твёрдым. О его остроте я знаю не понаслышке. — Пожалуйста, Андрас, умоляю, пожалуйста!

Убедившись, что я смотрю, он проводит ногтем по нежной шее девушке. Всё вокруг заливает кровь. Её много, целый фонтан. Я закрываю лицо руками, но мои руки тут же отрывают от лица и заламывают за спину.

— Смотри, что бывает, когда играешь не по правилам.

Насладившись ужасом в моих глазах, демон поднимает меня, закидывает себе на плечо и, насвистывая, несёт куда-то. Я вижу Олю, лежащую в крови, подбежавшего Колю, трясущую её, ошарашенных, недоумевающих посетителей. Как это выглядело для них? Вряд ли они поняли, что происходило. В каком облике был для них Андрас? Неужели мне не всё равно?

Меня швыряют на пассажирское сидение роскошного красного авто и через секунду демон оказывается рядом. Я прижимаю к себе руку со сломанными пальцами, она чудовищно пульсирует.

Он несётся с невероятной скоростью, больше ста пятидесяти километров в час, как я успеваю заметить. Мне не страшно. Я бы был благодарен судьбе, если бы мы сейчас разбились. Но этого не будет. Он ведь демон. Его реакция молниеносна. К тому же, сила, которой он наделён, не даст чему-то пойти не так. Например, мы сейчас спокойно проехали по мокрому песку, и нас даже не повело в сторону.

Вдруг я заметил, что мы несёмся к скале. Вот чёрт, если он не сбавит скорость, то мы разобьёмся. Конечно, хороший выход, но не так же… Я в ужасе зажмурился, и открыл глаза, только когда мы резко остановились, и мой лоб впечатался в приборную панель. Замечательно. Мы живы. В какой-то пещере, по периметру расставлены факелы, дающие немного света. Моя дверь открылась, и я увидел бафомета (3). От неожиданности я икнул.

— Хехех, — раздалось из-под спутанных пегих волос, и на меня уставился горящий чёрный глаз. — Хозяин нашёл тебя, мальчишка.

— Раил, — прошептал я. Мне казалось, или у него было два глаза в нашу прошлую встречу?

— Эта козявка помнит моё имя! — и бафомет разразился жутковатым хохотом.

По спине побежали мурашки. Да, быстро я отвык от Ада.

— Раил, закуй его в цепи в подземелье, — приказал Андрас и стал подниматься по каменным ступеням вверх, словно забыв о моём существовании.

Хм, вообще-то, мы как бы и так в подземелье, тут ни одного окна. Я едва не хихикнул. Но разум вдруг решил показать, что он всё-таки существует во мне. Я вылез из машины и покорно пошёл за цокающим копытами бафометом. Мы спустились на несколько уровней вниз и оказались в каменном мешке. Жутком, давящем и вонючем. Клянусь, здесь несло мертвечиной.

— Недавно был тут у нас один пленник, — похихикивая, поведал Раил, указывая на полуразложившийся труп в углу камеры.

Я невольно попятился назад.

— Позвать хозяина? — радостно спросил бафомет.

Прямо-таки не знаю, что хуже — соседство трупа или общество обозлённого на меня демона, мечтающего отомстить.

Выбрав первого, я сел на землю, показывая смирение. В глазах Раила было явное разочарование, и он удалился, гремя замками. Я был уверен, что они зачарованные, простой отмычкой, даже если она была бы у меня, их не открыть.

К вони разлагающегося трупа я привык за пять минут, глаза немного слезились, но в целом сносно. Интересно, надолго я тут? Зная Андраса, он просто нагнетает обстановку. Даёт мне время осознать весь ужас. Уверен, меня даже будут кормить, чтобы я раньше времени не окочурился. Я вздохнул. Ну почему я? Почему именно мой папаша продал душу дьяволу? Мою душу, попрошу заметить, а не свою! Какое право он имел распоряжаться моей душой? Разве она не принадлежит мне с рождения? До восемнадцати лет меня защищала кровь рода, а потом защита исчезла. Прошло полгода с моего совершеннолетия, демон не торопился за мной, и я как-то совсем расслабился, забыв о договоре, и тут Андрас появился, чуть не отправив меня на тот свет от страха. Наверное, ему просто стало скучно, не над кем было поиздеваться, и он решил оторваться на мне. Он притащил меня в свой замок в  Аду, подчинил своей воле, вывернул душу наизнанку, делал со мной ужасные вещи, не говоря уже о пытках, которым я подвергался при малейшей оплошности (что случалось почти каждый день). Через какое-то время такого обращения, я был едва жив. С трудом дышал, не мог передвигаться. Но именно это меня и спасло – Андрас не воспринимал меня больше как что-то стоящее своего внимания. К своей большой ошибке, потому что, набравшись сил, униженный и раздавленный, я взял его клинок и попытался убить своего мучителя. Как видно, задуманное мне не удалось, но с той поры что-то изменилось. Мне дали прийти в себя, хоть и мешала гнетущая обстановка, царящая в Аду, опасная для всех живых. Унижения и пытки свелись к минимуму, я всё больше оказывался наедине с Андрасом и он всё чаще был человечным, если можно так сказать.

Как-то Раил бросил, что не одна игрушка так долго не задерживалась у хозяина. Мне стало не по себе, потому что я только-только научился не дрожать в его присутствии. И я сбежал. Так тщательно побег не планировал никто. Я притворялся, надеясь, что фальши не будет видно, я исполнял любое, даже самое стыдное требование Андраса… Мне помог Леонард, на которого я случайно натолкнулся. Давний недруг моего демона. Хотя… Можно ли в Аду иметь друзей? Именно он провёл меня через всех стражей, именно он научил меня нескольким фокусам, которые не давали Андрасу найти меня так долго.

Я пустыми глазами смотрел на стену перед собой. Господи, что меня ждёт дальше? Моя жизнь давно стала ненормальной. И жил ли я всё это время? Нет. Скитался, прятался. Это существование, а не жизнь.

Задумавшись, я пропустил появление бафомета.

— К хозяину! — гаркнул он.

И мне стало очень страшно.

Примечания к главе:

(1) – ЛЕОНАРД – демон Ада, хозяин шабашей.

(2) - АНДРАС – демон Ада, великий маркиз.

(3) - БАФОМЕТ  - сатанинский козёл; обычно изображается в виде получеловека-полукозла или в виде человека с козлиной головой.