Глава 6

Глава 6: Танец, затаивший дыхание

Адреналин в крови гудел низким, тревожным гулом. Феликс, спрятавшись за тяжелыми бархатными кулисами, смотрел на выступления других пар. Они были техничны, красивы, синхронны. Каждое па, каждый прыжок словно вбивали гвоздь в крышку его гроба с надеждой.

-Мы так не сможем, - шептал внутренний голос. - Мы не настолько идеальны.

Его одиночество усугублялось тем, что Хёнджина не было рядом. За пять минут до того, как к ним должны были вызывать, появилась группа девушек из другой команды - ярких, смеющихся, с восторженными взглядами. Они окружили Хёнджина, явно желая познакомиться поближе. Феликс видел, как его партнер вежливо, но холодно улыбался, отстраняясь, пытаясь объяснить, что сейчас не время. Потом он бросил взгляд на Феликса, полный извинений, и что-то сказал. Феликс прочел по губам: "Одну минуту". И ушел, увлеченный настойчивым девичьим потоком в сторону буфета, пообещав вернуться сию же секунду.

Минута растянулась в вечность. Глупая, едкая жгучесть подкатила к горлу Феликса. Это было не просто раздражение. Это было что-то острое и колючее, что заставляло сжиматься кулаки и желать, чтобы эти девушки... просто исчезли. Он отогнал мысль, испугавшись ее. Это не ревность. Просто нервы. Просто он не хочет, чтобы их концентрация была нарушена.

Он стоял, прижавшись лбом к прохладной бетонной колонне, когда знакомые сильные руки мягко, но уверенно обхватили его талию сзади. Он вздрогнул, но не отпрянул. Тело узнало это прикосновение раньше разума. На изгибе шеи ощутилось теплое дыхание.

-Прости. От них, как от назойливых ос, только сбежать, - тихо проговорил Хёнджин, не отпуская его. Его голос был спокоен, как глубокая вода после бури. - Дрожишь. Давай-ка сюда.

Он развернул Феликса к себе, внимательно посмотрел в глаза, потом молча ушел и вернулся со стаканом прохладной воды. "Маленькими глотками". Потом, пока Феликс пил, рассказал какой-то нелепый анекдот про танцора, который перепутал соевый соус с энергетиком. Феликс фыркнул, и напряжение немного спало.

Но когда объявили номер, предшествующий ихему, паника накатила с новой, удушающей силой.

-Хёнджин, как я выгляжу? Все в порядке? Костюм не помят? Макияж не поплыл? Ты уверен, что я не забыл связку после третьего пируэта? А музыка, она же не подведет?

Вопросы сыпались градом, его глаза метались. Хёнджин взял его лицо в ладони, заставив сфокусироваться только на себе. Его пальцы были твёрдыми и теплыми.

-Слушай меня. Ты выглядишь сногсшибательно. Ничего не помято и не разлохмачено. Ты не забудешь ничего, потому что твое тело помнит все лучше, чем разум. А музыка... мы с тобой и есть музыка. Дыши. Со мной. Вдох... и выдох.

Их вызвали. Последний взгляд Хёнджина в темноте за кулисами был как вспышка молнии:

-Помни, чей ты сегодня.

Свет софитов ударил в глаза, превратив зал в темную бездну. Первые такты их музыки - томные, чувственные - поплыли под своды. Они начали движение, и весь мир сузился до пространства между ними. Это не было просто исполнением хореографии. Это была беседа тел. Когда Хёнджин вел его в серии быстрых оборотов, в зале замерли. Но настоящая тишина, густая и звенящая, наступила в медленной части. Когда Хёнджин, стоя на колене, проводил рукой по открытой спине Феликса, а тот, откинув голову, ответил ему движением, полным томления и доверия. Когда их лбы почти соприкоснулись, а взгляды сплелись воедино, а пальцы Хёнджина едва заметно дрожали на его бедре...

Зал взорвался. Крики, свист, овации, топот - все смешалось в один оглушительный гул одобрения и восторга. Они завершили номер, замерши в финальной позе: Хёнджин, прикрывая его собой, а Феликс, отдавшись на его милость, с рукой, прижатой к мощной груди альфы, под которой бешено стучало сердце.

Их объявили победителями. Золотые блестки, трофей в руках, ослепительные вспышки фотокамер. Феликс, улыбаясь сквозь слезы, смотрел в зал, ища глаза Банчана... но потом взгляд его невольно вернулся к Хёнджину.

Тот уже смотрел на него. И в этом взгляде не было торжества победителя. Там было нечто более глубокое, тихое и всепоглощающее. Он поднял руку с трофеем, но другой, спрятанной от всех, крепко сжал пальцы Феликса. Это было красноречивее любых слов.

Они победили. Но Феликс с ужасом понимал, что самая сложная часть - понять, что именно они завоевали, - еще только предстояла. И от этой победы мог не спасти даже самый надежный парень, ждущий его сейчас в гостиничном номере с букетом цветов и разбитым сердцем.