Глава 21. Жизнь под прикрытием

Три недели прошли словно в тумане. Мы с Томом и Биллом теперь официально значились как семья Морелли — Даниель, Фаинн и София.

Новые паспорта, адреса, истории. Морозини сдержали слово: защита была надёжной, но жизнь под прикрытием оказалась не такой простой, как мы думали.

Утро начиналось одинаково: запах свежесваренного кофе, приглушённый шум города за окном и ощущение, будто мы играем роли в каком‑то странном спектакле.

Каждый раз, когда я слышала, как кто‑то называет меня «София», внутри что‑то ёкало — это было не моё имя, не моя жизнь.

— Опять эти макароны? — Билл отодвинул тарелку, скривившись. — За три недели я уже ненавижу всё, что связано с пастой.

Том усмехнулся, помешивая сахар в чашке:— Радуйся, что у нас вообще есть еда и крыша над головой. И что Белуччи с Каулитцем пока не выследили.

Я покрутила кольцо на пальце. Сапфир по‑прежнему дарил ощущение связи с прошлым, но теперь оно казалось далёким, почти нереальным — словно тот мир остался за толстой стеклянной стеной.

— Морозини прислали новое задание, — я достала из сумки конверт, разгладила его на столе. Бумага слегка шуршала, будто шептала предупреждение. — Нужно проверить один склад на окраине. Говорят, там могут быть следы поставок, связанных с Белуччи.

Билл вскинул брови:— То есть мы теперь на побегушках у Морозини?

— Не совсем, — я развернула схему склада, разложила её перед друзьями. Линии и отметки на бумаге казались картой нового лабиринта. — Это проверка. Они хотят убедиться, что мы действительно порвали с кланами и готовы работать на них.

— И что, пойдём? — Том скрестил руки на груди, но его взгляд невольно скользнул ко мне — искал ответ в моих глазах.

— Да, — я подняла взгляд, встречаясь с ним. — Это наш шанс доказать, что мы полезны. Пока мы нужны Морозини — мы в безопасности.

Склад находился в промзоне, за старой верфью. Мы приехали на рассвете — город ещё спал, улицы были пусты, только редкие чайки кружили над водой, крича что‑то неразборчивое.

Воздух пах морем и ржавчиной, а туман цеплялся за ноги, будто пытался остановить.

— Охрана минимальная, — прошептал Билл, изучая периметр через бинокль. Его пальцы крепко сжимали прибор, костяшки побелели.

— Двое у входа, камеры на углах.

— Камеры наши, — кивнула я. — Морозини дали доступ к их системе. Том, ты отключаешь питание на три минуты. Билл, нейтрализуешь охрану.

Я захожу внутрь и ищу документы.План сработал почти идеально. Том перерезал кабель питания, свет на складе мигнул и погас. Билл быстро уложил охранников — без лишнего шума, только пара точных ударов.

Я скользнула внутрь через служебный вход, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь.В кабинете управляющего на столе лежали папки.

Я быстро пролистала их: накладные, счета, списки грузов. Ничего конкретного, но одна запись зацепила взгляд: «Груз 47‑К. Пункт назначения: вилла Белуччи. Особый контроль».

— Нашла что‑то? — Том появился в дверях, его силуэт вырисовывался в тусклом свете аварийного освещения.

— Возможно. Груз 47‑К, идёт к отцу. Что в нём? Оружие? Документы? Наркотики?

— В любом случае Морозини это заинтересует,

— Билл забрал папку, быстро пробежал глазами по строчкам. — Но почему Белуччи использует склад Морозини для своих поставок?

Мы переглянулись. Ответ был очевиден и опасен: кто‑то из окружения Морозини работает на Белуччи.

— Нужно сообщить Николасу, — сказала я. — Но осторожно. Если утечка в его ближайшем круге, он может не поверить нам.

— Или решит, что мы сами устроили эту утечку, — добавил Том, подходя ближе. Его рука на мгновение коснулась моей спины — лёгкое, ободряющее прикосновение. — Проверяет нас, как ты и говорила.

Билл вздохнул:— Значит, действуем втихую. Копируем данные, передаём через посредника. И следим, кто отреагирует.

Вечером мы собрались в маленькой кофейне на окраине города. Заведение было скромным, с потрескавшимися столиками и запахом корицы, но именно здесь нас вряд ли стали бы искать.

Морозини согласился на встречу, но прислал вместо себя помощника — молодого, нервного парня по имени Джузеппе.

— Господин Морозини занят, — Джузеппе нервно теребил галстук, его пальцы дрожали. — Но он просил передать, что ценит вашу работу.

— Передайте ему вот это, — я положила на стол флешку. Металл холодно блеснул в свете лампы. — Данные по грузу 47‑К. Он поймёт.Джузеппе поколебался, но взял флешку:

— Я передам. Но... будьте осторожны. В организации не все рады новому союзу.Он встал и быстро ушёл, оставив нас в напряжении.

— Он что‑то знает, — пробормотал Том, глядя ему вслед.

— Или боится, — Билл откинулся на стуле, потирая подбородок. — В любом случае, мы запустили механизм. Теперь остаётся ждать.

Я посмотрела в окно. На улице темнело, зажигались фонари, отбрасывая длинные тени на мостовую.

Где‑то там, в тени города, Белуччи и Каулитц продолжали свою игру. Но теперь мы не были пешками — мы стали игроками. И пусть пока осторожно, но мы начинали диктовать свои правила.

— Завтра проверим контакты Тео, — я встала из‑за стола, чувствуя, как усталость накатывает волнами. — Он должен знать, кто в окружении Морозини мог бы сотрудничать с Белуччи.

— А послезавтра? — Билл поднял бровь, криво улыбнувшись.

— Послезавтра, — я улыбнулась в ответ, — мы начнём думать, как жить дальше. Не только скрываясь, но и строя что‑то своё.

Том накрыл мою руку своей, его пальцы слегка сжали мои:— Вместе?

— Всегда, — я сжала его ладонь, а другой рукой коснулась кольца. — Мы же обещали.За окном зажглись первые звёзды.

Где‑то далеко, в особняке Белуччи, мой отец, возможно, открывал очередную коробку с грузом 47‑К. Но теперь это было уже не главное.

Главное — мы были живы, вместе и готовы к следующему ходу. А ещё — впервые за долгое время я почувствовала, что будущее не просто существует где‑то впереди. Оно начинается прямо сейчас.