Глава 17. Игра на грани

Мы разделились: Билл отправился в порт — проверить информацию о конторе Морозини,

Том пошёл на встречу с Тео за документами, а я осталась в часовне, как и было условлено.Время тянулось мучительно медленно.

Я расхаживала между разбитых скамей, прислушиваясь к каждому звуку снаружи. В голове крутились мысли: что, если Белуччи уже перехватили Тома или Билла? Что, если Каулитц‑старший подключил свои связи? Что, если Тео предал нас?

Чтобы отвлечься, я достала кольцо с сапфиром и вгляделась в его глубину. Камень мерцал в лучах утреннего солнца, пробивавшихся сквозь витражи.

Это было не фамильное украшение Белуччи, а наше обручальное кольцо — то самое, что мы купили втроём за день до побега.

Тогда, в маленькой ювелирной лавке у набережной, мы смеялись, представляли, как однажды сможем жить открыто — не прячась, не оглядываясь на кланы и их войны.

Теперь кольцо стало символом не только любви, но и решимости: мы не просто бежим — мы строим будущее.

Я провела пальцем по граням сапфира, вспоминая тот день: как Билл шутливо предлагал выгравировать на внутренней стороне «Клятва крови сильнее любви», как Билл возмущался, что ему достанется самая короткая надпись, и как мы все хохотали, пока ювелир терпеливо ждал.

Через несколько часов я услышала осторожные шаги у входа. Притаилась за колонной, сжимая в руке нож, который дал мне Том.

Люк приоткрылся, и в часовню первым спустился Билл, за ним — Том. Оба выглядели напряжёнными, но живыми.

— Всё в порядке, — выдохнул Том, увидев моё встревоженное лицо. Он подошёл ближе и мягко коснулся моей щеки. — Тео сдержал слово. Документы готовы.

— Принцесса, не волнуйся так, — добавил он шёпотом, чуть улыбнувшись. — Мы же обещали вернуться.

Я невольно улыбнулась в ответ, чувствуя, как напряжение последних часов отступает.Билл достал из‑под куртки три конверта:

— Вот они. Теперь мы официально — семья Морелли из Генуи: отец, сын и дочь. Никаких следов Айюны Белуччи.

Я взяла конверт, открыла его. Внутри лежали новые удостоверения личности, паспорта, даже семейные фотографии с подделанными лицами — работа была выполнена безупречно.

— А что с Морозини? — спросила я.

— Контора действительно существует, — Билл сел на скамью. — «Рыбная торговля Марко» — прикрытие, но там принимают сообщения. Я оставил записку: «Белуччи и Каулитц ищут трёх беглецов. Один из них — дочь Белуччи, двое других — сыновья Каулитца. У нас есть информация о тайных счетах и слабых местах обоих кланов. Готовы к переговорам».

Том кивнул:— Хороший ход. Теперь ждём ответа. Но пока — нужно найти новое убежище. Тео нашёл квартиру в новом районе, подальше от старого города.

Мы собрали вещи и осторожно выбрались из часовни. Улица была пустынна, но чувство опасности не покидало. Мы шли переулками, стараясь держаться в тени домов.

Новая квартира оказалась на пятом этаже старого дома с видом на набережную. Просторная комната с кухней, два окна, выходящие на разные стороны — удобно для наблюдения.

— Здесь можно передохнуть, — Билл упал на диван. — Но надолго задерживаться нельзя. Белуччи и Каулитц не остановятся.

Я подошла к окну, невольно покрутив кольцо на пальце. Сапфир мягко блеснул в свете заката. Том подошёл сзади и обнял меня за плечи, прижавшись щекой к моим волосам.

— Всё будет хорошо, — тихо сказал он. — Мы справимся. Вместе.

Я повернулась в его объятиях и посмотрела ему в глаза:— Я знаю. С тобой я ни в чём не сомневаюсь.

Он улыбнулся и на мгновение коснулся губами моего лба.

Билл, наблюдавший за этой сценой, тихонько хихикнул и умильно улыбнулся, покачав головой:— Ну надо же, — пробормотал он себе под нос. — Прямо сцена из дешёвого романа. И всё‑таки... это чертовски мило.

Я покраснела и слегка отстранилась от Тома, но он лишь усмехнулся и слегка сжал мои плечи, не отпуская.

— Завидуешь? — подмигнул ему Том.

— Ещё бы! — Билл поднял руки в шутливой капитуляции. — Но признаю: вы отлично смотритесь вместе. Ладно, вернёмся к делу. Не будем терять время на сантименты, хотя они и поднимают боевой дух.

— Значит, нужно действовать быстрее, — я вздохнула, возвращаясь к делу. — Морозини должны ответить в ближайшие дни. А пока... у меня есть ещё одна идея.Оба посмотрели на меня.

— Что за идея? — настороженно спросил Том.

— В особняке Белуччи, в кабинете отца, есть сейф, — я повернулась к ним. — В нём хранятся записи обо всех сделках последних десяти лет. Компромат на политиков, банкиров, даже на некоторых членов других кланов. Если мы доберёмся до этих данных...

— ...мы сможем шантажировать Белуччи или обменять информацию на защиту Морозини, — закончил за меня Билл. — Риск огромный, но потенциал огромен.

Том нахмурился:— Особняк под охраной. Туда не пробраться просто так. И у Каулитца свои люди повсюду — они тоже ищут нас, помни об этом.

— Но я знаю систему охраны, — возразила я. — И расположение комнат. Том, ты знаешь слабые места в системе безопасности клана Каулитца — ты же вырос в этом мире. Билл, ты разбираешься в технике — сможешь отключить камеры. Если действовать ночью, с отвлекающим манёвром...

Том помолчал, потом кивнул:— Хорошо. Но не одна. Я иду с тобой. Билл останется на связи и прикроет отход.

Билл вздохнул:— Обожаю, когда планы включают «риск для жизни». Раз уж мы решили играть по‑крупному, давайте делать это грамотно.

Мы сели за стол, разложили карту города и начали чертить маршрут. Я рисовала план особняка Белуччи, отмечала камеры, посты охраны, тайный ход через винный погреб.

Том дополнял схему уязвимостями в системе Каулитца — местами, где охрана слабее, где можно использовать старые связи.

Билл вносил правки, предлагая способы заглушить сигналы и обойти датчики.

— Вот здесь, — я ткнула карандашом в точку на схеме, — запасной выход к реке. Если что — уходим по воде.

Том добавил:— Билл, твоя задача — создать шум в другом конце города. Фейерверки, поджог мусорных баков, что угодно, лишь бы отвлечь внимание. И ещё — нужно пустить ложный след. Пусть думают, что мы пытаемся уйти через порт.

— Сделаю, — Билл достал блокнот и начал записывать детали. — Подброшу пару «улик» — фальшивые следы, разговоры с нужными людьми... Каулитц и Белуччи начнут гоняться за призраками, пока мы будем в особняке.

За окном темнело. Небо над Сан‑Лоренцо окрашивалось в фиолетовые тона, а мы заканчивали план. Впервые за долгое время я чувствовала не страх, а азарт. Мы больше не бежали — мы наступали.

— Завтра ночью, — сказала я, сжимая кольцо на пальце. — Мы вернёмся в особняк Белуччи. И заберём то, что даст нам свободу.Том положил руку мне на плечо:

— Вместе. Что бы ни случилось — вместе.Билл поднял воображаемый бокал:

— За операцию «Сейф». Пусть удача будет с нами.

В комнате повисла тишина, наполненная решимостью. Где‑то далеко, в своих особняках, Белуччи и Каулитц ещё не знали, что их дети готовятся нанести первый удар. И этот удар будет точным.