19

‎Моя паническая атака не утихала. Я плакала, кричала, отталкивала Егора. Он пытался успокоить меня, но я была в плену своего страха. Наконец, он понял, что так не пойдет.‎— Я отвезу тебя к родителям, — сказал он, его голос был твердым. — Там ты будешь в безопасности. Там есть охрана.‎Я не сопротивлялась. Мне было все равно куда ехать, лишь бы укрыться от этого ужаса, который снова навис над нами.‎Мы приехали к особняку Кораблиных. Кристина Александровна тут же бросилась ко мне, обнимая и успокаивая. Она отвела меня в гостиную, усадила на диван, предлагала чай, говорила о чем-то отвлеченном, пытаясь отвлечь меня от страшных мыслей.‎Егор уехал разбираться. Он уехал, оставив меня в относительной безопасности, но мое сердце продолжало бешено колотиться. Я знала, что он идет навстречу опасности, и винила себя в этом.‎Мы сидели с Кристиной Александровной, когда вдруг раздались крики мужчин снаружи. Сердце мое сжалось. Я поняла – это они. Люди Артура.‎Двери дома распахнулись, и в холл ворвались люди в масках, с оружием. Мои глаза расширились от ужаса. Среди них я увидела Артура. Его лицо было искажено от ярости, он был ранен, но его взгляд был полон решимости.‎Он увидел меня. Его глаза загорелись.‎— Эмили! — закричал он, бросаясь ко мне. Он схватил меня за руку, его пальцы впились в мою плоть. — Пошли! Ты едешь со мной!‎Я кричала, пытаясь вырваться.‎— Отпусти! Мне больно! Отпусти! — Слезы снова хлынули из глаз.‎В этот момент, словно из ниоткуда, появился Егор. Он стоял на пороге гостиной, его взгляд был ледяным, полным ярости. Он был без оружия, но его присутствие было устрашающим.‎Артур увидел его. И тут же наставил на него оружие. Пистолет.‎— Не двигайся, Кораблин! — закричал Артур. — Иначе я пристрелю тебя прямо здесь!‎Я вскрикнула. Паника охватила меня. Родители Егора, которые тоже выбежали в холл, кричали, умоляя Егора уйти, не рисковать.‎— Уходи, Егор! — кричал Владимир Николаевич. — Уходи!‎Но Егор не отходил. Он смотрел на Артура, его взгляд был твердым.‎— Ты не посмеешь, Артур, — сказал Егор, его голос был спокойным, но в нем прозвучала стальная угроза.‎Я видела, как рука Артура, держащая пистолет, чуть вздрогнула. В этот момент я поняла, что он может выстрелить. Он был способен на это. Отчаяние пронзило меня. Я не могла допустить, чтобы Егор погиб.‎— Не стреляй! — закричала я, отталкивая Артура и вставая перед Егором, лицом к Артуру. — Не стреляй!‎Я закрыла глаза, готовясь к выстрелу. Раздался оглушительный грохот. Острая, жгучая боль пронзила мою грудь.‎Я услышала крики. Все кричали. Я почувствовала, как Егор схватил Артура, толкнул его в стену дома. Раздался глухой удар, и я увидела, как голова Артура ударилась о камень. Кровь.‎Потом я почувствола, как Егор упал на колени передо мной. Он плакал, его лицо было искажено от ужаса и страха.‎— Эмили! Нет! Нет! — кричал он, пытаясь остановить кровь, которая заливала мою грудь.‎Мне было невыносимо больно. Я плакала, не могла дышать. Мои руки тряслись. Я чувствовала, как жизнь медленно покидает меня. Егор держал меня, пытался что-то говорить, не давал мне закрыть глаза, не давал спать. Все были рядом, окружив меня. Я слышала их голоса, но они звучали как сквозь толщу воды.‎Я посмотрела на Егора. Его лицо было мокрым от слез. В его глазах была такая боль, такая любовь, что мое сердце разрывалось.‎Последнее, что я помнила, это его лицо, его руки, крепко сжимающие меня. Потом боль стала невыносимой, и я закрыла глаза. И потеряла сознание. Мир погрузился во тьму.