Глава 35

Когда они почти дошли до дверей столовой, откуда уже доносился гул голосов и аппетитный запах свежей выпечки, Таня мягко перехватила Горяева за руку, заставляя остановиться.

— Что такое? — спросил он, повернув голову в сторону девушки и удивлённо приподняв брови.

— Слушай... Давай возьмём себе что-нибудь перекусить и пойдём в одно место? — предложила Таня, заглядывая ему в глаза. — Не хочу сидеть в этой толпе.

— Ну-у, если ты хочешь, тогда хорошо, — легко согласился парень. — Что тебе взять?

— Сосиску в тесте, если можно.

Таня тут же потянулась к замку своего рюкзака, намереваясь достать кошелёк, но Егор перехватил её пальцы, мягко остановив.

— Тань, брось, потом, — улыбнулся он.

— Ладно, хорошо. Я тогда буду ждать тебя на крыше. Найдёшь меня там? — убирая руки, спросила девушка.

— Без проблем, — подмигнул ей кудрявый и скрылся за дверями столовой.

Таня с нежной, благодарной улыбкой проводила его взглядом, поправила рюкзак на плече и направилась к пожарной лестнице. Поднявшись на просторную, залитую блёклым утренним солнцем крышу, рыжая подошла к самому краю, аккуратно уселась, свесив ноги вниз, и принялась ждать парня, подставив лицо прохладному ветру.

— Скучала? — с весёлой усмешкой прозвучало сзади спустя всего пару минут.

Девушка не спеша обернулась. Шатен уже стоял позади, держа в руках два бумажных свертка. Он ловко присел рядом с ней на тёплый бетон и протянул ей её сосиску в тесте, от которой ещё шёл пар.

— Благодарю, — улыбнувшись, Таня приняла угощение и сразу же с удовольствием откусила большой кусок. На голодный желудок и после всех утренних слез это было лучшее лекарство.

— Еле успел, честно, — парень шумно выдохнул, разворачивая свою выпечку. — Я вообще не ожидал, что там на перемене столько народа будет. Будто весь день не жрали.

Юноша аккуратно поправил пуговицы на своей рубашке и снова улыбнулся. Откусив кусок, он с искренним умилением посмотрел на Таню, которая с забавным видом набивала рот тестом, пряча за этим голодом остатки утренней неловкости.

— Приятного аппетита, кстати, — хмыкнул он.

— Ой, спасибо! И тебе, — улыбнувшись в ответ, она поспешно вытерла крошки с лица ладонью и снова потянулась к боковому карману рюкзака. Достав оттуда несколько смятых купюр, она протянула их парню: — Возьми.

— Тань, ты чего? Не нужно, — Егор даже руки не поднял, отрицательно качнув головой.

— Нет-нет, бери, я так не люблю, — настойчиво повторила Таня, буквально пихая мелочь ему в ладонь.

— Да ешь ты спокойно, ничего мне не нужно. Считай, что это дружеский подгон, — отмахнулся Горяев.После ещё нескольких безуспешных попыток всучить парню деньги, Таня обречённо вздохнула и сдалась, убирая рубли обратно.

— Что, так быстро сдалась? — не упустил возможности посмеяться Егор, наблюдая, как девушка с досадой запихивает деньги в карман.

— Пришлось. Потому что ты упрямый как Рома... — не подумав, на автомате взболтнула рыжая и тут же мысленно прикусила язык. Имя Ромы вылетело само, разрушая эту хрупкую идиллию.

— Очень интересное сравнение, — недовольно и как-то разочарованно произнёс шатен. Улыбка сошла с его лица, и он слегка прикусил нижнюю губу, уставившись перед собой.

Атмосфера мгновенно натянулась. Таня судорожно соображала, как загладить вину.

— Ой... Слушай, а может ты водички хочешь? — неуклюже перевела тему Краснова, натягивая фальшивую улыбку до самых ушей.

Егор бросил на неё короткий взгляд и понимающе усмехнулся:

— Ну, если позволишь.

Таня молча открыла рюкзак, покопалась внутри и достала пластиковую бутылку с минералкой. Протянув её парню, она поспешно перевела взгляд на раскинувшиеся внизу школьные окрестности, серые крыши домов и желтеющие верхушки деревьев.

— Всё же здесь красиво... — тихо выдохнула она, обнимая свои колени.

— Да, — согласился Егор, сделав пару глотков и закручивая крышку. — Слушай, а откуда ты вообще знаешь про это место? Сюда же обычно ходят только старшаки курить.

— Ну... Я здесь как-то раз уже была, вот и знаю, — уклончиво ответила Таня, решив умолчать о том, с кем именно она здесь была в прошлый раз.

— Понятно, — не стал допытываться Горяев.

Он протянул девушке бутылку обратно, перехватил свой сверток и начал плавно болтать ногами, задумчиво глядя в глубокий низ, где по двору редкими точками ходили люди.

Горяев отдал девушке бутылку и продолжил плавно болтать ногами, задумчиво глядя вниз, на опустевший школьный двор.

— Знаешь, тут неподалеку от школы есть одно место... — негромко начал он, нарушая тишину. — Там ещё такой обрыв высокий над водой видно, и жилых домов совсем нету вокруг, только поле дикое. Ты там когда-нибудь была? Если нет, я бы очень хотел пойти туда с тобой сегодня после школы. Просто прогуляться.

Слова Егора отозвались внутри Тани резким ударом сердца. «Обрыв? Поле над водой? Это же... Это же то самое место, где мы были с Ромой». Перед глазами мгновенно вспыхнули воспоминания о Пятифанове, его хриплом голосе и том, как они стояли у самого края.

— Тань? Ты чего зависла? — Горяев повернулся к ней, всматриваясь в побледневшее лицо. — Так была ты там или нет?

— Что?.. — Таня встрепенулась, насильно выныривая из мыслей. — А, да... Да, вроде была.

— Блин, круто, — искренне обрадовался Егор, посчитав её замешательство обычной задумчивостью. — Значит, дорогу знаешь. Ну так что, сходим?

Краснова почувствовала, как на неё новой волной накатывает удушливая тоска. Сидеть здесь и обсуждать места, которые целиком и полностью принадлежали её воспоминаниям о Роме, стало невыносимо.

— Егор, давай обратно в школу пойдём, — резко отрезала она.

Таня порывисто поднялась на ноги, отряхивая джинсы, и подхватила с бетона свой школьный портфель.

— Так быстро? — Егор разочарованно вытянул лицо.

— Ну Тань, давай ещё немного посидим, а? Время же есть.

Шатен так и остался сидеть на краю крыши. Уходить обратно в душное.

Горяев отдал девушке бутылку и задумчиво поболтал ногами, глядя в низ, на унылый школьный двор.— Знаешь, тут такое место есть неподалёку от школы... — негромко начал он, повернув к ней голову. — Там ещё обрыв над самой водой видно, а вокруг ни одного дома, только чистое поле. Ты там бывала когда-нибудь? Если нет, я бы очень хотел сходить туда с тобой сегодня после школы. Просто прогуляться.Таня внутри вся сжалась. «Обрыв? Поле? Над водой? Это же... Это же то самое место, где мы были с Ромой». Воспоминания раскалённым железом обожгли мысли.— Тань? Ты чего задумалась-то? Была там или нет? — выжидающе переспросил Егор.— Что?.. — она встряхнула головой, прогоняя нахлынувшие образы. — Да, вроде бы была когда-то.— Блин, круто, — искренне обрадовался шатен, надеясь, что она согласится показать ему свои любимые тропы.Но Тане вдруг стало невыносимо душно на этой крыше. Вся былая лёгкость испарилась, уступив место глухой, давящей тоске.— Егор, пошли обратно в школу, — глухо сказала она.Таня резко поднялась на ноги, одним рывком подхватывая за лямку свой рюкзак.— Так быстро? — Егор разочарованно поднял на неё глаза. — Да ладно тебе, давай ещё немного посидим. Хорошо же общаемся.Шатен так и остался сидеть на бетоне, расслабленно вытянув ноги. Идти обратно в унылые коридоры ему не хотелось совсем, а вот побыть наедине с Красновой — очень даже.— Надоело просто, — отрезала Таня, не глядя на него.— Ну давай ещё буквально несколько минут, и сразу уйдём? Обещаю, — умоляюще протянул Горяев.Таня тяжело вздохнула, понимая, что парень просто пытается её приободрить.— Ладно. Только несколько минут, — сдалась она и уныло опустилась обратно на бетон, уставившись себе под ноги.

***

Тем временем на глухой лестничной клетке между этажами, надёжно скрытой от глаз учителей, царила совсем другая атмосфера.

— Ну и зачем ты на неё давишь, на? — с набитым ртом пробормотал Бяша.

Рома с другом сидели на ступеньках, нагло прогуливая литературу. Пятифан глубоко засунул руки в карманы своей олимпийки и измученно откинул голову назад, опёршись о бетонную стену. Игорь в это время увлечённо доедал сочную булку, которую пару минут назад успешно отжал у какого-то перепуганного младшеклассника в коридоре.

— Не чавкай, блять, — раздражённо рявкнул Ромка, даже не открывая глаз. — Голова раскалывается. Дай отдохнуть.

— Слышь, не заебывай, на. Юлькой своей будешь командовать, — прожевав, ответил Будаев и с трудом сглотнул сухомятку.

— Да заебал ты уже со своей Юлькой! Сам же всё прекрасно знаешь! — фыркнул Пятифанов, резко отвернув голову в сторону пролёта.

— Ну а чё я-то, на? Она твоя девушка, ты сам это только что в классе при всех орал.

— Будаев, я тебе сейчас реально врежу, — в голосе Ромы послышались опасные нотки.

— Да чё сразу врежу, на? — цокнул языком Будаев и, скомкав обёртку, небрежно засунул её в боковой карман рюкзака.

— Ну говорил я это, и чё?! — Рома взорвался, наконец открыв глаза, полные злости и отчаяния. Он уставился в пол. — Да не нужна мне эта Малиновская, нахрен не сдалась! Я вообще в душе не чаю, где она шляется и с кем!

Будаев внимательно посмотрел на друга, и его лицо смягчилось. Тяжёлая ладонь Игоря легла Роме на плечо, сочувственно похлопав.

— Все-таки на Краснову у тебя слюна до сих пор течёт, на... — тихо засмеялся Игорь.

За эту фразу он тут же получил хлёсткий, звонкий подзатыльник от Пятифана.

— Ауч! Ну за чё, на?!

— Очень смешно, блять, — процедил Рома, запуская пальцы в свои тёмные волосы. — Мне и так хреново от всей этой ситуации. Паршиво так, что выть хочется.

— А потому что барышней своей думать надо было, перед тем как всяким долбаёбам на слово верить, на! — в упор выдал Бяша, заставив друга содрогнуться. — Сейчас бы уже давно с Таней встречался, за ручку ходил и...

— И целовался... В объятиях с ней сидел, — тихо, почти шёпотом закончил за него Рома, крепко закусив изнутри губу. Перед глазами до сих пор стояла картина утреннего безумия на парте. Её горячие губы, её руки под его футболкой.

— Оу, приехали, на... — ухмыльнулся Игорь, качнув головой.

— Я хочу к ней, Бях... Реально хочу, — вдруг совсем глухо, по-мальчишески заныл Рома и беспомощно прикрыл лицо ладонями, пряча глаза.

— Эй, ты чё, Ромыч? — Бяша аж опешил от такой сентиментальности лидера их банды. — Ты мужик, на, а не баба. Кончай ныть!

— Да не ною я! — огрызнулся Пятифанов, убирая руки от лица, хотя вид у него был максимально разбитый.

— Пиздец, конечно... Как ты вообще мог поверить в этот тупой пиздёж, на? — Бяша в недоумении покрутил пальцем вокруг виска. — Чего нельзя было просто с Танюхой сесть и попиздеть нормально, выяснить всё? А не верить с ходу этому кудрявому Егору. А сейчас чё? Сидишь тут, сопли наматываешь, а всё, на! Акция прошла, поезд ушёл.

Нервы Ромы окончательно сдавали. Слова друга безжалостно били по самолюбию, но именно сейчас, в тишине лестничной клетки, до него наконец-то дошёл весь масштаб того, что он натворил. Как он мог быть таким слепым идиотом? Как мог поверить бредням Горяева, который с честным видом заливал ему, будто Татьяна за его спиной распускает про него самые грязные и мерзкие слухи? Обида и злость тогда застлали Роме глаза, заставив включить режим гордого и безразличного ублюдка. Ему ведь просто было чертовски больно. Если бы Бяша только что буквально насильно не открыл ему глаза на очевидную ложь Горяева, он бы так и продолжал вариться в этой ненависти.

— Брат... Смотри, на, — вдруг прервал его мысли изменившийся голос Игоря.

Будаев резко пнул друга локтем в плечо. Рома покорно поднял тяжёлый взгляд, посмотрев вглубь коридора через щель в дверном проёме.

— Акция теперь точно закончилась... — тихо добавил Бяша.

Там, в конце коридора, весело переговариваясь и мило смеясь, шли Таня и Егор. Они выглядели такими счастливыми и беззаботными, что у Ромы внутри всё мгновенно перевернулось от глухой, яростной ревности. Каждая их улыбка была для него как пощёчина.

Они остановились возле женского туалета. Таня что-то сказала Горяеву, ловко скинула с плеча свой рюкзак и отдала ему в руки, после чего скрылась за дверью.

Пятифанов, тяжело задышав, уже дёрнулся было подняться со ступеньки, сжимая кулаки — у него появилось дикое желание прямо сейчас пойти и разбить Горяеву его смазливую кудрявую рожу. Но Бяша мёртвой хваткой вцепился другу в рукав олимпийки и с силой усадил обратно.

— Сиди, на! Тормози! — зашептал Игорь, не отрывая взгляда от коридора. — Смотри чё делает, урод.

Пока Таня была в туалете и не могла ничего увидеть, Егор воровато огляделся по сторонам. Убедившись, что в коридоре никого нет, он быстрыми, натренированными движениями расстегнул замок на Танином рюкзаке и залез рукой прямо внутрь, начиная судорожно в нём рыться.