1

Ким Сынмин был воплощением слова «перфекционизм». В офисе «Hwang Enterprise» его ценили за стальные нервы и отчеты, в которых запятые стояли ровнее, чем солдаты на параде. Но даже у идеальных машин случаются сбои — особенно когда в игру вступает личная жизнь и горячий спор с парнем в мессенджере.​​Вечер пятницы. Сынмин засиделся допоздна, чтобы отправить финальный квартальный отчет своему боссу, Хван Хёнджину. Телефон на столе вибрировал не переставая: парень Сынмина, с которым они не виделись неделю, требовал «доказательств любви».​«Ну же, Минни, только одно фото. Ты же один в офисе», — гласило сообщение.​Раздраженный и уставший, Сынмин сдался. Он быстро зашел в пустую переговорную, расстегнул пару пуговиц рубашки, приспустил брюки и сделал пару кадров в зеркале — вызывающих, откровенных, совершенно не вяжущихся с его образом строгого секретаря.​Вернувшись за стол, он быстро открыл вкладку «Отправить файл». Пальцы машинально кликнули по последним медиафайлам, прикрепили их к письму с темой «Квартальный отчет. Срочно» и нажали «Отправить».​Через секунду Сынмин понял, что отправил письмо не в Telegram, а во внутреннюю почту компании. Адресату: Hwang_Hyunjin@hwang.com.

​Мир вокруг Сынмина замер. Он лихорадочно пытался нажать «Отозвать сообщение», но система выдала безжалостное: «Сообщение уже прочитано получателем».​В этот же момент дверь кабинета Хёнджина, находившегося в десяти метрах, медленно открылась.​Хван Хёнджин вышел в пустой оупен-спейс. Его пиджак висел на спинке стула, рукава рубашки были засучены. Он держал в руке планшет и смотрел на Сынмина так, словно видел его впервые. Или, наоборот, слишком хорошо.​— Ким Сынмин, — голос босса эхом разнесся по этажу. — Зайдите ко мне. С «отчетом».​​Сынмин вошел в кабинет, чувствуя, как колени превращаются в желе. Хёнджин сидел в своем кресле, а на большом мониторе за его спиной красовался... Сынмин. Точнее, его очень детальное фото в расстегнутой рубашке.​— Я... Господин Хван, это чудовищная ошибка, — Сынмин готов был провалиться сквозь землю. — Я перепутал окна. Я сейчас же всё удалю и пришлю настоящий файл. Пожалуйста, примите мои извинения и...​— Тише, Сынмин-и, — Хёнджин прервал его, медленно вставая и обходя стол. — Ошибка? Безусловно. Но очень интересная.​Он подошел вплотную, заставляя Сынмина вжаться спиной в закрытую дверь. Хёнджин был выше, от него пахнуло дорогим парфюмом и опасностью.​— Знаешь, я три года смотрю на твои безупречные графики и сухие таблицы, — Хёнджин протянул руку и кончиками пальцев коснулся той самой пуговицы на рубашке Сынмина, которая на фото была расстегнута. — И я всегда гадал: что же скрывается за этим застегнутым на все пуговицы воротничком?​Сынмин сглотнул, не в силах отвести взгляд от темных глаз начальника.​— Оказывается, там скрывается нечто куда более... впечатляющее, чем рост акций на пять процентов.

​Хёнджин наклонился к самому уху Сынмина, понизив голос до шепота:— Я не буду сообщать об этом в отдел кадров. И я не уволю тебя за неподобающее поведение на рабочем месте.​— Правда? — выдохнул Сынмин, в ком забрезжила надежда.​— Но, — Хёнджин сделал паузу, его губы тронула легкая, почти хищная улыбка. — В качестве компенсации за моральный ущерб моему эстетическому восприятию... ты пойдешь со мной на ужин. Прямо сейчас. И, Сынмин...​Хван коснулся пальцем губ Сынмина.— Больше никаких фотографий для «других». Если тебе так хочется позировать, я куплю тебе лучшую камеру. Но смотреть на результат буду только я.​Сынмин понял, что его идеальная карьера только что сделала очень крутой и крайне двусмысленный поворот.​— Я жду тебя в машине через пять минут, — Хёнджин подмигнул ему, забирая пиджак. — И не забудь отправить настоящий отчет. Хотя, честно говоря, этот мне понравился гораздо больше.​Сынмин остался стоять в пустом кабинете, глядя на экран. Ему определенно предстоял самый длинный и самый странный «рабочий» вечер в его жизни.