Глава 8 - «Огни, книги и чужие руки»

---

«Часто самые важные моменты — это не битвы. А тишина. Когда ты сидишь рядом с кем-то и не боишься быть собой»— Дивергент, Вероника Рот

— И что это за место? — Джисон оглядел вывеску клуба с неоновыми буквами "Vortex".

— Хз, у него было классное описание на сайте: «Открытость. Свет. Честность». Ну типа... звучит безопасно, — пожал плечами Минхо.

— Безопасно для кого? — пробурчал Джисон, входя внутрь.

Музыка сразу врезалась в уши. Басы били в грудную клетку, свет переливался всеми цветами бифлагов, а в углу кто-то уже без рубашки водил руками по чужой груди.Бармен в глиттере подмигнул Минхо.

— Минхо... — начал Джисон, но потом остановился.— Что?— Это гей-клуб.— Да ну? — Минхо притворно вскинул бровь, — Я думал, это фестиваль единорогов и самопознания.— Пошёл ты, — рассмеялся Джисон, — Но... остаёмся?— Конечно. У тебя задница слишком красивая, чтобы её не оценили.

Тем временем, Чанбин и Банчан шли по ночной улице. Воздух был прохладный, но не зябкий. Банчан держал руки в карманах, а Чанбин нёс в одной руке колу, в другой — телефон, но экран был потухшим. Он не читал. Просто держал.

— Слушай… — начал Банчан, — тот поцелуй…

— Не начинай, — отозвался Чанбин быстро, но не грубо. — Это было. Просто… было.— Да. — Банчан кивнул. — Но ты не жалеешь?

Чанбин остановился, посмотрел на него в свете фонаря.— Я больше жалею, когда молчу.

Банчан улыбнулся. Улыбка была не дурацкая, а такая, как бывает у людей, которые что-то поняли про себя.

— Это была хорошая глава, — произнёс он.

— Чего?

— У нас. Сегодня. Как в книге. — Он помолчал и добавил:— Я бы не стал её вырывать.

На другом конце дома, в комнате, пахнущей страницами и тёплым светом, Чонин лежал на животе, листая книгу. Сынмин — рядом, на спине, раскинув руки.

> «Сила — это не в том, чтобы не бояться. А в том, чтобы делать то, что страшно», — читал Сынмин вслух.

— Эта книга — будто про тебя, — сказал Чонин.

— Про меня?

— Ну да. Ты же вроде из тех, кто делает, даже когда дрожит.— А ты из тех, кто наблюдает и делает выводы.

— И что?

Сынмин повернулся на бок, уткнулся лбом в плечо Чонина.

— И мне это нравится.— А мне нравится, когда ты читаешь медленно.— Почему?— Потому что я могу разглядывать твоё лицо дольше.

Сынмин усмехнулся. Его пальцы дотронулись до руки Чонина, чуть-чуть, мимолётно.

— Ты снова краснеешь.— Я не…— Не ври. Ты весь как Искренность. Прозрачный.

— А ты — как Бесстрашие, — прошептал Чонин, глядя в его глаза. — Только в постели, наверное, больше анархия.

Сынмин усмехнулся, притянул его ближе.

— Хочешь, я докажу?

В клубе Минхо стоял у бара, наблюдая, как Джисон танцует. Не как герой фильма. Не как бог сцены. Просто... с закрытыми глазами.Впервые без страха.Впервые не для кого-то, а для себя.

Минхо улыбнулся. Не мог оторваться.Это было красивее любой постановки.Настоящее. Редкое.

И он вдруг понял:В этой жизни он не хочет проиграть.

А в комнате Чонин и Сынмин заснули, укрывшись пледом, книга лежала между ними.

Открытая на странице с подчёркнутой цитатой:

> «Я выбираю быть собой. Даже если это не вписывается в систему».

---