Рождение маленького чуда

Для кого-то это — обычная ночь, но для одной семьи эта ночь очень волнительная.

       Длинный коридор ярко освещён светом пяти желтых ламп. От белоснежных стен отходят эхом болезненные крики и громкие стоны. В конце коридора закрыты большие серые двери. Над ними горит ярко-красная табличка с надписью «операция». В том же коридоре на полу сидит мужчина альфа с маленьким мальчиком альфой на коленях. Он одной рукой придерживает мальчика за спину, а другую руку запустил в свои белые волосы. Голова откинута назад, упирается в стену. На лице его виднелось беспокойство и страх. Глаза бегают по всему коридору, он беспокойно дышит и не может успокоить своё сердцебиение. Он боится, сильно боится потерять того человека, которого сильно любит...

         Маленький мальчик, лет пяти, спокойно сидел на коленях мужчины и пытался того успокоить.

         — Папа... — шепчет он, переводя все внимание отца на себя, — все хорошо. Не плачь, с папой все будет хорошо, — тоненький голосок прыгает по коридору, наполненный светом и радостью, он будто успокаивает взрослого альфу. Стирает кристальную каплю слезы с лица своего родителя. Альфа натянуто улыбнулся и обнял сына обеими руками, утыкаясь носом в его черную макушку.

         Проходили часы, но табличка не переставала гореть красным цветом и двери не открывались. Крики стали тише, но их поток не прекращался. Беловолосый не сдвинулся с места, сидя на полу вместе с сыном. Маленький альфочка сильно обнял своего отца и уткнулся своим носиком в его грудь.

          — Джун! — прозвучал звонкий голос и к белобрысому подбегает брюнет, стройного телосложения и с смазливой мордочкой, похоже омега. В длинном синем худи и в черных рваных джинсах. Схватив того за плечи, омежка начал трясти альфу и чуть ли не прокричал на всю больницу: — Ким, твою ж на лево, Джун! Что случилось? Где Джин? Что с ним? — из глаз брюнета потекли соленые капельки слез. Альфа не знал что сказать, в его голове все мысли смешались и превратились в кашу.

      — Дорогой, не ругайся при ребёнке, — к омеге подбежал черноволосый альфа, обнимая того за плечи. — Не переживай, с нашим сыном все будет хорошо, — он принялся оттаскивать своего омегу от Джуна.

      Альфа выглядел довольно-таки спокойно. Он усадил своего мужа на скамейку и сам уселся рядом, обнимая его за плечи.

      Маленький альфочка продолжал сидеть на коленях своего родителя, сильно утыкаясь носиком в его чёрную куртку.

      Прошло ровно десять минут, и болезненные крики резко прекратились. Все, кто сидели в коридоре, стали сильнее волноваться, но услышав громкий плачь ребёнка успокоились. К сожалению, спокойствие продлилось не долго. За железными дверьми стали слышны писки приборов и громкие голоса врачей: «Скорее, дефибриллятор!», минуту спустя «Раз, два рязряд!» Это предложение повторялось раза два или три, а потом все стихло. Старший омега упал в обморок от сильного волнения, благо его муж успел его поймать. А у Джуна сердце в пятки ушло. Он подхватил сына на руки и подскочил на ноги, рванув в сторону двери. Маленький альфочка схватился своими маленькими ручонками за куртку, обвил ножками отца, чтобы не упасть и с испуганными глазами уставился на двери. Простояв около двери некоторое время, Джун стал ходить то взад то вперёд по коридору, не отпуская сына.

            Неожиданно табличка погасла, и железные двери распахнулись. Из-за двери выходит бета преклонных лет, снимая белую маску с своего лица. Он окинул усталым взглядом людей присутствующих в коридоре и быстрым шагом направился в их сторону.

            — Кто отец? — задал вопрос доктор, обращаясь к альфам.

            — Я!

            — Я! — оба альфы подскочили со своих мест.

             Доктор кинул на них не понимающий взгляд. Альфы посмотрели друг на друга и после решили все объяснить.

              — Я отец ребёнка, — спокойно ответил светловолосый, на отпуская своего сына.

              — А я отец роженика, — с волнением в голосе проговорил чероноволосый. Доктор понял данную ситуацию и проговорил:

              — Поздравляю, папаша. У вас родился здоровый омежка, — обратился он к Джуну. — Вес — 3 килограмма и 645 грамм, — натянуто улыбнулся.

              — А что с моим сыном? — задал вопрос черноволосый.

               — С вашим сыном всё сложнее... — тяжело вздыхает, — роды проходили тяжело. Мы его чуть не потеряли, — от этих слов оба альфы чуть не упал.

          Намджун отпустил сына на бетонный пол, кивая в сторону его дедушки. Мальчик не глупый, понял своего отца и, развернувшись со всех ног побежал к дедушке.

           — Но всё обошлось, — продолжал доктор. — Его жизни ничего не угрожает, но его состояние тяжёлое. Пару дней он полежит в нашей больнице, а потом посмотрим на его состояние.

           Взрослые продолжали свой разговор, а маленький мальчик стоял и слушал, пока не услышал тихий плачь ребёнка. Черноволосый без раздумий пошёл на звуки, ему до жути было интересно, кто же так плачет. Мальчик проскальзывает мимо взрослых и направляется по длинному, хорошо освещенному коридору. Звуки мягких шагов эхом отражаются от белоснежных стен, мальчик шёл прямо по коридору и заметил, что плач доносится из-за белой двери, что стояла по правую сторону от ребёнка. Он робко подходит к двери и замечает, что она слегка приоткрыта, что ему на руку, ведь он ростом ещё мал, а дверная ручка была высоко. Маленькое сердечко начинает сильно стучать, но маленькие ручки открывают дверь. Червоволосый заглядывает в щелочку и видит светлую комнату. Стены, пол, потолок: все было белоснежным. Возле стен стояли огромные, по мнению мальчика, шкафы, в внутри которых стояли маленькие колбочки и коробки с лекарствами. Посередине комнаты стояла маленькая детская кроватка. Мальчик волнительно сглатывает слюну и направляется прямиком к кроватке. Плачь ребёнка не прекращается, а становится только сильней. Альфочка уже стоит возле своей цели, но не может увидеть, кто же там плачет. Он встаёт на цыпочки и держится ручками за кроватку, а головою тянется вверх, но всё равно ничего не получается. И тогда мальчику в голову приходит идея, но для воплощения этой идеи в жизнь ему нужна табуретка. Ребёнок ищет глазами нужный ему предмет и находит его в дальнем углу комнаты. Чуть ли не бегом он приближается к табурету, хватает предмет обеими руками и идёт к кроватке.

             Мальчик уже забирается на табурет и заглядывает в кроватку. Там он видит голубой свёрток ткани, в котором находится ребеночек. Младенец плачет навзрыд, его личико покраснело, а из глаз текут кристальные слёзы, оставляя после себя мокрые дорожки. Черноволосый, как настоящий альфа решил успокоить эту, как он подумал, плаксу. Мальчик тянет свои ручки к красным щечкам младенца, чтобы стереть с них соленые слёзы.

               — Не плачь, малыш, все хорошо, — шепчет альфа, стирая дорожку от слёз. — Ты такой красивый, наверное, омега, — улыбается, — не плач.

              Младенец от услышанных слов и от мягких прикосновений к его нежной коже и вправду перестал плакать. Слёзы остановились, а глаза открылись и стали смотреть на незнакомый силуэт.

            — А ты, я вижу, только только родился, маленький совсем, — произнёс альфа, смотря в небесно-голубые глазки. В них и вправду можно было увидеть чистое небо. Мальчик был очарован красотой этих глаз. Он не мог оторваться от них и не хотел.

             Младенец смотрит на незнакомца своими огромными глазами, пытаясь изучить его, узнать. Он ведь ещё мал — ему всё интересно. Вот и не знакомый мальчик ему стал очень интересен.

             — Я бы хотел такого братика, как ты, — проговорил мальчик, гладя розовые щечки «плаксы».

             — Юнги! Сынок, ты где? — послышался голос отца в коридоре. Мальчик от резкого голоса дернулся и отдернул руку от голубоглазого. Младенец снова начал плакать, только громче, чем раньше. Из глаз снова потекли кристально-прозрачные капельки слёз. Черноволосый стал паниковать, повернувшись к младенцу, он начал его всячески успокаивать: снова вытирал щёчки, гладил по голове и говорил успокаивающие слова. Но ребёнок не прекращал, он плакал, пока не почувствовал, как того взяли на руки и стали качать из стороны в сторону.

             — Ну-ну, малыш, не плачь, — проговорил Юнги, укачивая ребёночка и стоя уже на полу. — Все хорошо, не плачь, — несмотря на свой маленький возраст, Юнги был очень ответственный, заботливый и умный альфа. Даже сейчас, когда он один с плачущим ребёнком.

             За такой умиляющей картиной наблюдали все медсёстры, врачи и родитель Юнги.

              — Я вижу, вы уже познакомились, — прозвучал голос врача. Юнги слегка дернулся и повернулся всем корпусом в сторону двери. Он не хотел отпускать «свой» маленький голубоглазый комочек и в мыслях такого не было, как-будто так так и должно быть.

               Низкорослый и худощавый медбрат, налюбовавшись таким умиляющим зрелищем, решил все же взять младенца из рук пятилетнего альфы. Как только он решил протянуть руки, то увидел озлобленные черные глаза, что прожигали на сквозь и даже было слышно тихое рычание.

             Юнги почувствовал, что скоро заберут «его» маленькое чудо. В его голове что-то говорило «моё, никому не отдам!». Когда медбрат хотел забрать младенца, у Юнги что-то щелкнуло. Он прижал своё чудо ближе к себе.

             — Какой защитник! — восхищенно проговорил доктор, стоявший у входа. — Настоящий альфа!

              — Юнги, сынок, я вижу ты уже познакомился со своим братиком. — Нам Джун нежно улыбнулся и подошёл к сыну. А у мальчика от этих слов сердце забилось сильнее, и в душе появилось какое-то приятное тепло, что разливалось по всему телу. На лице появилась лучезарная улыбка.

              — Правда? — Юнги получил в ответ уверенный кивок Джуна, и в этот момент глаза Юнги загорелись ярким светом, а улыбка стала ещё ярче.

                                                                           «Как же я рад»