дорогой

Ты был таким ослепительно ярким

Кирпичная стена за его спиной казалась слишком жёсткой, когда он прислонился к ней и затянулся из смертоносного бумажного стика в своих руках. В груди горело, но он уже привык к этому чувству; привык к тому, что дым заполнял его лёгкие, обжигая и разрушая их. Парень закашлялся, и следом из его потрескавшихся губ вырвалось серое облако дыма, а язык высунулся, чтобы облизать сухие губы.

Когда пламя его сигареты догорело, он цокнул языком и сунул руки в карманы своих пыльных чёрных джинс, отчаянно ища зажигалку. Не найдя её, он раздражённо вздохнул и пнул на земле палку, раздавив её подошвой своих армейских ботинок. Схватив шлем с ручки мотоцикла и небрежно застегнув его на голове, парень направился вниз по улице до ближайшего круглосуточного магазина.

Чон Чонгук выглядел как ваш местный бэд бой; матери говорят своим детям держаться от него подальше, а соседи шепчутся о парне с осуждающим взглядом, думая, что он ввязывается в драки каждый день, каждую неделю и каждый год. Безусловно, у него устрашающий транспорт для передвижения, татуировки на руках, он пристрастился к курению и был известен своим вспыльчивым характером; но это не значило, что он избивает людей, верно?

Парень остановился на красный свет; его белая рубашка с каждой минутой становилась все влажнее, а чёрные, как воронье крыло, волосы прилипали ко лбу, на котором выступали капельки пота. Шлем явно не спасал от ночной жары. Свет загорелся зелёным, и Чонгук рванул вперёд, ускоряясь и чувствуя, как ветер ударяет ему в лицо и развевает расстегнутую рубашку, которая приятно ощущалась на потной коже.

Чонгук не был похуистом. Ну, если дело касалось его самого, то ещё может быть, но когда что-то касалось других, то он точно не был таким. Поэтому, естественно, когда перед его байком из ниоткуда появилось человеческое тело, у парня чуть не случился сердечный приступ. Мазолистые пальцы со всей силы вцепились в тормоза, заставляя байк с визгом затормозить настолько близко к человеку, что, кто бы это ни был, он упал в страхе и шоке.

– Какого хуя?! – закричал Чонгук, яростно стаскивая шлем и направляясь к телу, которое теперь лежало посреди дороги, – Ты что, с ума сошел? Был зелёный сигнал! Я мог переехать тебя, если бы не заметил и вовремя не нажал на тормоза! Ты хочешь умер-...

Он остановился, когда подошел достаточно близко к телу, чтобы понять, что это был парень со светлыми волосы, которые явно отрастали, так как под ними начинали проступать коричневые корни. На вид он был примерно ровесником Чонгука, но выглядел таким маленьким, свернувшись калачиком на дороге. Уличные фонари освещали его лицо, открывая вид на две блестящие дорожки, идущие от глаз к шее. Вздрогнув, Чонгук понял, что это были слезы.

Он вздохнул и присел на корточки, чтобы его лицо было по крайней мере на одном уровне с лицом парня. Незнакомец явно был чем-то расстроен; его тело сотрясалось, когда он тихо всхлипывал, а руки были сжаты в кулаки так крепко, что Чонгук был уверен, что скоро на гладкой коже останутся следы от ногтей. Когда Чонгук протянул руку, чтобы помочь парню подняться, он не ожидал, что упомянутый парень отпрянет и отступит назад, чтобы немного увеличить расстояние между ними.

– Все в порядке, – сказал он так мягко, как только мог, – Я не причиню тебе вреда. Прости, что накричал до этого.

Парень шмыгнул носом, поспешно вытер нос рукавом свитера и посмотрел на Чонгука, который чуть не упал в обморок от такого взгляда. У парня были самые красивые глаза, которые он когда-либо видел, а за этими глазами, которые блестели от непролитых слез, был глубокий и соблазнительный омут шоколадно-коричневого цвета. Безмолвно Чонгук снова протянул руку, но на этот раз чужая рука нерешительно взялась за нее, и парень встал, вытер щеки и снова посмотрел на Чонгука, в этот же момент краснея, когда обнаружил, что Чонгук пялится на него.

– Ты должен быть осторожен на дороге, ты знаешь это? – Чонгук говорил все еще мягким голосом, чтобы не отпугнуть парня, но все же достаточно твердым, чтобы дать ему понять, что это серьезное дело, – Ты не можешь бежать через дорогу, не посмотрев на сигнал светофора.

Парень сглотнул и потеребил рукава. Чонгук посмотрел вниз и сразу же отвел глаза, когда заметил очень милые лапки парня в свитере.

– Прости, – донесся до ушей Чонгука сладкий, как мед, голос, – Я не... Я не видел. Это было очень безответственно с моей стороны. Мне очень жаль.

Чонгук вздохнул, взглянув на парня. Он не понимал, почему кто-то в здравом уме стал бы носить свитер в такую душную погоду, но не стал указывать на это. Вместо этого он наклонил голову в сторону своего мотоцикла и провел рукой по слегка влажным волосам.

– Тебя подвезти? Ты выглядел так, будто тебе бы это не помешало.

Парень шмыгнул носом и невинно моргнул ему. Уже давно была забыта необходимость купить зажигалку, а вместо этого Чонгук полностью сосредоточился на том, каким легким чувствовался парень, когда он помогал ему сесть на мотоцикл, и какими миниатюрными казались его руки, вцепившиеся в плечи, когда он заводил мотор.

– Где ты хочешь, чтобы я тебя высадил?

Чонгук последовал указаниям парня, когда тот указал пальцем, куда ехать. Наконец он остановился перед узким зданием, зажатым между круглосуточным магазином и небольшим цветочным магазином.

– Бльшое спасибо... эм... за поездку, – заикаясь, пробормотал парень, нащупывая ключи в сумке, перекинутой через плечо, – Я действительно еще раз прошу прощения за свою невнимательность.

Чонгук прислонился к своему байку, скрестив руки на груди и наблюдая за тем, как парень достает ключи, к которым был прикреплен маленький брелок с изображением пушистого котенка с надписью "Чимин", и на лице Чонгука появилась непроизвольная улыбка.

– Спокойной ночи. Большое вам спасибо, – парень одарил его улыбкой, и Чонгук клянется, что чуть не ослеп. Улыбка была такой ослепительно яркой и такой теплой.

Чонгук подождал, пока парень войдет в здание, и двери за ним закроются, а затем он вздохнул и вытащил сигарету из кармана, только тогда сообразив, что забыл купить зажигалку. Он закатил глаза, слегка стукнув себя по лбу в недоумении.

– Что ж, просто великолепно.