Глава 8

Темнота кинозала поглотила их, как черная дыра. На экране мелькали кадры «Сумерок» – бледные вампиры, напряженные взгляды, бессмертная любовь. Ирония ситуации была настолько густой, что Феликс даже фыркнул.Он сидел между Минхо и Хёнджином, сжимая подлокотники так, будто они были единственным, что удерживало его от падения в пропасть. Его пальцы впивались в мягкий материал, ногти оставляли крошечные вмятины.— Ты в порядке? — тихо спросил Минхо, не глядя на него. Его голос звучал приглушенно, почти теряясь в громком саундтреке фильма.— Нет. Но буду.Феликс не отрывал взгляда от экрана, где Белла и Эдвард обменивались страстными взглядами. Его собственное отражение слабо мерцало в темном стекле очков Хёнджина, сидевшего справа.Хёнджин сжал губы, но промолчал. Он знал, что сейчас любое его слово будет звучать фальшиво. Его пальцы нервно перебирали крышку стакана с колой, ледяной конденсат капал на джинсы.Феликс уставился на экран, но не видел его. Вместо этого перед ним всплывали моменты: как Хёнджин дарил ему эклеры, смеялся над его шутками, поправлял прядь волос... Все это было не для него. Все это было ради Минхо.Он закрыл глаза.— Я дурак.— Нет, — Минхо повернулся к нему, его голос был жестким, но без злости. — Ты просто доверял.— А ты?Минхо замер. В полумраке его профиль казался высеченным из камня – резкие скулы, прямой нос, губы, сжатые в тонкую линию.— Я не знаю.Феликс посмотрел на него, потом на Хёнджина.— Ты его любишь?Тишина. Даже звуки фильма куда-то исчезли. В ушах звенело от напряжения.Минхо не ответил.Тем временем в квартире БанчанаДверь распахнулась с такой силой, что Дуду вздрогнул и спрятался под диван. Джисон ворвался в комнату, как торнадо, размахивая телефоном, с которого капала дождевая вода.— ВЫ НЕ ПОВЕРИТЕ!Банчан и Чанбин подняли головы от ноутбуков. На столе между ними дымились две чашки кофе и лежали раскиданные бумаги с текстами новых песен.— Что теперь? — вздохнул Банчан, снимая очки и потирая переносицу.— ХЁНДЖИН ЦЕЛОВАЛ МИНХО! В КАФЕ! ПРИ ВСЕХ!Чанбин поперхнулся кофе. Темная жидкость брызнула на его белую футболку.— ЧТО?!— ДА! — Джисон тыкал в телефон липкими от дождя пальцами, показывая размытое фото. — И ОНИ СЕЙЧАС В КИНО С ФЕЛИКСОМ! ВМЕСТЕ!Банчан закрыл глаза и медленно опустил голову на стол.— Боже, это же катастрофа.— Нет, это шедевр! — Джисон схватил пакет с попкорном со стола и с хрустом принялся жевать. — Я жду продолжения! Это лучше, чем дорамы!Чанбин покачал головой, оттирая пятно от кофе салфеткой.— Феликсу будет больно.— Да ему вообще не повезло, — пробормотал Джисон, прожевывая попкорн. — Влюбиться в парня, который влюблен в другого парня, который, возможно, влюблен в первого парня...Банчан поднял голову и устало посмотрел на Джисона.— Ты закончил?— Нет! — Джисон вытащил из кармана блокнот. — У меня уже семь новых теорий. Например, а что если...Чанбин швырнул в него смятым стаканом.Кинотеатр. После сеанса.Феликс вышел первым, резко распахнув тяжелую дверь. Ночной воздух ударил в лицо – влажный, пахнущий асфальтом и далеким морем. Он засунул руки в карманы тонкой ветровки, чувствуя, как дрожь пробегает по спине.— Я... понял.Хёнджин осторожно тронул его плечо. Его пальцы были холодными.— Прости.— Не надо. — Феликс отстранился, не глядя на него. — Ты не виноват. Чувства – они такие.Минхо стоял в двух шагах, его лицо в свете уличных фонарей казалось вырезанным из мрамора – красивым и холодным.— Феликс...— Я знаю. Ты тоже не уверен. — Феликс улыбнулся, но это была печальная улыбка, больше похожая на гримасу. — Но знаешь что? Я справлюсь. Потому что я не из тех, кто ломается.Он повернулся и пошел прочь, не оглядываясь. Его силуэт быстро растворился в ночной толпе.Хёнджин посмотрел на Минхо.— А ты?— Я не знаю.— Значит, спрошу иначе. — Хёнджин шагнул ближе. В его глазах отражались огни города. — Ты хочешь, чтобы я отступил?Минхо замер. Где-то вдали просигналила машина.— ...Нет.Хёнджин улыбнулся. Нежно. Без обычной иронии.— Тогда давай разбираться.Они пошли по мокрым улицам Сеула, оставляя за спиной кинотеатр, «Сумерки» и нерешенные вопросы.Но вопросы никуда не делись.Особенно один.Кого на самом деле любит Минхо?Где-то впереди, в переулке между высотками, Феликс остановился, прислонился к стене и, наконец, позволил себе тихо выдохнуть всю боль, что копилась в груди.А в квартире Банчана Джисон уже рисовал на доске схему отношений, используя четыре разных цвета маркера.Чанбин смотрел на это и вздыхал.— Боже, помоги нам всем.