Часть 6

Тишина давила сильнее, чем любые слова. Только редкие фонари освещали пустую дорогу, делая её бесконечной.Чонгук тяжело выдохнул, будто вырывая из груди застрявший крик. Его голос прозвучал глухо, но решительно:— Всё. С меня хватит.Чимин склонил голову, в его глазах мелькнула тень удивления, но губы снова тронула едва заметная усмешка.— Ты бросаешь меня прямо здесь? — произнёс он, тянув время.Чонгук резко дёрнул плечом, будто отбрасывая чужие слова:— Едь сам. Я дойду.Он развернулся и пошёл прочь, не позволяя себе оглянуться. Шаги отдавались гулко в ночной тишине, словно он рубил каждый метр дороги своей решимостью.Чимин остался стоять у машины. Улыбка исчезла, и в его взгляде застыли злость и растерянность.— Чонгук! — крикнул он в спину. — Думаешь, сможешь так просто уйти?!Но тот не обернулся. Только крепче сжал кулаки и ускорил шаг, будто каждое «нет» впечатывал в асфальт.Чимин смотрел на удаляющуюся фигуру и впервые ощутил — ситуация выскальзывает из его рук.Холодный ночной воздух ударил в грудь, и Чонгук жадно вдохнул его, будто только так мог очиститься от всего, что творилось внутри. Каждый шаг отдавался болью в висках, сердце колотилось слишком быстро, а мысли путались.Что, чёрт возьми, я делаю?Он провёл ладонью по лицу, но пальцы дрожали, и это только сильнее бесило. С одной стороны — желание разорвать всё к чертям, вычеркнуть Чимина из своей жизни, чтобы не трогал, не рушил стены, которые он так долго строил. С другой — предательское тепло под кожей, которое не уходило, как бы он ни пытался.Зачем он лезет ко мне так близко? Зачем говорит такие вещи?..Он сжал зубы, вспоминая голос Чимина, его пальцы, его дыхание у самого уха. От этого внутри всё снова сжалось, будто огонь вспыхнул в животе и тут же перекинулся выше.— Чёрт... — выругался он вслух и пнул камень, с силой отправив его вперёд.Дорога была пуста, и шаги Чонгука звучали так, словно весь мир затаил дыхание, наблюдая за ним.Нельзя. Я не могу позволить этому случиться. Это не игра — это моя работа, моя жизнь. Если я поддамся ему, всё рухнет.И тогда вопрос стоял не в том, допустит ли он это, а в том, сколько ещё он сможет сопротивляться.Чимин стоял, прислонившись к двери машины, и молча смотрел на удаляющуюся спину Чонгука. Холодный воздух не трогал его, а вот слова менеджера — «едь сам, с меня хватит» — резали по сердцу острее любого ножа.Губы растянулись в почти невидимой усмешке, но в глазах было слишком много огня.Он думает, что может уйти? Что всё так просто закончится?Чимин провёл языком по губам. В груди нарастало странное чувство — смесь раздражения и желания, от которого перехватывало дыхание.— Ты ещё вернёшься, Чонгук, — прошептал он в пустоту, хотя тот уже скрылся в темноте улицы. — Я заставлю тебя сам прийти ко мне.Он медленно обошёл машину, сел на водительское сиденье и завёл двигатель. В отражении стекла на миг отразилось его лицо: слишком спокойное для человека, которого только что оттолкнули.Но Чимин никогда не умел отпускать то, что ему нужно. А сейчас ему нужен был Чонгук.И с каждой секундой это желание становилось только сильнее.Чонгук сидел в маленьком полутёмном баре, уткнувшись лбом в ладонь. Перед ним стояли пустые стаканы, а бармен уже с опаской поглядывал на высокого парня, который пил так, будто хотел утопить в алкоголе все свои мысли разом.Телефон в руке дрожал. Чонгук сам не заметил, как набрал номер Чимина.Гудки. Один. Второй. Третий.— Алло? — голос Чимина был резкий, но в тот же момент — обеспокоенный.— Ч-Чимин... — выдохнул Чонгук, язык едва ворочался. — Зачем ты это делаешь со мной, а?..Пауза. В трубке повисла тишина, только его дыхание и какой-то далёкий шум на фоне.— Где ты? — тихо, но настойчиво спросил Чимин.— А если не скажу?.. — горько усмехнулся Чонгук и снова залпом опустошил стакан. — Может, я хочу, чтоб ты оставил меня в покое...— Чонгук, — голос стал ниже, мягче, но от этого ещё опаснее. — Скажи адрес. Сейчас же.— Почему? — в голосе Чонгука прозвучала почти детская обида. — Чтобы снова играть со мной?.. Чтобы снова довести меня?Он сжал телефон так сильно, что костяшки побелели.— Ты сам не понимаешь, что творишь со мной... — прошептал он, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.Секунду была тишина, а потом Чимин хрипло, почти рыча, произнёс:— Адрес. Немедленно. Иначе я найду тебя сам.И в этих словах не было ни капли шутки.Чонгук сдавленно выдохнул в трубку, словно долго боролся сам с собой. Голова кружилась, мысли путались, но язык сам выдал:— ...Бар «Синяя Луна». У станции.— Сиди там. Не смей уходить, понял? — голос Чимина звучал так, что спорить не хотелось.Но Чонгук всё равно хмыкнул, будто нарочно:— А если уйду?..Ответа не последовало. Только короткие гудки — Чимин сбросил звонок.Прошло меньше двадцати минут, но для Чонгука это было вечностью. Он сидел, уставившись в стол, пока всё вокруг не плыло. И вдруг — резкий скрип двери, и бар будто поглотила тишина.Чимин. В чёрной куртке, взглядом пронзающим насквозь. Он сразу заметил Чонгука, шагнул к нему так уверенно, что пара людей у стойки даже расступилась.— Вставай, — коротко бросил он, хватая Чонгука за плечо.— Отстань... — Чонгук дёрнулся, но силы были не на его стороне. — Я сам дойду...— Сомневаюсь, — Чимин почти усмехнулся, но в глазах пылала злость вперемешку с тревогой. Он подхватил его под руку, заставляя подняться.На улице было прохладно, дыхание Чонгука сбивалось. Он упёрся рукой в грудь Чимина, пытаясь оттолкнуть:— Зачем... ты всегда рядом?.. Зачем я тебе нужен?..Чимин склонился ближе, так что их лица разделяли считанные сантиметры. Его дыхание коснулось щеки Чонгука.— Потому что ты сводишь меня с ума, — прошептал он. — С первого дня.Глаза Чонгука расширились. Он хотел что-то сказать, но язык запутался, а внутри всё перевернулось.Чимин крепче сжал его талию, будто боялся, что тот снова попытается убежать.— Я же говорил... если посмеешь уйти, я найду тебя и верну обратно. — В голосе не было ни тени шутки.По дороге домой Чонгук молчал, пытаясь придать дыханию нормальный ритм. Алкоголь ещё давал о себе знать, но напряжение между ними держало его в тонусе. Чимин вел машину спокойно, но взгляд его постоянно скользил на Чонгука, как будто следил за каждой реакцией.— Почти дома, — тихо сказал Чимин, приближаясь к своему дому. — Держись.Чонгук лишь кивнул, сжимая кулак на колене. С каждым километром внутренняя борьба становилась сильнее — желание сопротивляться смешивалось с тем, что Чимин снова и снова цеплял его взглядом. Когда они вошли в просторный холл Чимина, Чонгук едва оперся на стену, стараясь собраться. Но сил удерживать себя больше не оставалось.Чимин шагнул ближе, тихо произнёс:— Чонгук... ты весь горишь.И прежде чем Чонгук успел что-то сказать, Чимин наклонился и поцеловал его. Поцелуй был резким, требовательным и жгучим — Чонгук не смог сопротивляться и ответил.Но вдруг Чимин резко отстранился, тяжело дыша, взгляд его был напряжён:— Чёрт... — пробормотал он, сжимая кулаки. — Ты пьян. Я не могу...Чонгук закрыл глаза, сердце билось слишком быстро, губы ещё горели от прикосновения.— Ты сам начал... — выдохнул он, не в силах скрыть ни раздражения, ни возбуждения.— Да, — ответил Чимин, сжав зубы. — Но я не собираюсь использовать то, о чём ты завтра можешь пожалеть. Я хочу, чтобы ты сам меня захотел, — тихо сказал Чимин, облизывая губы.В ответ Чонгук, потеряв равновесие, буквально навалился на него. Чимин едва не рухнул, ноги дрогнули, но он удержался, крепко обняв его за плечи.— Какой же ты тяжёлый, господи... — пробормотал он сдавленно и, кряхтя, дотащил его до спальни.Он осторожно уложил Чонгука на широкую кровать и, тяжело выдохнув, сел на край матраса.— Кто так нажирается вообще?.. — проворчал он, будто сам себе.Но Чонгук уже давно спал, дыша ровно и глубоко.Чимин посмотрел на его измятую одежду, пропитанную алкоголем, и покачал головой. Осторожно снял обувь, поправил ноги, после чего начал расстёгивать штаны. Делал это медленно, стараясь не смотреть туда, куда не следовало. Но взгляд всё равно ускользал к линии белья, задерживался дольше, чем должен был. Чимин нервно прикусил губу, тихо выдохнул.Он натянул на Чонгука свои чистые домашние штаны и перевёл взгляд на футболку. Стоило приподнять её, как перед глазами открылся идеально подтянутый торс. Кожа светилась теплом, кубики пресса — будто выточенные, мускулы — напряжённые даже во сне.Чимин замер, пальцы сами коснулись его горячей кожи. Лёгкое прикосновение вызвало дрожь, пробежавшую по спине.— Боже мой... — едва слышно прошептал он, взглядом скользя по каждой линии.На миг он позволил себе зависнуть в этом моменте, но тут же очнулся, увидев беззащитное лицо Чонгука. Он убрал руку, будто обжёгшись, сжал кулаки и резко выдохнул, откидываясь назад.— Ты сведёшь меня с ума, Чонгук... — проговорил он почти беззвучно.Накрыв его пледом, Чимин ещё пару минут сидел рядом, разглядывая спящего, а потом встал, чтобы самому попытаться уснуть.Утро встретило Чонгука противным светом, который пробивался сквозь плотные шторы, и тупой болью в висках. Он застонал, перевернулся на другой бок и только тогда заметил, что спит не в своей новой квартире. Широкая кровать, аккуратный интерьер и лёгкий аромат дорогого парфюма в воздухе — всё говорило о том, что его сюда кто-то привёл.Он резко сел, и плед соскользнул с плеч. На нём были не его джинсы, а свободные домашние штаны. Футболка? Чёрт... её тоже не было, оставалось только обнажённое тело.— Господи... — пробормотал он, хватаясь за голову. — Где я?— В раю, — раздался насмешливый голос.Чонгук дёрнулся и обернулся. В дверях спальни стоял Чимин с чашкой кофе в руке. Он ухмыльнулся, облокотившись о косяк.— Спокойно, — продолжил он, — мы просто переспали, ничего страшного.Глаза Чонгука округлились.— ЧТО?!Чимин не выдержал и рассмеялся, сделав глоток из кружки.— Шучу, не дрожи так. Хотя ты был очень... удобным прошлой ночью.— Ты меня переодел?!— Ага. — Чимин пожал плечами так спокойно, будто это было самое обычное дело. — Твоя одежда воняла спиртом и была вся в грязи. Не мог же я оставить тебя в таком виде.— Чёрт... — Чонгук провёл рукой по лицу, пытаясь осознать. — Почему я вообще здесь?..— Потому что я тебя дотащил, — лениво ответил Чимин и прищурился. — Ты же сам едва на ногах стоял.— Что вчера произошло? — голос Чонгука дрогнул, в голове крутились лишь обрывки — бар, дорога, прикосновения, и... поцелуй.Чимин ухмыльнулся шире, сделал шаг вперёд и наклонился так, что их лица разделяли всего несколько сантиметров.— Хочешь, я напомню? — прошептал он. — Или предпочитаешь жить в неведении?Чонгук резко отстранился, чувствуя, как уши предательски заливает жар.— Иди к чёрту... — выдавил он, но сердце колотилось слишком громко, чтобы слова звучали убедительно.Чимин присел прямо рядом, так близко, что их колени соприкоснулись. Он сделал вид, что тянется за пледом, но нарочно провёл рукой по бедру Чонгука.— Ты уверен, что хочешь, чтобы я ушёл? — его голос был низким и слишком мягким, будто он нарочно тянул каждое слово. — Потому что твоё тело говорит совсем другое.— Перестань, — Чонгук дёрнулся в сторону, но упёрся в спинку кровати и оказался зажатым.Чимин усмехнулся и наклонился ближе, так что их дыхание смешалось. Кончиками пальцев он скользнул по линии татуировок на руке Чонгука, едва касаясь кожи.— Эти татуировки... — прошептал он, — я всю ночь смотрел на них. Хотелось потрогать больше, чем я имел право.Чонгук сглотнул, и это не укрылось от Чимина. Он нарочно провёл пальцем по его шее, спускаясь к ключице, и задержался там, слегка надавив.— Ты... — выдохнул Чонгук, отстраняясь, но дыхание сбилось, — ты нарочно это делаешь.— Конечно, нарочно. — Чимин улыбнулся, его губы были в опасной близости от щеки Чонгука. — У меня выходной, у тебя тоже... чем ещё заниматься, если не дразнить тебя?Он резко ухватил Чонгука за подбородок, заставляя повернуть лицо к себе. Их взгляды встретились.— Признайся, тебе это нравится. — Его палец скользнул по губам Чонгука, чуть надавив на нижнюю.Чонгук сжал кулаки, но не оттолкнул его. Щёки горели, глаза метались, а тело предательски отзывалось на каждое прикосновение.Чимин тихо рассмеялся и прошептал прямо в ухо:— Ты такой упрямый... но чем больше сопротивляешься, тем сильнее я хочу тебя.В груди Чонгука всё сжалось так же, как тогда в машине. Сердце билось гулко, дыхание перехватывало, а внизу живота неприятно-сладко тянуло. Он чувствовал, что ещё чуть-чуть — и он сорвётся, забудет обо всём и поддастся Чимину прямо здесь, в этой комнате.Чёрт... снова...— Хватит, — выдавил он хрипло, резко перехватывая руку Чимина, которая слишком уж вольно скользила по его шее. — Ты... ты играешь со мной.— Может быть, — прошептал тот, не отводя взгляда, и медленно провёл большим пальцем по запястью Чонгука, словно проверяя, как сильно тот дрожит. — Но ведь тебе нравится эта игра.Эти слова будто ударили в самое сердце. Чонгук зажмурился, пытаясь выровнять дыхание, но только сильнее чувствовал, как тело горит от желания.Он резко поднялся с кровати, схватил свою футболку и натянул её на себя, словно броню.Чимин прищурился, уголки его губ дёрнулись в опасной улыбке, но лишь проводил Чонгука взглядом, полным хищного интереса.Тот, не оборачиваясь, быстро вышел из дома и направился к себе. Сердце всё ещё билось слишком громко, а в груди стоял тот самый ком — смесь страха и дикого влечения.Ещё немного, и я бы не остановился...Вернувшись домой, Чонгук захлопнул за собой дверь и почти упал на кровать. Тело всё ещё горело, а внутри будто сжималась пружина, готовая разорвать его на части.Он закрыл глаза, но вместо темноты видел только Чимина: его улыбку, пальцы на своём лице, дыхание у шеи. Эти воспоминания накатывали волнами, и каждая новая — сильнее прежней.Рука сама собой скользнула вниз, задержалась на поясе. Чонгук сжал зубы, будто борясь сам с собой, но желание оказалось сильнее.Его движения были резкими, нервными, будто он пытался заглушить пожар внутри. Дыхание сбилось, в горле стоял хрип. В голове снова и снова звучал низкий голос Чимина:«Ты слишком сексуален... я хотел тебя с первой встречи».Чонгук зажмурился, сильнее стиснул пальцы, ускоряясь, будто этим мог вытолкнуть из себя все мысли о нём. Но вместо облегчения приходила только волна жара, накрывающая с головой.В конце он резко выгнулся, выдохнув так громко, что самому стало стыдно за этот звук. Упал на спину, прикрыв лицо рукой. Сердце колотилось так, будто он пробежал марафон.На губах появилась кривоватая усмешка, горькая и бессильная.— Чёрт... я схожу с ума, — выдохнул он в пустоту.