Латте, шантаж и один очень плохой план

Хан Джисон искренне считал, что Ли Минхо — это физическое воплощение мигрени.

Каждый раз, когда этот парень появлялся в радиусе десяти метров, воздух вокруг становился тяжелее от пафоса и запаха дорогого парфюма. Минхо был идеальным: идеальная укладка, идеальные оценки и идеально отточенные колкости, которыми он стрелял в Джисона с первого курса.

— Ты снова занял мой стол в библиотеке, Хан. И, судя по пятну, твой дешевый кофе только что совершил покушение на мои конспекты, — раздался над ухом холодный, как лезвие скальпеля, голос.

Джисон вздрогнул, едва не выронив маркер. Он медленно поднял взгляд на Минхо, который стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на него так, словно Джисон был плесенью на подоконнике.

— Во-первых, стол общий. Во-вторых, это не покушение, а художественное оформление, — огрызнулся Джисон, поправляя панамку. — Тебе что, места мало? Весь университет — твой подиум, иди сияй в другом месте.

Минхо уже открыл рот, чтобы ответить что-то уничтожающее, но его прервал настойчивый звонок телефона. Он мельком взглянул на экран, и его лицо на секунду дрогнуло. Выражение ледяного спокойствия сменилось чем-то похожим на обреченность.

— Да, мама… — ответил он, отойдя на пару шагов, но Джисон, обладавший слухом летучей мыши, когда дело касалось чужих драм, навострил уши.

— Нет, я не приду на ужин с дочерью господина Кима… Потому что я занят… Нет, у меня есть пара! Да, серьезно. Очень серьезно. Настолько, что мы уже… живем вместе!

Джисон подавился воздухом и зашелся в кашле. Минхо обернулся и посмотрел на него безумными глазами.

— Кто это? Это мой парень, — быстро соврал Минхо в трубку, не сводя взгляда с ошарашенного Хана. — Он просто… очень эмоционально реагирует на мои слова. Хорошо, мы будем в субботу. Да, оба. Пока.

Минхо сбросил вызов и медленно, как хищник, начал приближаться к столу. Джисон вжался в стул.

— Слушай, Ли, я конечно знал, что ты со странностями, но объявлять меня своей «парой» перед родителями — это даже для тебя перебор. Я пас. Ищи другого смертника.

— Сядь на место, — процедил Минхо, приземляясь на стул напротив. — Мне нужно, чтобы мои родители отстали от меня со своими брачными контрактами. Ты — идеальный кандидат.

— Это еще почему? — оскорбился Джисон.

— Потому что ты — полная противоположность того, кого они хотят видеть рядом со мной. Громкий, неорганизованный, одеваешься как подросток-скейтер и пьешь эту бурду вместо нормального кофе. Если я приведу тебя, они будут в таком ужасе, что больше никогда не предложат мне ни одну кандидатуру.

Джисон открыл было рот, чтобы возмутиться, но Минхо выложил на стол свой главный козырь:

— Я знаю, что ты просрочил оплату за студию в этом месяце. И я знаю, что профессор Пак поставит тебе «неуд» по композиции, если ты не перепишешь ту симфонию. Я оплачу студию и стану твоим личным репетитором на месяц. Тебе нужно только два часа в неделю притворяться, что ты меня любишь.

Джисон замер. Студия была его жизнью, а симфония — его билетом в будущее. Он посмотрел на Минхо — на его безупречное лицо, на эти поджатые губы, которые только что предложили ему сделку с дьяволом.

— Два часа в неделю? — переспросил Джисон шепотом.

— И никаких прикосновений без необходимости, — добавил Минхо, брезгливо поправляя воротник.

— Идет, — Джисон протянул руку. — Но учти, Ли Ноу, если я случайно тебя придушу в процессе, это будет несчастный случай.

Минхо с коротким смешком пожал его ладонь.— Посмотрим, кто из нас сдастся первым, Хан-и.