ГЛАВА 5

— Я не хочу идти в ту комнату, где эта женщина пытается сломать мне мозг. Это сводит меня с ума! — Лэсси уткнулась лицом в подушку и издала раздражённый, почти гневный звук, в котором проскользнули грубые слова.

Мы с Шерри и Ким обменялись взглядами и покачали головами. Лэсси явно преувеличивает. Вчера, чтобы избежать уборки, она притворилась, что у неё сильно болит живот, и упала на пол, изображая умирающего человека. Её охранник сразу понял, что она пытается манипулировать, и строго предупредил её о «холодной комнате» — месте, куда помещают тех, кто нарушает правила.

Лэсси испугалась и, хотя она успокоилась, но, видимо, только на время.

За нами пришли наши громилы, и, схватив нас за плечи, повели вперёд. Лэсси шла первой, её лицо выражало смесь страха и раздражения. Она выглядела так, словно кто-то взял спелый фрукт и случайно его испортил. Это зрелище было одновременно забавным и грустным. Остальные девушки смотрели на Лэсси с сочувствием, понимая, что она переживает.

Прошло полчаса, и в кабинет пригласили меня. Коуп помог мне сесть на кушетку. Женщина подошла и начала прикреплять ко мне различные проводки, которые выглядели как часть медицинского оборудования. Она также вколола мне что-то в руку. Это удивило меня, так как в прошлый раз ничего подобного не происходило. Я вопросительно посмотрела на своего охранника, ожидая объяснений.

Коуп, заметив мой взгляд, мягко улыбнулся и ответил:

— Это снотворное. В прошлый раз вы выпили его, не зная об этом. Сейчас же все официально.

Пока женщина была занята своими делами, Коуп осторожно погладил меня по руке, словно стараясь успокоить. Затем он вышел за дверь, оставив меня наедине с женщиной.

— Ну что, приступим? — спросила она, глядя на меня своими маленькими, проницательными глазами, похожими на бусинки.

Я незаметно кивнула, стараясь не выдать своих эмоций.

ОСКОЛКИ ПАМЯТИ

— Оберн, не стой как истукан, что с тобой? — спросила девушка с ярко-красными, почти клубничными губами. Её голос звучал слегка раздражённо.

Я застыла на месте, пытаясь понять, кто передо мной. Мозг лихорадочно работал, но образы ускользали, оставляя лишь смутное ощущение дежавю. Внутри меня нарастала тревога. Я не помнила эту девушку, но почему-то её присутствие вызывало странное чувство дискомфорта.

— Эм, я не знаю, просто сегодня был неудачный день, — наконец выдавила я, стараясь звучать как можно более спокойно. Мой голос дрожал, выдавая внутреннюю растерянность.

— Да что с тобой такое? Ты очень изменилась, будто тебя подменили или что-то в этом роде, — девушка прищурилась, глядя на меня с подозрением. Её взгляд скользнул по моему лицу, словно она пыталась найти в нём знакомые черты. — Ты выглядишь... по-другому.

Меня точно подменили. Я не помню, кто я. Кто я? Я совершенно не узнаю себя.

А этот парень, который обнимает меня за талию, смотрит своими красивыми глазами и улыбается — кто он? Если бы я его раньше знала, то, наверное, поцеловала бы, не раздумывая.

Он взял меня за руку и повёл к столу, за которым сидели ребята. Они оживлённо разговаривали и смеялись, поглощая еду. Я чувствовала себя немного неловко, но парень, казалось, не замечал этого.

— Милая, тебе что-нибудь принести? — спросил он, наклонившись ко мне.

Я задумалась. Что бы мне хотелось?

— Воды, если можно, — наконец ответила я, улыбнувшись.

Парень кивнул и направился к стойке с напитками. Я осталась сидеть за столом, чувствуя на себе любопытные взгляды ребят.

Одна из девушек, сидящая рядом, наклонилась ко мне и прошептала:

— Оберн, что с тобой происходит? Ты с ним?

Я непонимающе посмотрела на неё. Она рассмеялась, но быстро успокоилась и села обратно. В этот момент вернулся парень с бутылкой воды. Он открыл её и протянул мне.

— Спасибо, — поблагодарила я, принимая бутылку.

Парень улыбнулся, обнажая ровные белые зубы. Его улыбка была искренней, и это немного успокоило меня.

***

— Что тебе снилось? — спросила женщина, когда я открыла глаза.

В этот момент в комнату вошёл Коуп. Он выглядел усталым, и его присутствие придало ситуации немного напряжения.

— Хм, это было море, — поспешно ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. Я надеялась, что ложь поможет мне избежать дальнейших вопросов.

— Что ты делала? — женщина приподняла бровь, словно не поверила моим словам. Её взгляд был проницательным, и я почувствовала, как мои щёки начинают краснеть.

— Нечего, — я попыталась улыбнуться, чтобы разрядить обстановку. — Меня там не было, просто видела море.

Я уже сама схватила Коупа за рукав пиджака и грубо потянула в коридор. Мне нужно было, чтобы мне перестали задавать вопросы и оставили меня в покое.

— Почему ты врёшь? — прозвучал вопрос Коуп около двери моей комнаты. Его голос был холодным, но в нём сквозило напряжение.

Я почувствовала, как моё сердце забилось быстрее.

— С чего ты взял это? — я постаралась, чтобы мой голос звучал спокойно, но внутри меня бушевала буря эмоций.

Круп нахмурился, глядя на меня.

— Ты уже второй раз говоришь неправду, — сказал он. Его голос стал чуть более жестким. — Хотя нет, это не моё дело. Но расплачиваться за это будешь ты.

Он развернулся и ушёл, оставив меня стоять в коридоре с тяжёлым чувством на душе.

Вдруг из моей комнаты раздался громкий крик. Я вздрогнула и инстинктивно повернулась в сторону звука. Но Коупа уже и след простыл.

"Может, мне показалось?" — подумала я, пытаясь успокоить себя. Но что-то внутри меня подсказывало, что это был не просто крик.

Открывая медленно дверь, я ничего не видела. Проникая внутрь, мое сердце забилось быстрее, когда я наконец раскрыла дверь полностью. В комнате стояла девушка, русская, из комнаты которой я слышала, что осталось всего четыре дня.

Она держала Лэсси за горло правой рукой, а в левой сжимала нож, который был направлен на меня. Я медленно подняла руки, стараясь не делать резких движений.

— Эй, отпусти её, — сказала я, стараясь говорить спокойно.

— Нет, не отпущу, — огрызнулась девушка. — Вы все придумали себе сказку, думаете, что мы здесь в безопасности? Ошибаетесь. Они сделают из нас рабынь, а потом продадут тем, кто будет нас использовать и бить. Снова.

Я не понимала, о чем она говорит, но чувствовала, что девушка не в себе. Её глаза были полны страха и ненависти.

— Успокойся, давай поговорим, — предложила я, стараясь не провоцировать её. — Кто они? Что ты имеешь в виду?

Она начала нервно смеяться, её голос дрожал.

— Они здесь, они везде. Они не остановятся, пока не получат то, что хотят. И мы для них всего лишь игрушки, пешки в их грязной игре.

Я понимала, что ситуация становится опасной, но не знала, как действовать. Лэсси начала задыхаться, её лицо стало багроветь.

— Отпусти её, пожалуйста, — взмолилась я, чувствуя, как страх начинает охватывать меня.

— Нет! — закричала она, её голос был полон отчаяния. — Ты не понимаешь! Они не оставят нас в покое!

Ее светлые волосы спадали на глаза. Она пыталась убрать их, но не могла — руки были заняты Лэсси.

— Я не думаю, что мы спасены, — произнесла я, стараясь говорить спокойно, но голос предательски дрожал. — Нас похитили, и мы понятия не имеем, откуда и с какой целью. Может, у них плохие намерения, а может, наоборот. Но одно я знаю точно: нас не тронули. И, похоже, они пытаются что-то сделать с нашими воспоминаниями.

Девушка вздрогнула и подняла на меня глаза, полные страха и недоумения. Ее губы дрожали, и она с трудом произнесла:

— Тебе тоже снятся эти сны? Когда мы в той комнате?

Ее голос был едва слышен, но в нем звучала такая боль, что у меня сжалось сердце. Я кивнула, чувствуя, как внутри все холодеет.

Я медленно подходила, не сводя глаз с Лэсси. Её губы беззвучно шевелились. Лэсси была в отчаянном положении, её взгляд умолял о помощи, но я не знала, что предпринять.

Внезапно в комнату ворвалась Шерри. Её появление было неожиданным. Девушка, державшая Лэсси, вздрогнула, увидев незванного зрителя. Она подняла нож и, с дрожью в руке, приставила его к горлу девушки.

Лэсси издала тихий всхлип, её глаза расширились от ужаса. В следующее мгновение я ошарашено наблюдала, как лезвие пронзает её кожу.

Алая кровь хлынула потоком по бледной шее Лэсси, окрашивая её одежду и пол. Я застыла на месте, словно парализованная. Но когда сознание происходящего обрушилось на меня, я рванулась вперёд, пытаясь выхватить нож из рук нападавшей, но мои пальцы лишь скользнули по холодному металлу. В отчаянии я попыталась схватить её за руку, но не успела. Она резко отдёрнула руку, и лезвие оставило глубокий порез на моём плече.

Боль пронзила моё тело, но я не почувствовала её. Всё моё внимание было сосредоточено на Лэсси.

— Я. Хочу. Чтобы. Ты знала, — произнесла она еле разборчиво из-за того, что захлёбывалась кровью, но я смогла понять ее слова.

— Что?

— Я твоя сестра. Жасмин...

С этими словами девушка выпустила последний вздох. Её глаза остались открытыми, но жизнь в них угасла быстро и тихо.

Моё сердце остановилось, не могла поверить в то, что только что произошло. Я смотрела на Лэсси, лежащую неподвижно, её лицо было бледным, а из раны на шее продолжала течь кровь. Я чувствовала, как огромные слёзы стекают по моим щекам, но не могла остановиться.

Меня схватили за руки и потащили прочь от Лэсси. Я не сопротивлялась, мои ноги были как ватные. В глазах было столько слёз, что я ничего не видела. Но вдруг я услышала знакомый голос, и моё сердце забилось чуть быстрее.

— Милая, успокойся, всё будет хорошо, — произнёс он. — Я позабочусь о тебе. Нейтон поможет.

Я почувствовала, как его руки обняли меня, как его губы прижались ко лбу. Но боль и слёзы продолжали терзать меня.

***

Я проснулась в небольшой, но уютной комнате. На большой кровати с чистыми белыми простынями было так комфортно, что я не сразу поняла, где нахожусь. Моя голова раскалывалась от боли, а плечо было туго перебинтовано. Боль пронзила мое тело, как молния, заставляя меня замереть.

На мне была большая черная майка с тонкими бретельками, которая едва прикрывала тело. Я попыталась вспомнить, что случилось, но перед глазами всплывали только обрывки воспоминаний: кровь, и... Лэсси. Ее лицо, полное боли и страха, снова и снова появлялось перед глазами. Я не могла сдержать слез. Они текли по моим щекам, как реки, смывая все попытки успокоиться.

— Эй, ты чего плачешь? — вдруг раздался знакомый голос. Я повернула голову и увидела Коупа. Он сидел на краю кровати, держа в руках поднос. На нем стояла чашка с чем-то горячим и тарелка с едой. Его взгляд был обеспокоенным, но в то же время теплым и заботливым.

Коуп поставил поднос на прикроватную тумбочку и аккуратно лег рядом со мной. Его рука нежно провела по моей щеке, вытирая слезы. Я почувствовала, как мое сердце начинает биться быстрее. Я никогда не видела его таким. Его бицепсы, обычно скрытые под одеждой, теперь были хорошо видны, а пресс проступал через белую футболку.

— Почему я тут? — хриплым, едва слышным голосом спросила я, пытаясь собрать мысли в кучу.

Коуп вздохнул и посмотрел на меня с грустью.

— У нас выходной, — ответил он. — Тебе нужно отдохнуть.

Попыталась успокоить себя, но воспоминания продолжали терзать мою душу. Сестра, ее крик, боль, которую я чувствовала, как будто это была моя собственная. Я не могла поверить, что все это на самом деле.

— Как такое могло произойти? — прошептала я, глядя на Коупа.

Он на мгновение замолчал, словно подбирал слова.

— Я расскажу, но не сейчас, — наконец сказал он.

Я почувствовала, как внутри меня все сжалось. Мне хотелось знать подробности.

— Моя сестра... она... — я не смогла закончить фразу. Слезы снова хлынули из глаз.

Коуп притянул меня к себе и обнял.

— Мне очень жаль, — прошептал он. — Но мы ничего не смогли сделать, не успели...

Я закрыла глаза и уткнулась лицом в его грудь. Его тепло и забота были единственным, что могло сейчас помочь мне справиться с этой болью. Но в глубине души я знала, что никогда не смогу забыть того, что произошло.

Хантер

Когда я вошел в кафе, Оберн сидела за столиком, задумчиво глядя в стакан с напитком. Ее волосы были небрежно собраны в хвост, а на лице читалась грусть. Я заметил, как она смотрит на свой стакан, будто бы ожидая чего-то, но не находя этого.

Я чувствовал себя немного виноватым, потому что знал, что она ждет меня.

Я взял красную розу, которая росла у входа в кафе, и аккуратно сломал ее, чтобы сделать небольшой букет. Затем я направился к ее столику, надеясь, что это хоть немного смягчит ее разочарование.

— Привет, — сказал я, подойдя к ней.

Оберн подняла голову, и ее взгляд изменился. Грусть исчезла, но на ее лице появилась злость.

— Как ты мог? — резко произнесла она, сложив руки на столе. — Я ждала тебя целый час! Спасибо, что хоть сейчас соизволил прийти.

Я почувствовал, как внутри меня что-то сжалось. Я сел напротив нее и осторожно положил цветы на стол.

— Прости, у меня были важные дела, которые я не мог отложить, — сказал я, стараясь говорить спокойно. — Хочешь мороженое? Это немного поднимет тебе настроение.

Она подняла на меня большие глаза, в которых сначала читалась обида, а затем — легкое удивление. Я заметил, как на ее щеках появился румянец.

— Купить меня хочешь? — прищурившись, спросила она. — Кстати, я даже не знаю твоего имени.

Я улыбнулся, чувствуя, как напряжение немного спадает.

— Меня зовут Хантер, и купить тебя я точно не хочу, — ответил я, стараясь говорить уверенно.

Она снова нахмурилась, и я почувствовал, как внутри меня зародилось желание разгладить эту складку на ее лбу. Но я понимал, что если прикоснусь к ней сейчас, это может только усугубить ситуацию.

— Кстати, у тебя очень красивые глаза.

Я чуть не поперхнулся от неожиданности. Оберн редко делала комплименты, особенно тем, с кем была едва знакома. Ее слова прозвучали искренне, и я почувствовал, как мое сердце забилось быстрее.

— Да ты умеешь удивлять, Оберн, — ответил я, беря в руки стакан с соком, который принес официант.

Она рассмеялась, и я почувствовал, что напряжение между нами немного спадает.

— Ты думаешь, что я плохая? — спросила она, закусывая губу.

Я задумался над ее вопросом. С одной стороны, в школе многие считали Оберн высокомерной и холодной. С другой стороны, я знал, что это всего лишь маска. Когда она была наедине, она становилась совсем другой — искренней и открытой.

— Нет, не думаю, — ответил я. — Ты лучше, чем думают остальные.

Оберн посмотрела на меня с удивлением, а затем на ее лице появилась легкая улыбка. Она закусила губу, и я почувствовал, как внутри меня все теплеет. В ее глазах зажегся огонек, который предвещал что-то хорошее.