Часть 1

На самом деле на Кавказе достаточно запретов, однако многие умудряются их нарушать. Но, к счастью, это не про нашу героиню.

Сентябрь 2023. Мой 9 класс.

Сегодня я перешла в 9 класс. Начался самый сложный учебный год, так как по его окончании мы сдаём пять экзаменов. Придётся приложить много усилий, чтобы всё сдать.

Но самое сложное для меня — это совмещать учёбу и любимый спорт, в который я пришла недавно и, можно сказать, случайно. Баскетбол. Я не вижу теперь смысла жизни без него. Мне это однозначно нравится, особенно после того, как я бросила кавказские танцы, которыми занималась практически всю жизнь.

После того как бросила их, начала поправляться. Не подумайте, я никогда не была супер худой, но и такой пухлой — никогда. Но и не корова, конечно, в меру упитанная. Начала я заниматься спортом в конце 8 класса и уже замечала, что худею, но этого было мало.

У нас говорят, что спорт не для девушек, но кого это остановит? Тем более меня.

Расскажу про себя. Я русая, с зелёными глазами-хамелеонами, которые меняют цвет от окружающих предметов, белокожая. В общем, полная противоположность моей семьи. Папа иногда шутит надо мной, когда я говорю: «Я приёмная», он отвечает: «Да, мы тебя хотели у цыган взять, но у них было закрыто, пришлось брать у русских». Конечно, я понимаю, что это всё шутки, так как я безумно похожа на своего деда со стороны отца. К сожалению, его с нами нет. Я много размышляю на тему: «Что было бы, если бы он был жив».

Всё это нам не подвластно, поэтому я стараюсь об этом не думать.

У меня полная семья: мама, папа, два брата — Марат и Асланбей, бабушка и, конечно же, нескончаемое количество родственников, многих из которых я не знаю.

Вернёмся к реальному времени.

Школьная линейка. Все загорелые, отдохнувшие, с новыми силами пришли получать знания. Я встретила всех друзей, Марата, который в этом году в 11-м, и Асланбея, который перешёл в 10-й. Очень грустно, что Марат заканчивает школу так быстро, но что поделать?

Марат — мой старший брат, серьёзный, ответственный, всегда за меня горой. Асланбей — средний, он всего на год старше меня, и мы с ним как два сапога пара. Оба брата — моя опора и защита. Наш класс очень близко дружил с классом Асланбея, ну и я тоже, естественно.

Линейка прошла как обычно: гимн, речи директора, первоклашки с бантами размером с них самих. Я стояла в ряду нашего 9 «А» и щурилась от солнца — сентябрь в этом году выдался жаркий, почти как август. Все вокруг действительно загорелые, отдохнувшие, девочки хвастаются новыми причёсками, мальчики стали выше на голову за лето. Смотрю на своих одноклассниц и думаю: кажется, только я одна не изменилась. Те же русые волосы, те же глаза-хамелеоны, та же я.

После линейки мы с Маратом и Асланбеем по традиции пошли за мороженым в ларёк через дорогу от школы. Марат, как всегда, подкалывал нас обоих:

— Смотри, Аслан, сестра твоя уже выше тебя почти. Ещё год — и ты будешь ей в макушку дышать.

— Зато я в баскетболе её сделаю, — усмехнулся Асланбей и взлохматил мне волосы.

Я закатила глаза. Брат никогда не упускал случая напомнить, что он тоже играет. Правда, он играл просто для удовольствия, без фанатизма, не то что я.

— Кстати, о баскетболе, — вдруг сказал Асланбей, откусывая пломбир. — В следующую субботу будут районные соревнования среди школ. Наша школа выставляет сборную. Тренер сказал, что можно и девушкам участвовать в смешанном составе, если уровень позволяет. Ты как, Амина?

Я замерла с ложкой в руке:

— Ты серьёзно?

— Абсолютно. Я уже сказал тренеру про тебя. Он хочет посмотреть.

Марат присвистнул:

— Смешанный состав? Это значит, с парнями из других классов играть будете?

— Ну да, — пожал плечами Асланбей. — Соберут тех, кто реально играет. Будет пару ребят из моего класса, кстати. Расул, например.

Я тогда впервые услышала это имя. Просто имя. «Расул». Ничего не кольнуло, ничего не предвещало. Я пожала плечами и уткнулась в мороженое.

Суббота наступила быстро. Я волновалась ужасно — всё-таки мои первые соревнования за школу. Мама, узнав, что я буду играть в одной команде с парнями, покачала головой, но промолчала. Папа только спросил: «Форму купили? Ну и хорошо». Бабушка, конечно, поворчала про «не девичье это дело», но я уже привыкла.

Спортзал был полон. Я стояла у скамейки запасных и нервно теребила край майки, когда наша сборная начала собираться. Асланбей подошёл и кивнул в сторону высокого парня, который разминался у кольца:

— Это Расул. Мой одноклассник. Будет центровым.

Я посмотрела. Высокий, темноволосый, с короткой стрижкой. Он стоял ко мне спиной, и я заметила, как легко он двигается — не как обычный баскетболист, а как танцор. В каждом движении пластика, ритм. Он подпрыгнул, забил мяч в корзину и развернулся. И вот тут я увидела его глаза.

Голубые. Не синие, не серые, а именно голубые — как небо в горах ранним утром. На фоне смуглой кожи и тёмных волос они смотрелись до невозможности ярко и как-то неожиданно. Я, наверное, засмотрелась, потому что он вдруг перехватил мой взгляд и чуть приподнял бровь.

— Ты Аминат? Сестра Аслана? — спросил он, подходя ближе.

Голос у него оказался спокойный, с лёгкой хрипотцой.

— Да, — ответила я, надеясь, что не краснею.

— Наслышан, — он усмехнулся уголком губ. — Говорят, ты с танцев ушла в баскетбол. Интересный выбор.

— Я тоже слышала, что ты танцуешь, — неожиданно для себя сказала я.

Он чуть склонил голову набок, разглядывая меня:

— Танцую. Но сегодня мы не танцевать будем.

И отошёл к остальным.

Асланбей хлопнул меня по плечу:

— Не обращай внимания, он всегда такой. Спокойный, как удав. Но на площадке зверь, вот увидишь.

Я увидела.

Расул играл великолепно. Он двигался по площадке так, будто это был танец — только с мячом. Быстрый, точный, с невероятным чувством момента. Когда он отдавал пас, мяч приходил точно в руки. Когда бил — почти всегда попадал. И при этом ни крика, ни лишних эмоций. Только эта его полуулыбка.

В перерыве я сидела на скамейке, пытаясь отдышаться. Расул сел рядом.

— У тебя хороший бросок, — сказал он, не глядя на меня. — Но ты суетишься. Дыши ровнее.

— Я волнуюсь, — честно ответила я.

— Я вижу, — он наконец повернулся, и его голубые глаза встретились с моими зелёными. — А ты просто представь, что танцуешь. У танцев и баскетбола больше общего, чем кажется. Ритм, шаг, подача. Слышала такое слово — «свинг»?

Я кивнула.

— Вот играй в свинге. Как джаз, поняла?

Он подмигнул — легко, почти незаметно, — и встал, возвращаясь на площадку. А я осталась сидеть с этим его «поняла?» в голове. И с этим его подмигиванием. И с тем, как солнце из окна спортзала падало на его смуглые руки.

В тот день я не думала ни о чём таком. Серьёзно. Просто хороший игрок, просто друг Асланбея, просто красивые глаза. Но когда мы возвращались домой, Асланбей вдруг сказал:

— Знаешь, ты Расулу понравилась.

— Что? — я чуть не споткнулась.

— Он после игры сказал: «Сестра у тебя с характером. И бросок хороший». Поверь, это высшая похвала. Он вообще редко кого отмечает.

Я промолчала. Но где-то глубоко внутри, в районе солнечного сплетения, зажёгся маленький тёплый огонёк. Я тогда ещё не знала, что этот огонёк будет гореть долго — целых два года. И что Расул, спокойный и голубоглазый, станет для меня целой вселенной.

Но это потом. А пока — 9 класс, сентябрь, и я иду домой с мороженым в одной руке и мячом в другой.