Незваный гость и яд в чашке кофе

Утро началось не с кофе, а с осознания того, что «граница из подушек» пала еще ночью. Джисон проснулся от того, что его нос упирался в теплую шею Минхо, а сам он закинул ногу на бедро «лже-парня». Минхо не шевелился, но его дыхание было слишком неровным для спящего.

— Эй, — прошептал Минхо, не открывая глаз. — Если ты сейчас же не уберешь свою конечность, я забуду, что за дверью мои родители, и применю приемы самообороны.

— Я... я во сне не контролирую свои габариты, — прохрипел Джисон, пулей откатываясь на край кровати. — Считай, что это был тест на стрессоустойчивость.

Они едва успели привести себя в порядок и выйти в гостиную, как в дверь снова позвонили.— Наверное, Чанбин забыл ключи от машины, — проворчал отец Минхо, не отрываясь от газеты.

Минхо открыл дверь, и его лицо мгновенно стало белее простыни. На пороге стоял высокий, безупречно одетый парень с букетом лилий. Это был Джунхо — бывший Минхо, который бросил его ради учебы за границей год назад.

— Сюрприз! — Джунхо лучезарно улыбнулся, пытаясь обнять Минхо. — Я вернулся раньше и сразу к тебе. Твоя мама сказала, что ты здесь с... другом?

Джисон, стоявший в глубине коридора в той самой огромной футболке Минхо, почувствовал, как внутри что-то неприятно кольнуло. Этот парень выглядел как улучшенная версия самого Минхо: такой же холодный, дорогой и уверенный.

— Джунхо? — голос Минхо дрогнул. — Что ты здесь делаешь?

— Пришел забрать свое, — Джунхо бесцеремонно прошел в квартиру, одарив Джисона коротким, пренебрежительным взглядом. — О, так это и есть тот самый «сосед», про которого мне рассказывала твоя мама? Мило. Хан, кажется? Слышал, ты увлекаешься музыкой. Пишешь что-то... шумное?

Джисон сжал кулаки. В нем проснулся инстинкт защитника территории, о котором он и не подозревал.— Я пишу хиты, — отрезал Джисон, делая шаг вперед и по-хозяйски кладя руку на талию Минхо. — А ты, видимо, тот самый бывший, который не умеет пользоваться дверным звонком в приличное время?

Минхо вздрогнул от этого жеста, но не отстранился. Напротив, он почти неощутимо прислонился к Джисону.

— Джунхо, познакомься официально, — голос Минхо обрел прежнюю сталь. — Это Джисон. Мой парень. И мы сейчас собирались завтракать. Наедине.

— Парень? — Джунхо рассмеялся, оглядывая их двоих. — Минхо, не смеши меня. Ты всегда любил порядок, дисциплину и черную икру. А этот мальчик выглядит так, будто он завтракает сублимированной лапшой и спит на вокзале. Ты серьезно променял меня на... это?

Джисон почувствовал, как рука Минхо на его талии (которую тот положил в ответ) сжалась до боли. Это не было «чизкейком». Это была настоящая ярость.

— Знаешь, в чем разница? — вдруг спокойно сказал Джисон, глядя Джунхо прямо в глаза. — Ты любил в Минхо его статус и то, как он дополняет твой имидж. А я люблю его даже тогда, когда он ворчит по утрам и заставляет меня перемывать чашки. И, кстати, икру он терпеть не может, у него на неё изжога. Но ты этого, видимо, не заметил за своим эго.

В комнате повисла тяжелая тишина. Родители Минхо, наблюдавшие за сценой из кухни, замерли. Джунхо выглядел так, будто его ударили наотмашь.

— Пошел вон, — тихо, но отчетливо сказал Минхо, указывая на дверь.

Когда дверь за бывшим захлопнулась, Джисон сразу убрал руку. Ему стало неловко.— Прости, хён. Я, кажется, перегнул про изжогу. Просто он меня взбесил.

Минхо молча смотрел на дверь, а потом медленно повернулся к Джисону. В его глазах было что-то новое — не холод, не расчет, а искреннее удивление.

— Откуда ты узнал про икру? — спросил он шепотом.— Ты морщишься каждый раз, когда видишь её в меню в столовой, — пожал плечами Джисон. — Я же не слепой.

Минхо подошел ближе. Настолько близко, что их разделяло лишь несколько сантиметров.— Ты защищал меня, — констатировал он.

— Мы же в одной лодке, — попытался отшутиться Джисон, но сердце предательски ускорило ритм. — Контракт и всё такое...

— К черту контракт, — выдохнул Минхо.