10. Минхо

Минхо ожидал подвоха с любой стороны, но то, что нож в спину воткнёт ему именно Чан, стало для него неприятной неожиданностью.

Проснувшись утром и отправились на кухню готовить завтрак Ли с удивлением обнаружил своего гостя спящим на диване в гостиной. Долговязый Хван съёжился под тонким пледом, подтянув свои жерди под себя и пускал слюни на любимую диванную подушку Минхо, вместо того, чтобы с комфортом спать в гостевой комнате, куда был отправлен вчера вечером радушными хозяевами. Растолканный удивленными друзьями заспанный Джинни сообщил им интересную новость.

Вчера, посреди ночи, к нему заявился Чонин. Хван не захотел их будить и сам открыл дверь. Они немного поговорили (о погоде) и он оставил мальчишку спать в гостевой, а сам, перебрался на диван. Но судя по тому, как бегали его глаза и алели кончики ушей, Хван рассказал им только часть истории. И уровень раздражения Минхо, прямо с утра, подскочил до критической отметки.

Они не стали ждать пробуждения сопляка и быстро позавтракали без него. Джисон, словно почувствовав в воздухе приближение пиздеца, быстренько утащил Джинни с собой в город — проветрится.

У Минхо после обеда было дежурство в клинике, которое он использовал, как предлог, чтобы остаться дома и вправить больному спермотоксикозом Чонину мозги. А так, как тому, очевидно, на его мнение было плевать, Минхо вызвал себе поддержку.

Если кто-то и мог повлиять на взбесившегося ребёнка, то он.

Чан появился в их квартире на удивление быстро и выглядел так, словно ещё и не ложился. Минхо только и успел вкратце описать ему ситуацию, как на кухне перед их глазами появился Чонин закутанный в одеяло.

 — А где Джинни? — спрашивает заспанный парень веря головой и натыкаясь на направленные на него взгляды своих старших, добавляет, — … хён, — словно это как-то может изменить ситуацию.

Минхо переводит взгляд на Бана,  безмолвно спрашивая ‐ «Теперь ты понимаешь, о чем я?»

Но, как оказалось, зря он ожидал поддержки от своего, всегда такого рассудительного и правильного хёна. Крис не только не поддержал его, но, можно даже сказать, открыто встал на сторону Чонина, всучив ему флаг в руки. «Действуй малыш!»

Минхо от удивления забыл все, что хотел сказать. Довольный пацан, воспользовался заминкой и по-быстрому свалил, не став дожидаться, пока его вредный хён прейдёт в себя.

— Ну и что это было? — спрашивает Минхо, немного отойдя от шока, у Чана. Тот сидит у него на кухне напротив кружки с кофе и безбожно зевает. — Плохой полицейский, хороший полицейский?

— Ну, а ты что к нему прицепился? Он уже взрослый парень, сам разберется, — зевает Чан.

— Взрослый?— пренебрежительно хмыкает Минхо. – Да у него детство из всех щелей лезет. Вон, куртку снова порвал. По заборам он что-ли лазит? С чем он может разобраться? Дитё-дитём…

— Да ты младше его был, когда в Джисона влюбился. Себя-то вспомни! — укоряет его так называемый друг.

Минхо открывший было рот, тут же его захлопнул, таращась на Чана круглыми глазами:

— Я это совсем другое! — обижено заявляет он после непродолжительного раздумья.

— Ты то да, но Хани твой, от Чонина и сейчас, мало чем отличается! Парень влюблен, ему сейчас море по колено. Ты же должен понимать, что это такое.

— Да я же не против! – Минхо всплескивает руками.  — Но сейчас не время для егопризнаний. А он этого не понимает. Прёт на пролом. Джинни ещё не готов. Ему в себя надо прийти. Разобраться, что и как. А тут мальчишка этот. Как думаешь, чем это закончится?

Чан грустно усмехнулся и , вдруг, уложил голову на столешницу, закрывая глаза.

— Не хочу думать. На-до-е-ло! Я думаю, думаю. Всегда поступаю правильно. А толку? Сделало ли это меня счастливым? Нет. Может стоило забить на голову? Просто делать то, что хочется. Идти за своими чувством, вот так, без оглядки, напролом, как Нини …

Минхо удивленно смотрел на друга, опустившего голову. Что-то подсказывало ему, что говорят они уже не о Чонине.

Чан был негласным и неоспоримым лидером их компании, непоколебимым столпом. Он был поддержкой для каждого из них, в каждый, даже в самый чёрный день. К нему обращались за помощью, делились переживаниями. К его мнению прислушивались. Он был надежным и понимающим. Ему доверяли то, что больше доверить некому.

 А кому доверял свои секреты Чан?

Впервые, за все эти годы, Минхо почувствовал, что есть ещё что-то, о чем никто из них и понятия не имеет. И сейчас,  это что-то прорвалось на поверхность.

— Ты в порядке? — Минхо действительно обеспокоен.

Но Чан отмахнулся от его вопроса, тяжело вздохнув, поднял голову буквально натягивая на свой рот улыбку.

— Не обращай внимания, я просто завидую ему. Он такой смелый. И обязательно добьется своего. И Хёнджин…. Ты же это тоже видел? Между ними есть эта искра. Мелкий всегда был для него особенным. Он в его присутствии дышать перестаёт, прикоснуться лишний раз боится. Все это видели.

— Но есть еще и Феликс. О нем подумай! Думаешь, ему будет приятно смотреть как…

Чан рассмеялся так горько, что Минхо запнулся.

— Подумать о Феликсе? Да я только о нем и… , — Чан замолчал не договорив. —  Феликс молодец. Он справится с этим, он сильный.

— Иногда мы сильные потому, что нам не оставляют другого выбора, — глубокомысленно замечает Минхо. — Это еще не значит, что ему не нужна поддержка. Тебе надо присмотреть за ним, Чан.

Чан вскидывается:

— Почему мне?

Минхо закатывает глаза и разводит руками. Мало ему Чонина, так теперь ещё и Чан начал капризничать, как пятилетка.  Да и с каких пор его надо уговаривать позаботится о друге?

— А кому? – возмущается Минхо. - У нас с Джи, и так, дом полон соплей. Нини, сам понимаешь, точно на эту роль не подходит. На Сынмо и Со, я бы тоже не рассчитывал, у них сейчас свои заморочки.

— Что ты имеешь в виду?

Минхо замолкает и моргает несколько раз, подыскивая слова. «Вот, жеж, язык без костей!»

— Да что ты ко мне прицепился? У них и спрашивай! Речь, сейчас о Феликсе. Ему сейчас нужен человек рядом. Друг. Ты его знаешь, он не может быть один.

— Ты прав, — соглашается Чан, — вот только не моя.

Минхо тоже не железный.

— Блядь, Чан, не беси меня! Перестань ныть! Развел тут сопли, мне и Джинни хватает. Если ты расклеишься, я эту банду в одиночку не потяну! Поднимай задницу и пиздуй к Сынмину, если у тебя проблемы с самооценкой!

Чан смотрит на не него открыв рот и на его лицо возвращается улыбка:

— Вот это я понимаю, поддержка! Я ему тут душу изливаю, а он …

— Ты тоже, блин, нашёл перед кем душу изливать, — продолжает возмущаться Минхо. — Ты меня, что, первый день знаешь? Думал я тебе сопельки подтирать буду? Серьёзно? Я тебе сейчас поддерживающий пендель пропишу, не посмотрю, что ты старший!

— Да, Минхо, твои пендали просто волшебные!  —  откровенно ржет ему в лицо Бан.

По крайней мере Минхо удалось поднять ему настроение.

— Ага, действуют на всех, кроме самого младшего. Твоё воспитание, между прочим. Это ты его разбаловал.

— Ну да, а ты просто рядом стоял, такой белый и пушистый.

Парни снова рассмеялась, уже вдвоем.

— Знаешь, я собираюсь сделать предложение Джисону, — неожиданно заявляет Минхо.

Чан недоверчиво вскидывает брови не понимая, шутка ли это, но Ли серьёзен.

— Серьезно? Бро, это здорово, я так рад за тебя, за вас, — тараторит Крис вскакивает с места. Он распахивает руки и сгребает Минхо в свои объятия. Тот кривится, но в честь такого праздника позволяет тискать себя целых три секунды.

— Молодец что решился, но ты уверен? Это серьёзный шаг.

Ли кивает:

— Я то уверен, а вот Джи…. — он замолкает. — Я не хочу на него давить, снова.

Чан знает, о чем он думает. Он тоже помнит те темные времена и слова Джисона.

— Но у вас же сейчас все хорошо?

— Я и тогда думал, что у нас все хорошо, — грустно улыбается Ли передвигая на столе какую-то посуду.

— Перестань загоняться, Минхо. Хан, не дурак, он учится на своих ошибках. Ты ему нужен, иначе бы он не вернулся. Файтинг! — Чан одобряюще поднимает согнутую в локте руку, сжав пальцы в кулак. — И вообще, как ты там сказал, чё разнылся, если у тебя проблемы пиздуй к Сынмину!

Они поболтали ещё несколько минут и Бан распрощался.

— Чан, — окликнул его Минхо, когда старший уже стоял в дверях, — я люблю тебя!

Чан улыбнулся:

 — Спасибо, Минхо!