Глава 5

— Заебало меня уже всё... И Лерка эта ебаная, чтоб её черти съели, — куря и лениво растянувшись на бетонной плите за школой, мямлил себе под нос Ромка.

— Вы ещё долго тут будете сидеть? У меня ноги болят уже, — подал голос Антон.

Петров уныло стоял рядом с друзьями, то и дело переминаясь с ноги на ногу.

— Да садись ты к нам, не майся, — велел брюнет, выпуская изо рта плотную струю сизого дыма.

Они с Бяшей уютно устроились на бетоне, расслабленно опершись спинами о кирпичную школьную стену.

— Да грязно там, испачкаюсь ещё, — заартачился Тоха.

— Ой, чистюля выискался! Забыл, как в луже после одной бутылки спал, а? — с ехидной усмешкой напомнил кареглазый.

— Да я же просил тебя больше никогда не напоминать об этом! — цокнул Тоха, густо покраснев, и всё-таки нехотя опустился рядом с ними на корточки.

— Вот, другое дело, Антох. А то мямлишь-мямлишь... Полинка тебя такого неженку в мужья точно не возьмёт.

— Какие ещё мужья?! Нам по пятнадцать-шестнадцать лет вообще-то! — вспыхнул Петров.

— Да Бяша вон за какую-нибудь прямо сейчас бы выскочил, зато первым среди нас остепенился бы, — Ромка покосился на подозрительно притихшего друга. — Бях, ты в каком царстве-государстве уже побывал, а? — присвистнул брюнет, бесцеремонно толкнув товарища кулаком в плечо.

— В небесном, на... — всё так же отрешённо и задумчиво отозвался Будаев, даже не шелохнувшись.

— Это, конечно, хорошо, но мне кажется, что мы тебя теряем.

— Это хорошо, на... — на автомате повторил шатен.

Он наконец выкинул изо рта дотлевающий окурок и тяжело запрокинул голову назад, уставившись в серое небо.

— Бяш, ну ты чего? Всё нормально? Ты какой-то странный сегодня, или мне просто кажется? — с беспокойством вмешался Тоха, разглядывая бледное лицо друга.

— Чего скучаем, народ? — внезапно из-за угла школы вальяжно вышел Лёша Краснов.

Он без лишних слов по-хозяйски устроился на бетоне прямо возле Антона. Окинув компанию понимающим взглядом, Лёха ободряюще похлопал Будаева по колену:

— Да ладно тебе, Бяш. Простит она тебя, чё ты паришься-то из-за пустяка?

Шатен лишь слегка приподнял голову, тоскливо посмотрел на Краснова и обречённо мотнул головой из стороны в сторону.

— В смысле? — вопросительно выгнул бровь Рома.

— Ай-ай, что же ты за друг такой Ромочка, даже не знал, что Бяшка с Катькой то поссорился. — язвительно молвил Леша.

— Я тебя сейчас ударю, если ты не заткнешься. — рявкнул Рома и зарылся рукой в волосы. — Блять,  Леха прав, помириться еще успеете, куда денется твоя Катя, а ты не нуди, а то реально скоро потеряем тебя. — на тяжелой ноте произнес Рома.

— Мы как будто этого не знали. — закатил глаза Алексей. Пятифан уже хотел, что-то говорить и это бы было не к добру. Антон взял все на себя.

— Перестаньте уже ругаться, как кошка с собакой, ей богу. Бяша, а ты не ной! Пошли я тебя сосиской в тесте угощу за свой счет.

— Ниче се, я тоже так хочу. — наиграно заныл Ромка, а вот Бяшка сразу же радостным стал.

— Пошли быстрее, на! Пока не разобрали! — Будева подскочил с места и потянул друга за руку в сторону входа в школу. В этот момент Антон уже пожалел, что это предложил, но что не сделаешь ради друга, он поплелся за ним.

— Как жизнь, Пятифанька? — неожиданно спросил Леха.

— Пока ты не спросил было лучше — ответил Ромка и вытянул пачку сигарет. Взяв одну себе, он нехотя протянул пачку Краснову. — Будешь? Я угощаю.

— Не-а, я ж не курю. — отнекивался рыжий.

— Ну и слава Богу, мне больше достанется.

Брюнет поджег сигарету и приложил ее к губам, вдохнув дым. Ухмыляясь Леша поднялся и пошел в школу.

***

Пока Таня стояла у своего шкафчика, к ней неторопливо подошла Катя Смирнова.

— Чего одна тут стоишь? — поинтересовалась она.— А с кем ещё? — пожала плечами Таня.

— Ну, я вообще-то есть. Варя, опять же... Да и другие девчонки, — улыбнулась русая.

— Ну да, точно, — неловко отозвалась рыжая.

Она полезла в рюкзак и достала свой красный блокнот. Катя с явным удивлением наблюдала за тем, как новая подруга аккуратно вырывает оттуда один из листков и протягивает ей.

— Ого... Это я? — лицо Смирновой озарилось искренней радостью. На эмоциях она крепко обняла Краснову. — Спасибо тебе огромное! Очень похоже получилось!

— Да не за что, я знала, что тебе понравится, — мягко ответила Таня, убирая блокнот обратно в сумку. — Может, в столовую сходим?

— О, конечно, пошли. Я как раз жутко проголодалась.

Девочки спустились на первый этаж, взяли себе по порции обеда и устроились за свободным столиком. Таня сразу же принялась с аппетитом уплетать еду, а вот Катя лишь задумчиво смотрела куда-то в сторону, даже не притронувшись к своей тарелке.

— Кать, ты чего не ешь? — с набитым ртом спросила Таня.

— Да так... Просто не хочется что-то.Она сильно замялась и отвела глаза, что сразу же насторожило Татьяну.

— Так, дело не пойдёт. А ну-ка рассказывай, что у тебя стряслось?

— Я тут сижу грущу, понимаешь, а этот индюк там сосиску в тесте радостно поедает! — Катя раздражённо цокнула и обиженно сложила руки на груди, сверля взглядом Бяшу, который сидел за соседним столом вместе с Антоном.

— Поссорились, что ли? — догадалась Таня.— Типа того.

— А причина какая?

— Представляешь, не захотел залезть на крышу пристройки и достать мне котёнка! Видите ли, он высоты боится!

— Ой, ну вы как дети малые, честно, — усмехнулась Таня. — Он же реально не виноват, что у него фобия. Высоты многие боятся, Кать.

— Ну... вообще-то да, ты права, — неохотно признала Смирнова.

— Ну вот и отлично. А теперь бери вилку и ешь, не пропадать же добру.

Катя криво улыбнулась и, поджав губы, наконец-то принялась за обед. Пока они сидели в столовой, Смирнова вовсю расспрашивала новую подругу о её прошлой жизни. Таня почувствовала, что может ей доверять, и без лишней скромности или стеснения рассказала о себе всё. За этот час они действительно хорошо сдружились. Очень хорошо.

Когда уроки наконец закончились, Краснова вышла на крыльцо школы и сразу заметила в школьном дворе знакомую компанию. Лёха стоял вместе с парнями Пятифана. Брат о чём-то оживлённо беседовал с Антоном и Бяшей, а сам Рома держался чуть в стороне и угрюмо молчал, погружённый в свои мысли.

Таня на секунду замерла, взволнованно закусила губу, но затем решительно направилась прямо к ним.