Неожиданные сожители

- Теперь ты можешь выйти на улицу и поиграть, Чимин, - улыбнулась воспитательница, вытирая его измазанные в шоколаде губы. - И, милый, будь осторожен, не упади снова и не поранься. Ты же не хочешь, чтобы твоя мама рассердилась, когда придет за тобой?

Она ласково потрепала его по макушке, и Чимин отрицательно помотал головой. Он определенно не хотел, чтобы мама сердилась.

- Я буду хорошо себя вести, - с энтузиазмом кивнул он, горя желанием как можно скорее выйти и поиграть на улице со своими друзьями.

- И пожалуйста, не устраивай драк со старшими альфами, - предупредила она, прежде чем отпустить его, - их сон сегодня прервали, и они немного не в духе.

Чимин посмотрел на нее, обиженно надув губы, он уже устал объяснять, что вчера Хосок-хен подрался с ним, а не наоборот.

- Иди, Чимин, - подтолкнула его воспитательница к двери, и Чимину ничего больше не оставалось, как выскочить наружу, подхватив свой рюкзак, набитый игрушками.

Оказавшись на улице, он тут же поморщился от горячего воздуха. Здесь было намного жарче, чем он ожидал, и игровая площадка была заполнена бегающими и кричащими детьми. Он на мгновение задумался, пытаясь решить, куда же ему пойти и поиграть. У качелей он заметил Юнги и радостно направился к нему.

Его маленькое путешествие было прервано подбежавшим к нему Тэхеном, который, не церемонясь, схватил его за руку и оттащил в песочницу.

- Чимини! Наконец-то, где ты был? – воскликнул маленький омега, усаживая Чимина на песок рядом с собой. - Я уже собирался строить замок без тебя.

Чимин нахмурился. Он не хотел играть в песочнице. На самом деле, ему хотелось поиграть с Юнги на качелях. Он удрученно вздохнул, прежде чем плюхнуться на песок, а тоскливый взгляд устремить на Юнги.

Он изо всех сил пытался сосредоточиться на постройке замка и даже позволил Тэхену использовать своих плюшевых игрушек в качестве стражей крепости. Тэхен о чем-то болтал, но внимание Чимина все время возвращалось к Юнги, который все еще сидел на качелях, играя машинками.

- Чимини! Будь внимательнее! – Тэхен шлепнул его, и Чимин вскрикнул, потирая ушибленную руку.

- Эй! – Чимин сердито взглянул на него, все еще растирая больное место. - Это больно! Зачем ты меня ударил?

- Ты был невнимателен, - невозмутимо пояснил Тэхен, осторожно устанавливая одну из игрушек на левой стороне замка. Он сморщил нос, недовольный тем, как она там смотрится, и, отложив игрушку в сторону, потянулся за плюшевым енотом.

- О, нет, только не эту, пожалуйста! – Чимин выхватил игрушку из рук младшего омеги и крепко прижал к своей груди.

- Почему нет? – нахмурил брови Тэхен и снова попытался дотянуться до игрушки, но Чимин лишь крепче прижал ее к себе.

- Я хочу показать его Юнги-хену, - пробормотал он, с полыхающими от признания щеками, избегая вопросительного взгляда Тэхена. Тэхен растерянно моргнул, а потом расплылся в широкой улыбке и громко захихикал.

- Ооооо, Чимини влюбился в… - начал он, повысив голос, но Чимин, выронив игрушку, рванул к нему, накрыв его рот ладонью, прежде чем он смог закончить фразу и поставить его перед всеми в неловкое положение.

- Заткнись! – прошипел он младшему омеге, все еще не убирая руку. Тэхен кривлялся и что-то бормотал в его ладонь, но Чимин не отпускал до тех пор, пока не убедился, что его друг успокоился.

- Ты влюбился в Юнги-хена? – прошептал Тэхен, когда Чимин, наконец, вернулся на свое место.

Чимин отвернулся, его щеки все еще ярко горели, и, подняв игрушку, положил ее себе на колени. Он нервно теребил ее какое-то время, прежде чем оглянуться на Тэхена, который уже полностью забыл о своем замке и сосредоточился на Чимине.

- Нет, - солгал он, вцепляясь крошечными пальчиками в енота. - Это не так, правда.

Тэхен фыркнул и протянул руку:

- Хорошо. Тогда отдай мне игрушку.

- Нет.

- Видишь? – усмехнулся Тэхен. – Тебе нравится Юнги-хен. И я знаю, что еноты - его любимые животные.

- Откуда ты знаешь!? – слишком громко вскрикнул Чимин, и, почувствовав, как на звук обернулись почти все, кто находился на площадке, понизил голос. – Как ты узнал? Он тебе сказал?

- Нет, - покачал головой Тэхен и отвернулся, чтобы зачерпнуть песок желтой пластиковой лопаткой. – На днях Хоби-хен дразнил его из-за этого во время обеда.

- Хоби-хен злой.

- Он не злой, Чимини, - закатил глаза младший омега. - Он прав, еноты странные.

Чимин хотел возразить, но увидел, как Юнги поднялся с качелей и пошел туда, где дети играли в вышибалы. Он решил проигнорировать ехидный комментарий Тэхена и вместо этого вскочил на ноги, отряхивая от песка свои шорты и игрушку. Он показал омеге язык и направился к старшему альфе, крепко сжимая в руках енота.

Юнги был на два года старше Чимина, и в следующем году ему исполнится семь лет, а это значит, что Чимин не сможет видеться с ним так часто, когда он с осени пойдет в школу, и это очень огорчало мальчика.

Он неловко подошел к выкрашенной в красный цвет скамейке, где в одиночестве со своими машинками сидел Юнги, наблюдая за напряженной игрой в вышибалы между альфами его группы.

- А ты не будешь играть? – спросил Чимин, плюхаясь на лавочку рядом с Юнги, и осторожно пристраивая около себя енота.

Обычно от Юнги пахло кофе, и этот аромат напоминал Чимину утра, которые он проводил на кухне с родителями, ожидая, когда они соберутся и отвезут его в детский сад. Он вызывал чувство дома, безопасности и уюта, и Чимину это нравилось. Но сегодня запах альфы немного приглушен, и вместо того, чтобы быть теплым и приятным, как обычно, в нем присутствовал горьковатый оттенок.

- Привет, Чимини, - отозвался Юнги, не отрывая взгляда от игроков. – Неа, я болен.

Юнги сморщил нос, и быстро прикрыв рот рукой, звонко чихнув. Нос альфы покраснел, глаза слезились, – Чимин надеялся, что его хен скоро будет чувствовать себя лучше. Юнги вытер лицо рукавом кофты и повернулся к Чимину, счастливо улыбнувшись.

Сердечко Чимина слегка дрогнуло, и он, покраснев, опустил взгляд на свои колени, нервно перебирая пальцы. Он посмотрел на лежащую рядом с ним игрушку и взял ее в свои пухлые ручки.

- Эй, Юнги-хен? – позвал он тонким голоском, ожидая пока Юнги, снова обратит на него внимание.

- Да, Чимини?

- Смотри, - он осторожно протянул Юнги енота.

Чимин был осторожен, чтобы не оставить на нем свой запах, так как его мама сказала, что, если он хочет поделиться своими игрушками с другими детьми, они не должны пахнуть так же, как и он. Есть границы, которые переступать не следует, – поучала она.

Юнги широко распахнул глаза, когда взял енота и повертел в руках, внимательно изучая.

- Вау! Он клевый! – воскликнул альфа, прежде чем прикрыть рот рукой и еще раз чихнуть.

- Тебе нравится? – просиял Чимин, восторженно хлопая в ладоши. - Я сам его выбирал.

- Знаешь, я люблю енотов, - серьезно сказал Юнги, шмыгая носом. - Они такие крутые. Не многим они нравятся, но я думаю, что они классные. Мой папа сказал, что они очень умные.

Чимин с энтузиазмом кивнул. Ему тоже нравятся еноты. Они милые, и они любимцы Юнги, как их не любить?

- Хочешь поиграть с ним? – предложил Чимин, взбудоражено болтая ногами в воздухе и указывая на енота в руках Юнги.

- Правда? Можно? – спросил Юнги, прижимая игрушку к груди.

- Да, конечно! – воскликнул Чимин, и Юнги улыбнулся ему, снова чихая.

- Может, и не стоит, - прогнусавил альфа, вытирая нос уже мокрым рукавом, - я болею. Мама с папой, наверное, отвезут меня к врачам. Мама сказала, что сегодня мне вообще лучше не трогать чужие игрушки.

Лицо Чимина расстроено вытянулось, наблюдая, как старший кладет игрушку обратно на скамью, а потом сам взял ее и расположил на коленях. Юнги продолжал смотреть на игру в вышибалы, а Чимин нервно покусывал нижнюю губу. Ему было немного грустно, что Юнги не взял его игрушку, но он быстро решил не принимать «нет» за ответ.

- Хен, у меня идея, - он сделал паузу, подождав пока альфа вновь повернется к нему. – Как насчет того, чтобы ты взял его с собой домой на выходные?

Глаза Юнги удивленно распахнулись, и Чимин снова протянул игрушку альфе.

- Вот, возьми его.

- Правда? – все еще колебался Юнги. Он перестал болтать ногами, внимательно изучая лицо Чимина, пытаясь понять, не шутит ли он.

- Да, хен! Это поможет быстрее тебе выздороветь, - уверил его омега, подбадривая взять игрушку. - Я даже не оставил на ней своего запаха, - гордо добавил он. Юнги все же взял игрушку и прижал к груди.

- Спасибо, Чимини, - Юнги какое-то время смотрел на Чимина, бережно удерживая игрушку. - Я хорошо позабочусь о нем, обещаю.

Они сидели на скамейке, наблюдая, как их друзья играли, и почти не разговаривали. Но Чимин был счастлив видеть, как альфа не отпускает енота, крепко прижимая к себе. Это вызывало у Чимина чувство комфорта, и он не мог не надеяться, что Юнги может случайно оставить свой запах на игрушке, пока она будет под его опекой.

Как только игра в вышибалы закончилась, Юнги предложил Чимину несколько своих машинок, и некоторое время они играли вместе, пока не пришли родители, чтобы забрать их по домам.

Первой пришла мама Юнги, и он показал ей енота, которого Чимин дал ему на время. Она ярко улыбнулась Чимину, взъерошив его волосы, а Чимин расплылся в радостной улыбке в ответ.

- Почему бы тебе не обнять Чимина в знак благодарности? – проворковала она своему сыну, отряхивая пыль с его одежды. – Только быстро, хм? Мы же не хотим, чтобы Чимин заболел.

Юнги сморщил нос, потом снова чихнул и покачал головой.

- Я пойду за твоими вещами, хорошо? – она погладила Юнги по макушке, и, прежде чем уйти, предложила. - Ты можешь пока попрощаться и поблагодарить Чимина, я буду внутри. Папа ждет нас в машине, так что мы отвезем тебя к доктору.

Чимин наблюдал, как Юнги завязывает шнурок на ботинке, и нервно ерзал, ожидая, когда альфа выпрямится. Он действительно хочет обнять своего хена.

- Она такая… - начал было Юнги, но взволнованный и хихикающий Чимин уже вторгся в его личное пространство, обвивая крошечными ручками шею альфы. Он очень осторожен, чтобы не уткнуть носом в его железу.

- Фу, Чимини! – Юнги оттолкнул его, чихая в который раз. – Отвали! Чимин вздрогнул и отшатнулся назад, широко распахнув глаза от внезапной вспышки недовольства альфы.

- Зачем ты это сделал? – поморщился Юнги, щипая себя за нос. – Ты воняешь, Чимини!

- Нет, это не так! – проскулил Чимин, его нижняя губа задрожала, а глаза наполнились слезами, но до того как он успел что-то добавить, мама Юнги позвала его.

Юнги все еще морщился и слегка покашливал, когда поднял плюшевого енота и обнял его.

- Да, это так, - бросил альфа, прежде чем повернулся и поспешил к матери. - Прими ванну или что-то в этом роде.

Маленькое сердечко Чимина разрывалось от боли, он вытер проступившую на глазах влагу и вернулся на скамейку в полном одиночестве. Вскоре по его пухлым щекам потекли слезы, а с губ сорвалось тихое всхлипывание.

В этот момент Чимин точно не понимал, что он чувствует, но точно знал, что не хочет, чтобы подобное повторилось.

***

Время уже переваливает за полдень, когда Чимин скатывается с кровати, массируя затылок и одновременно с этим разминая шею. Он чувствует себя разбитым и сам удивлен, что вообще может двигаться. Прошлая ночь была довольно бурной даже по его меркам, и тот факт, что выходные только начались, а он уже чувствует себя готовым покинуть этот бренный мир, на самом деле, не был тем результатом, на который он надеялся.

Чимин все еще был одет во вчерашнюю одежду, всю измятую и противно липнущую к телу, пропитанную потом и напитками, пролитыми на него ночью. Он, пошатываясь, выполз в гостиную, где, обнявшись, развалились на диване Тэхен с Хосоком, которые бросали на него весьма красноречивые взгляды.

Чимин кивнул, отмахнувшись от них, давая понять, что он сейчас не в настроении разговаривать, хотя бы до того момента пока не получит свою утреннюю (или, в данном случае, послеобеденную) дозу кофеина. Он понимал, что ему нужно принять душ, а также выпить свои подавители, о которых он так безответственно забыл накануне, а это означает, что двойная доза препарата, которую он примет сегодня, будет влиять на него в течение всей следующей недели, и он, вероятно, будет более капризным, чем обычно. Просто блеск.

Проглотив подавители, он принимает душ и чувствует себя намного лучше после. Шея все еще болит, но горячая вода помогла расслабить мышцы, и он прикинул, что к завтрашнему дню он будет как новенький. Он делает себе самый крепкий черный кофе, какой только может выпить и возвращается в гостиную, присоединяясь к Тэхену и Хосоку.

Чимин падает в кресло рядом с диваном, закидывает ноги на кофейный столик, и, глядя на обнимающуюся парочку, делает большой глоток кофе.

- От тебя несет, - поднимает он брови на Тэхена. Тот закатывает глаза, продолжая переключать каналы.

- Да, - отзывается он. – У меня течка через три дня.

От этой новости Чимин хмурится. Он почти уверен, что течка у Тэхена была не так давно, но почему-то он не может вспомнить, когда именно. Он ставит кружку на стол рядом с собой, сморщив нос.

- А разве она у тебя не была совсем недавно?

Тэхен отрицательно мотает головой:

- Нет, она была три месяца назад. Так что все вовремя.

Чимин поджимает губы, прищурившись. Правда? Неужели прошло уже три месяца?

- Итак, Чимини, ты знаешь правила, - Хосок вытягивает из-под Тэхена руку, прикрывая зевок. – Ты должен перекантоваться у Гука.

Чимин глубоко вздыхает. Течка Тэхена совершенно вылетела у него из головы, и у него не было времени, чтобы предупредить Чонгука. Он вытаскивает телефон и отправляет альфе сообщение, спрашивая, можно ли завалиться к нему на время течки Тэхена.

Обычно он оставался у Чонгука на время цикла младшего омеги, и это было всегда приятной заменой. У альфы было довольно гибкое расписание, так как он специализировался на анимации; и занятия у него проходили днем, тогда как у Чимина по вечерам, так что они практически не пересекались. Кроме того, Чонгук был одним из его лучших друзей еще со школы, он любил младшего альфу и его омегу как братьев.

Как только он допивает свою первую за день кружку кофе, приходит ответ от Чонгука, – он понимает ситуацию, но сам он уехал навестить семью в Пусан и вернется, скорее всего, только после того, как течка Тэхена закончится.

- Черт, - глухо выругивается он, и Тэхен с Хосоком вопросительно смотрят на него с дивана. – Гук уехал навестить семью в Пусан на все весенние каникулы.

Он запихивает телефон обратно в карман, раздраженно массируя виски, – во-первых, потому что от Тэхена действительно несет усилившимся запахом, а также феромонами, которые высвобождает Хосок в ответ своей паре, а во-вторых, потому что время его цикла полностью выветрилась из головы Чимина, и теперь у него есть три дня, чтобы найти место, где он может пожить некоторое время.

Он знает, что не может остаться у Намджуна, потому как в квартире старшего омеги элементарно нет места, и он действительно опасается попроситься к кому-нибудь из своих однокурсников, так как он чрезвычайно чувствителен к запахам. Будь то альфа или омега, он не выносит чужие непривычные запахи, особенно, когда обстоятельства вынуждают спать в чьей-то постели.

- Ох, черт, - бормочет Хосок и после паузы добавляет. - Ну, ты всегда можешь остановиться у меня?

Чимин посмотрел на него как на сумасшедшего.

- Неужели? – фыркает он. – И целую неделю делить квартиру с Юнги-хеном? Нет, не думаю.

Хосок усмехается, выпутываясь из объятий Тэхена. Омега тут же скулит, потянувшись за своим альфой, но Хосок уже поднялся на ноги и направился в кухню.

- Почему нет? Комната Юнги находится в совершенно противоположной стороне квартиры, даже дальше, чем твоя и Тэ, - кричит Хосок, закопавшись с головой в холодильник. – Кроме того, он большую часть дня и вечера проводит вне дома. И он не создает шума.

- Я не буду жить с ним, - чуть раздраженно сжимает кулаки Чимин. - Я что-нибудь придумаю.

- Как хочешь, - жмет плечами Хосок, возвращаясь с двумя бутылками воды. – Но дай мне знать, если ты все же передумаешь.

—

Как бы он не был полон решимости найти место, где бы он мог пожить неделю, Чимин исчерпал все свои возможности. Он даже спросил самую надоедливую девушку омегу из его мультимедийного класса, но, так же как и все, она уезжала на весенние каникулы, и Чимин действительно страшится спросить у Хосока, может ли он все еще остаться в их с Юнги квартире.

Он бы и сам вернулся домой к родителям, но у него были дополнительные контрольные сочинения, которые он должен был закончить на каникулах, и он вряд ли что-нибудь успеет, если вернется домой к своей раздражающей семье, у которой чувство личного пространства отсутствует как класс.

- О, хорошо, что ты здесь, - выдыхает Чимин, зайдя в свою квартиру, и увидев Хосока, смотрящего телевизор в гостиной. – Где Тэ?

- Спит, - отвечает Хосок и двигается, освобождая место на диване рядом с собой. – Думаю течка начнется раньше.

Чимин кивает.

- Я тоже так думаю, - соглашается он, понимая, что должен задать неизбежный вопрос. - Я все еще могу пожить у тебя?

Он правда, правда не хочет делить квартиру (или что-либо еще, раз уж на то пошло) с Мин Юнги, особенно в течение длительного периода времени, но, в данный момент, у него действительно не было выбора. Течка Тэхена, с большой вероятностью, начнется сегодня вечером, и он нервничает и беспокоится, зная, что омега может проснуться в любую минуту и начать шипеть на него за то, что он слишком близко к его альфе.

- Да, я сейчас же напишу Юнги, - тут же вскидывается Хосок, доставая телефон и посылая сообщение своему соседу. – Ты можешь пока пойти собрать вещи, Юнги быстро отвечает, и я, вроде как, уже предупреждал его.

- Я, правда, чертовски боюсь этого, - бормочет Чимин, вставая с дивана и направляясь в свою комнату. – Мы с ним не очень-то ладим.

- Ты хочешь сказать, что это ты с ним не ладишь, - поправляет его Хосок. – Потому что он всегда был мил с тобой, по крайней мере, когда я был рядом. Я не понимаю, в чем твоя проблема с ним, но…

- Он просто придурок, окей? – почти шипит Чимин на альфу, уходя в свою комнату, собирать вещи.

- Как скажешь, - слышит он смешок Хосока, прежде чем захлопнуть за собой дверь.

—

Прежде чем Чимин успевает воспользоваться ключами Хосока, чтобы отпереть квартиру, замок щелкает, дверь широко открывается, и он оказывается лицом к лицу с черноволосым альфой с темным острым взглядом и губами, сжатыми в твердую линию. Они встречаются взглядами, и Чимин сразу же ощущает запах Юнги, – сильный аромат кофе, переплетенный с легкими нотками кардамона. Он прерывисто вздыхает, и его желудок совершает кульбит от знакомого, манящего запаха альфы. У Чимина было не так уж много возможностей ощутить его, особенно в последние несколько лет, но почему-то этот аромат всегда оставался теплым, вызывающим ощущение дома и чувство умиротворения. Все это заставляет Чимина желать уткнуться носом в изгиб шеи Юнги, желать быть как можно ближе к альфе, желать обнажить свою шею в знак подчинения.

И он не делает ничего из вышеперечисленного. Вместо этого он подхватывает свою сумку, намереваясь как можно скорее убраться с глаз альфы.

- Хей, Чимин, - Юнги отступает в сторону, пропуская его. – Прошло уже несколько месяцев.

- Привет. Семестр был напряженным, - небрежно пожимает плечами Чимин, поправляя сумку и проходя мимо Юнги в узкий коридор.

- Сожалею, за Тэ. Надеюсь, ты не против, остаться здесь, я знаю, что это не идеально, но я постараюсь… - начал альфа тихим голосом, нервно потирая затылок, но омега прервал его.

- Послушай, - перебивает его Чимин, делая глубокий вдох. – Мы действительно не должны этого делать.

Юнги моргает.

- Делать что? – переспрашивает он сощурившись.

- Притворяться, что нам не все равно друг на друга, - поясняет Чимин, бросая на пол сумку и складывая руки на груди, пытаясь предстать перед альфой в самой независимой позе. – Мне плевать, и я чертовски уверен, что тебе тоже. Я очень благодарен тебе за то, что позволил мне остаться, и я знаю, что это просто необходимость, так что давай сделаем все возможное, чтобы не мешать друг другу, хорошо?

Выдает он, и Юнги некоторое время просто пялится на него, прежде чем низкий смешок вырывается из его горла, и альфа внезапно выглядит весьма позабавленным.

- Хорошо, звучит неплохо, - соглашается он, и Чимин снова поднимает свою сумку, направляясь к спальне Хосока, и самая крошечная его часть недовольна ответом Юнги. – Однако ты будешь спать в моей комнате, а я пока займу спальню Хосока.

Чимин замирает, положив ладонь на ручку двери, и оглядывается на альфу через плечо. Он не уверен, правильно ли он расслышал или ему померещилось. Он, надеется, что альфа шутит, но игривая ухмылка на лице Юнги никак не помогает определить это в точности.

- Ты шутишь, правда?

- Отнюдь, - губы Юнги все еще изогнуты в улыбке. – Ты не будешь спать в постели связанного альфы. Тэхен взбесится, как только почует запах другого омеги на простынях своего альфы, даже если это его лучший друг.

Юнги, естественно, больше не выглядит так, будто шутит, а сердце Чимина готово выпрыгнуть из груди. Он надеялся найти убежище в комнате Хосока, надеялся, что сильный аромат корицы пересилит и оградит его от вездесущего запаха Юнги, которым была пропитана квартира.

Чимин шумно выдыхает, стоя посреди коридора и не смея шелохнуться, словно олень в свете фар. Будто он ждет, что альфа сейчас разразится смехом и превратит все в шутку. Но Юнги просто указывает на дверь своей спальни, и Чимин, судорожно сглотнув, кивает, уходя в противоположную сторону квартиры.

Оказавшись внутри комнаты, Чимин понимает, что у него дрожат ноги. Он прислоняется спиной к двери и сползает по ней вниз, пока не усаживается на пол, притянув колени к груди. Он глубоко вздыхает и закрывает лицо руками, в неверии качая головой. Он молится всем богам, чтобы альфа не учуял горький привкус его запаха, надеясь, что он достаточно неприятен, чтобы Юнги ничего не заметил, и делает все возможное, чтобы успокоиться. Кроме того, Юнги более чем ясно высказал свое отношение к запаху Чимина еще в раннем детстве.

Он оглядывает комнату, вбирая в себя обстановку. Довольно просторная – большая кровать заправленная темно-бордовым постельным бельем, темно-серые стены с черными полками, тянущимися до самого изгиба стены. Полки заполнены книгами, компакт-дисками, и, что удивительно, множеством мягких игрушек.

Чимин не из тех людей, кто мыслит стереотипно, но он действительно не ожидал увидеть у альфы две полки забитые плюшевыми игрушками. Он никогда не был в комнате Юнги, вдруг понимает он, и он точно не знал, чего ожидал, но мягкие игрушки, вряд ли были в списке.

Чимин поднимается на ноги, продолжая осмотр. Комната довольно аккуратная, но если Чимин и останется здесь, то явно ненадолго. Однако вместо того, чтобы сосредоточиться на потенциальной проблеме того, что Юнги может разозлиться на него за беспорядок в комнате, Чимин подходит к кровати и распахивает большое окно расположенное прямо над ней. Запах Юнги витает повсюду, – он впитался в стены, в письменный стол, в простыни, ковер, во все. Если он все же собирается здесь спать, то он должен хоть немного уменьшить концентрацию запаха. Еще раз взглянув на кровать и почувствовав успокаивающий аромат кофе и кардамона, забивающий ноздри, Чимин вынужден бороться со своей внутренней омегой, подначивающей его начать гнездиться прямо здесь и сейчас. Он встряхивает головой, отмахиваясь от желания пойти на поводу инстинктов, и высовывается в окно, пытаясь вдохнуть как можно больше свежего воздуха.

К своему большому неудовольствию он понимает, что большую часть времени он будет проводить в гостиной, где стойкий аромат Юнги смешивался с запахом Хосока, и делал его, по крайней мере, терпимым.

Он делает еще один глубокий вздох и ложится на пол, собираясь с мыслями в попытке сдержать свои порывы. Это будет долгая неделя, а ведь он пробыл в квартире меньше часа. Честно говоря, нахуй Тэхена и его гребаную течку.

—

Как только Чимин набирается смелости выйти из комнаты Юнги, он понимает, что альфы нет в квартире. Он облегченно выдыхает, и, пройдя в гостиную, устраивается на диване, схватив пульт от телевизора. Он заворачивается в плед, аккуратно лежащий на подлокотнике, и включает фильм, который уже видел, по меньшей мере, раз пять. Плед тоже немного пахнет Юнги, но, скорее, комфортно, чем подавляюще. Чимин зарывается в него носом, ровно дыша, – волна спокойствия накрывает его, веки тяжелеют, и он не замечает, как проваливается в сон.

Будит его трель дверного звонка, и он резко подскакивает от неожиданно громкого звука. Он лишь на мгновение теряет ориентир, но тут же встряхивается и идет к двери, а открыв, обнаруживает на пороге Юнги.

- Я забыл ключи, - поясняет альфа, проходя мимо него. – Я не был уверен, в наушниках ли ты или что-то еще. Моя комната немного уединенная, и я не всегда слышу дверной звонок.

- Все в порядке, я смотрел телевизор в гостиной. Юнги останавливается, глядя на скомканный плед на диване, и дразняще ухмыляется.

- И помечал мое одеяло, как понимаю.

У Чимина все внутри скручивается, и он физически ощущает, как заполыхали щеки от слов, слетевших с губ Юнги. Альфа выглядит развлекающимся ситуацией, и это заставляет яркий румянец разлиться и по шее, оставляя за собой ощущение полного унижения.

- Я… я не… - заикаясь бормочет Чимин, отворачиваясь от Юнги, чувствуя как жар смущения растекается по всему телу, когда он подходит к дивану и берет с него плед. Он действительно теперь пахнет им, но Чимин мог бы поклясться, что не так уж и часто терся об него. – Я… я его постираю.

Юнги снимает свою кожанку и бросает ее на диван, глядя на Чимина, который сидит на краешке кресла у кофейного столика, нервно скрестив ноги. Чимин торопится сложить плед, чтобы как можно скорее добраться до ванной. Он никак не мог знать, что плед принадлежит именно Юнги, когда эта чертова штука пахла и Хосоком.

- Чимин.

Чимин на мгновение замирает, но альфа за его спиной молчит, и он продолжает складывать плед, буквально валящийся из рук. Он чувствует взгляд Юнги на своей шее, и его запах заставляет Чимини так сильно нервничать, что он просто сдается, перекидывает плед через плечо, и отправляется в ванную.

- Чимин, - зовет его снова альфа, и в этот раз его голос звучит тверже.

Чимин оборачивается и встречается взглядом с Юнги, который чуть склонился вперед, упершись локтями в бедра.

- Что? – хлопает ресницами он.

- Что ты делаешь?

- Иду стирать плед?

Юнги щурится, разглядывая его с искренним недоумением.

- Зачем?

- Потому что я оставил на нем свой запах, а плед твой?

Юнги откидывается на спинку дивана, негромко рассмеявшись, и Чимин внезапно забывает, что он унижен; на самом деле, он раздражен поведением альфы, который, откинув голову назад, коротко посмеивался, а его пахучие железы обнажились, и Чимин в этот момент ничего не хочет больше, чем уткнуться в них носом.

- Тебе не нужно стирать плед, Чимин, - отсмеявшись, говорит Юнги, вытягивая руки над головой и потягиваясь. – Честно говоря, это не так уж и важно. Мы будем делить квартиру неделю, и ты можешь пользоваться всем, чем захочешь. Меня все равно не бывает дома по вечерам, так что будешь здесь один. Только не приводи сюда людей, которых я не знаю, не предупредив меня. Договорились?

Чимин некоторое время изучает черты лица Юнги. Его темные глаза, острый подбородок и высокие скулы составляют полный контраст с мягкими щеками и губами, – и все же они придают его лицу идеальный баланс и завершенность. Он почти не изменился с тех пор, как был ребенком, подумал Чимин. Его черты приобрели мужественность, запах – остроту и все это вместе взятое держало Чимина в тонусе, – и даже несмотря на то, что он ненавидел это ощущение, он не мог его отрицать.

На протяжении многих лет было довольно легко избегать альфу, – он на два года старше, и когда они оба выросли, хоть и ходили в одну школу и имели почти один и тот же круг друзей, Чимин умудрялся не пересекаться с альфой слишком часто, и они никогда не были близки.

Но, как только Тэхен начал встречаться с Хосоком в первом классе старшей школы, ему стало несколько трудней, но он всегда ухитрялся держаться на безопасном от Юнги расстоянии. Тем не менее, он постоянно чувствовал себя неловко рядом с альфой, потому что его собственный запах был чем-то, что он абсолютно не контролировал, но слова Юнги преследовали, и он всегда сильно смущался и робел в присутствии альфы.

Сейчас Чимин знал, что его запах нравился большинству альф. У него никогда не было проблем с привлечением внимания, и он знал какой эффект производил на них. Просто рядом с этим конкретным альфой Чимин чувствовал себя настолько хрупким и неуверенным в себе, и он ненавидел его за это.

- Чимин? – Чимин резко выныривает из своих мыслей и бросает многострадальный плед обратно на подлокотник.

- Хах? Да, договорились, - рассеяно отвечает он, глядя на слегка надутые губы Юнги. – Я тоже не привожу чужих в нашу с Тэ квартиру.

- Отлично, - кивает Юнги, вставая с дивана. - Я понимаю, что пребывание с альфой, с которым ты не особо близок, может быть неудобным. Я чую от тебя горькость. Но мы знаем друг друга с детства, так что нет необходимости доводить все до неловкости.

Чимин вздрагивает от этих слов. Значит, Юнги все же почуял в нем аромат горечи. Не то, чтобы он был особенно удивлен, так как никогда по-настоящему не умел контролировать свои феромоны, но его щеки все еще пылали от этого заявления.

Чимин смущенно коротко кивает альфе. Они замирают в неловкой тишине посреди гостиной, пока Юнги, прочистив горло, не извиняется, удаляясь в комнату Хосока. Как только дверь за альфой закрывается, здравомыслие возвращается к Чимину, и он молниеносно скрывается в спальне Юнги. Он бросается лицом вниз на кровать, вдыхая глубокий запах кофе, который уже начал откладываться в сенсорной памяти как что-то родное. Боже, иногда он действительно ненавидит свою внутреннюю омегу.

Он в отчаянии стонет, и, скатившись с кровати, подтягивает к себе сумку, доставая ноутбук. Он и правда, должен сосредоточиться на всех дополнительных заданиях, которые ему нужно сдать для трех разных курсов, а не вести себя как чудак рядом с одним конкретным альфой.

Однако работа идет не так хорошо как хотел Чимин. Он ерзает на кровати с ноутбуком на бедрах, и его взгляд то и дело падает на подушки, которые лежат как-то очень неправильно. Он откладывает лэптоп и встает так, чтобы окинуть их взглядом. Подушек оказывается по меньшей мере десять, подмечает Чимин, и одеяло, но все это лежит совершенно неправильно. Он откидывает со лба розовые пряди волос, и начинает поправлять подушки. Он хаотично разбрасывает их до тех пор, пока полностью не будет удовлетворен их расположением, и сосредотачивается на одеяле. Оно пушистое, но лежит слишком ровно на кровати, мелькает мысль. Чимин сгребает одеяло в неряшливый комок и кидает рядом с беспорядком, в которое превратились подушки в углу кровати. Теперь Чимин сталкивается с другой проблемой – кровать слишком пуста. Ему нужны одеяла. Желательно, парочка. Одно из них лежит на другой стороне кровати, и он мог бы использовать его, чтобы укрыться.

Он поднимается на ноги и подходит к небольшому шкафу в углу комнаты, надеясь, что Юнги где-нибудь на полках хранит запасные одеяла. Подтащив от стола стул, Чимин взбирается на него, чтобы заглянуть на верхние полки и, убедившись, что там нет ни одного одеяла, возвращает его на место. Омега внутри него беспокойно ерзает, не давая покоя, и он уже готов проглотить свою гордость, и идти спрашивать у Юнги, где они держат одеяла, но останавливается, как только лучше рассматривает письменный стол и стул.

Стол расположен напротив двери, и не очень хорошо там смотрится. Если бы он мог его чуть-чуть подвинуть поближе к кровати, было бы идеально. Он закусывает нижнюю губу и покусывает ее, пока она не становится болезненно чувствительной. Ему бы действительно не следовало бы устраивать такой беспорядок в комнате Юнги, но он ничего не может с собой поделать.

Он двигает стол к кровати, пыхтя от тяжести. После того, как он ставит его туда, где ему самое место, он пристраивает на место стул. Чимин оглядывается вокруг, замечая, что левая сторона комнаты осталась полностью пустой, за исключением встроенных полок, которые невозможно как-то переставить. Однако он подумывает о том, чтобы в другом порядке расставить мягкие игрушки, но решает, что это уже слишком – даже для него. Бросив еще один взгляд на кровать, Чимин понимает, что не успокоится до тех пор, пока не достанет одеяла, поэтому он, глубоко вздохнув, отправляется в комнату Хосока. Едва он осторожно стучит, как на пороге тут же появляется Юнги с вопросом в глазах.

- Все в порядке? – хмурится он, смущенно потирая затылок, и явно не ожидая сегодня еще одной встречи.

Но у Чимина миссия.

- Все прекрасно, - почти мурлычет он в ответ. – Я просто хотел узнать, где вы храните запасные одеяла.

Чимин даже улыбнулся, возможно, чересчур очаровательно, потому что Юнги выглядит как никогда обескураженно.

- Ум… в шкафу в коридоре, - заминается он на секунду. – Тебе холодно? Я могу настроить кондиционер на более высокую температуру, если нужно…

- О, в этом нет необходимости, - быстро отказывается Чимин. – Мне просто нужны одеяла. Спасибо!

Он бросается к шкафу в прихожей, оставляя позади себя очень смущенного альфу.

Он находит одеяла, его обострившийся нюх мгновенно определяет, какими из них пользовался, в основном, Юнги, и, схватив два, стремительно возвращается в комнату, чтобы закончить обустраивать свое гнездо.

Расположив все так как ему нравится, Чимин сворачивается калачиком под одеялом и удовлетворенно вздыхает. Зуд, который мучал его с момента, как он впервые вошел в комнату альфы, наконец, исчез, и он утыкается носом в простыни, вдыхая теплый запах кофе и кардамона, теперь смешанный с его собственным цветочным ароматом.

По правде говоря, Чимин понятия не имеет, почему он это делает, ведь у него никогда не возникало ни малейшего желания обустраивать гнездо в постели других альф. Однако он не сильно этим заморачивается, для него важно, что он наконец-то счастлив, и что тревожное, дергающее чувство в глубине его естества пропало.

Как только он берет в руки телефон, чтобы отправить Тэхену сообщение и проверить, как у него дела, он понимает, что уже за полночь, и что, вероятно, будет лучше, если он попытается немного поспать.

Он слышит, как в ванной включилась вода и догадывается, что это Юнги. Он еще немного ерзает под одеялом, пока шум работающего душа не стихает, и из звуков остаются едва слышные передвижения альфы.

Дверь ванной хлопает, и он различает приближающие к его комнате шаги. Раздается легкий стук, и Чимини затихает под одеялом.

- Чимин? Ты еще не спишь? Я могу войти? – раздается приглушенный из-за двери голос Юнги, и дыхание Чимина учащается, когда он представляет себе, каким будет выражение лица альфы, когда он войдет и увидит хаос, в который превратилась его комната.

- Да, - пищит он, крепко обхватив руками одеяло, и натянув его до самого подбородка.

Дверь с легким щелчком открывается и на пороге появляется Юнги с еще влажными после душа волосами, одетый в шорты и футболку. Он замирает, как только замечает Чимина под одеялом, и его взгляд проходится по кровати, превращенной в гнездо омеги.

Низкий рокот вырывается из горла альфы, и Чимин чувствует себя в этот момент очень маленьким. Он зажмуривается от смущения, медленно оседающего в животе, крепко сжимая одеяло, пока Юнги оглядывает комнату.

Взгляд Юнги не отрывается от Чимина, казалось, целую вечность, и, омега знает, альфа чует запах унижения, исходящий от него. Он слегка ерзает под одеялом, едва слышно хныча, и это, видимо, приводит альфу в чувство.

Юнги пару раз моргает, приходя в себя, и прочищает горло, неловко потирая затылок.

- Я, эм… Я просто хотел в-взять кое-какую одежду, если ты не п-против, - заикаясь, бормочет он, отводя взгляд от Чимина. - Без проблем, - неестественно высоким голосом откликается Чимин, и хочет провалиться сквозь землю.

Он наблюдает, как альфа слегка нетвердой походкой подходит к шкафу и дрожащими руками достает пару фланелевых брюк, – он видит, как напрягаются мышцы спины под футболкой Юнги, и знает, что они оба прекрасно осознают действия друг друга.

Чимин равномерно дышит, не сводя глаз с альфы, который похоже не торопится с выбором одежды. Вскоре его охватывает волна спокойствия, когда он смотрит, как Юнги ищет свои джинсы. Вздохнув, Чимин еще глубже зарывается в одеяло, расслабляя напряженные мышцы и дыша насыщенным ароматом кофе, окружающим его со всех сторон, чувствуя себя умиротворенным и готовым заснуть.

Его веки тяжелеют с каждой секундой все больше, пока альфа все еще находится в комнате, и последнее, что он видит, прежде чем провалился в сон, – темные глаза Юнги.

—

Он осознает, что находится в ловушке рук Юнги и с тревогой понимает, что пространство между их телами сокращается слишком быстро. Он чует запах возбуждения – своего и альфы, и чувствует, как смазка крупными каплями стекает по задней части бедер. Юнги шумно втягивает воздух и закрывает глаза, медленно склоняясь над Чимином. Дыхание альфы опасно близко к железе Чимина, и омега вздрагивает, когда из него вытекает еще больше смазки.

Его пижамные штаны уже полностью промокли и были неприятно липкими, но альфа дышит у его шеи, заставляя дрожать, – это единственное на чем он может сосредоточиться. Юнги, похоже, без ума от запаха Чимина, он низко рычит и накрывает пахучую железу губами, резко сжимая зубы и прокусывая кожу. Чимин громко стонет, впиваясь пальцами в плечи Юнги, и еще одна волна смазки стекает по бедрам.

Чимин не знает точно, который час, когда просыпается, зато он точно знает, что потирается своим возбуждением о простыни, и что у него явно проблемы с дыханием. Он глухо стонет от накрывшего его волной оргазма, сильно содрогаясь и просыпаясь окончательно. Чимин зарывается лицом в подушки, сдерживая стоны, изливаясь в свое нижнее белье, всхлипывая и скуля, а потом переворачивается на спину, пытаясь выровнять дыхание.

Он понимает, что испачкал все простыни в поте и смазке, и теперь они влажные и неприятные. На мгновение он чувствует раздражение: пижамные штаны прилипли к заднице, простыни пропахли цветочным ароматом, а взглянув на телефон, он осознает, что сейчас только начало четвертого утра.

Чимин прекрасно знает, что если альфа снова зайдет в комнату, он в два счета учует запах исходящий от испачканных простыней, и он благодарен, что Юнги забрал все, что ему нужно, ранее. Он пару минут раздумывает, – не стоит ли ему немедленно постирать простыни, но звук льющейся воды в три часа ночи наверняка разбудит Юнги, а Чимин не готов быть униженным в третий раз за двадцать четыре часа.

Корча гримасы он стаскивает с себя штаны и белье, забросив грязные вещи в сумку, и достает смену. Морща нос от влажных простыней, он прикидывает, действительно ли он снова хочет спать на них, но, учитывая, что выбора у него не было, он забирается обратно в кровать, глубоко вдыхая аромат кофе Юнги, смешанный с его собственным.

Странно довольный, Чимин расслабляется в ворохе подушек и, укутавшись в одеяло, засыпает так же быстро, как и в первый раз.

—

Первое, что делает Чимин утром, – проверяет квартиру на присутствие альфы. К несчастью для него, это так, и по тому, как дергается нос альфы, стоит Чимину войти, омега понимает, что он почуял на нем еще оставшийся запах возбуждения с прошлой ночи. Однако он ничего не говорит, поэтому Чимин чувствует себя менее расстроенным, спокойно готовя свой утренний кофе.

Он вежливо предлагает приготовить напиток и для Юнги, на что альфа соглашается, и вскоре они сидят за обеденным столом, неловко попивая кофе.

- Ты в порядке? Хорошо спал? – нарушает тишину Юнги, подпирая подбородок рукой.

- Да, с чего бы нет? – откликается Чимин, откидывая волосы со лба.

Он слегка ерзает на стуле, чувствуя, как тепло растекается внизу живота и пояснице, но на этот раз он решительно был настроен сохранить хладнокровие. Чимин изо всех сил старается избежать зрительного контакта: при каждом взгляде на альфу, перед его мысленным взором вспыхивали образы из вчерашнего сна, и он практически ощущал губы альфы на своей шее.

Юнги изучает его лицо, но Чимин, в меру своих возможностей, старается сохранить позу спокойной и собранной. Он замечает, как ноздри Юнги раздуваются, и напрягается челюсть. Глаза альфы напряженно сужаются, и Чимин почти дрожит под пронзительным взглядом.

Чимин украдкой наблюдает, как Юнги откидывается на спинку стула, закинув ногу на ногу, и берет кружку с кофе. Чимин никогда раньше не обращал внимания на его руки – большие и четко очерченные – может быть, даже немного грубоватые, пальцы длинные и тонкие, но что-то в бледности кожи делает их мягче, чем они кажутся на первый взгляд.

- Я просто спросил, - прерывает молчание Юнги, и Чимин резко встряхивается от своих мыслей, и, спохватившись, отводит взгляд от рук альфы. – Похоже, ты хорошо выспался. Сбитый с толку Чимин, хлопает ресницами, прежде чем видит, на лице альфы ухмылку. Его легкое смущение быстро превращается в расстройство, и он смеряет альфу взглядом, который уже беззвучно смеялся, показывая десны и подрагивая плечами.

- Ты такой придурок, - поднимаясь из-за стола, невнятно бормочет Чимин, сверкнув на альфу разочарованным взглядом.

Ухмылка тут же исчезает с лица Юнги, и он поджимает губы.

- Что? - невинно переспрашивает он. – Я просто сказал, что ты выглядишь хорошо отдохнувшим. Это был комплимент.

Чимин фыркает, растерянный тем, как альфа неприкрыто издевается над ним. Он пытается разглядеть что-нибудь еще помимо насмешки, но Юнги, похоже, только забавляется. В конечном итоге, он со вздохом берет свой кофе и уходит обратно в комнату, мучительно осознавая, что ему придется тайком пробираться в ванную, чтобы постирать простыни.

Он нервно расхаживает по комнате, то и дело прижимаясь ухом к двери, пытаясь определить, покинул ли альфа квартиру. Как только он практически уверен, что слышит, как хлопнула входная дверь, он выбирается из комнаты, дрожащим голосом зовя:

- Юнги-хен?

К счастью, отвечает ему тишина, поэтому он проходит дальше и уже более уверенно, твердо и громко, зовет Юнги. Квартира по-прежнему остается безмолвной, и Чимин быстро сгребает простынь с кровати, морщась от вида большого липкого пятна, расплывшегося под ним. Он не очень-то рад, когда понимает, что его смазка впиталась и в матрас, но в приоритете у него простыни.

Он, конечно, смущен, но не собирается терпеть дерьмо от любого альфы. Он прекрасно осознает, что его омега просто визжит в восторге от того факта, что комната наполнена их смешанным запахом, и что он чувствует себя гораздо более довольным, чем ему хотелось бы. И все же он собирается не поддаваться своим инстинктам, как бы хорошо не пах альфа. Да он просто придурок, черт возьми.

Чимин как можно тщательнее стирает простыни и оставляет их сохнуть на балконе комнаты Юнги. Ему повезло, что сейчас хотя бы весна, и на улице довольно тепло, и если все сложится удачно, то через несколько часов они высохнут. Следующие несколько часов он посвящает работе над своими учебными заданиями, решив сделать как можно больше, прежде чем альфа вернется и отвлечет его своим присутствием.

—

Где-то около полудня, наконец, звонит Тэхен, и Чимин счастлив слышать своего лучшего друга.

- Привет, Тэ, - здоровается он, продолжая писать реферат, прижав телефон к уху плечом. – Как ты?

- Ментально устал от узла двадцать четыре часа в сутки, но Хосок очень хорошо меня наполнил, - Чимин практически видит глуповатую улыбку Тэхена. – Как сам поживаешь? Вы еще не убили друг друга?

Чимин фыркает, закатив глаза. Временами Тэхен действительно был более чем отвратительным.

- Нет, - отвечает он. - Но у меня большие проблемы. Хосок там?

- Нет, - заверяет его Тэхен. – Он пошел приготовить что-нибудь, прежде чем пробка в моей заднице перестанет удовлетворять меня, и я снова начну скулить, так что у тебя около десяти минут. Что случилось?

- Все чертов Юнги, Тэ. Он занял комнату Хосока, а я сплю в его спальне. Его запах, он, блять, повсюду, и это сводит меня с ума, - на секунду он останавливается, чтобы сделать глубокий вдох, прежде чем рассказать Тэхену самую смущающую часть. – И прошлой ночью у меня был чертов мокрый сон с ним в главной роли, Тэ. Я, что, блять, двенадцатилетка? Я перепачкал все простыни смазкой, и, как будто этого было мало, она впиталась в матрас.

- Блядь, Чимин, - выдыхает Тэ. – Все настолько плохо, да?

- Да, а сколько прошло? День? – он сокрушенно вздыхает, перекладывая телефон к другому уху, откинувшись на спинку стула и разминая свободную руку. – Я просто рехнусь.

- Он ничего не сказал? Он должен был учуять запах.

Чимин крепко зажмуривается, потирая щеку, чувствуя смущение, как только вспоминает ухмылку Юнги.

- Он сказал, что я выгляжу хорошо отдохнувшим, или что-то вроде того, - хмыкает Чимин. – В основном издевался надо мной, как будто мне нужно напоминать, что для него я чертовски воняю.

Тэхен хихикает на другом конце связи, и Чимин слышит, как смех его друга превращается в слабый всхлип.

- Блядь, снова начинается. Где же мой идиот альфа, и почему он так долго не возвращается? Хосок! Мне снова нужен узел, поторопись! – он выдыхает в динамик телефона и негромко хнычет, прежде чем вернуться к разговору с Чимином. – В любом случае, Чимин, ты уверен, что это действительно так? Боже, не хотелось бы мне оказаться на твоем месте. Это уже за гранью дискомфорта.

- Да забей. Я разберусь с этим, - пожимает он плечами. – Я постирал простыни, так что улики уничтожены. Как только я проветрю матрас и застелю чистым бельем, он и не узнает о масштабах. Есть возможность, что он думает, что я мог просто дрочить на порно или что-то в этом плане.

Тэхен приглушенно скулит, и Чимин быстро сворачивает разговор, сказав ему, чтобы не волновался почем зря, ел побольше и отдыхал. И напомнил, чтобы пил достаточно воды, прежде чем Тэхен, заверив его, что скоро снова позвонит, сбросил звонок.

Чувствуя себя немного лучше, после того как высказал свое разочарование, Чимин вернулся к работе. Он сделал небольшой перерыв на обед и даже не заметил, когда альфа вернулся домой.

—

Он шел перекусить, когда понял, что Юнги уже вернулся, а из ванной доносятся странные звуки. Дверь туда была приоткрыта, и из любопытства он подошел ближе.

Чимин едва сдерживает веселое фырканье при виде открывшегося зрелища. Альфа склонившись над раковиной, держит в руке осветлитель для волос, и, нахмурив брови, пытается понять инструкцию, напечатанную на флаконе. Повсюду разбрызгана краска для волос, а половина темной шевелюры Юнги уже стала рыжей.

- Что ты делаешь? – Чимин не может сдержать смеха от беспомощного вида альфы, замершего посреди ванной.

Юнги вздрагивает от неожиданности и едва не подпрыгивает, оборачиваясь, чтобы увидеть Чимина, прислонившегося плечом к дверному косяку. На щеках у него проступают розовые пятна румянца, а выглядит он слегка смущенным, и Чимин ощущает толику радости, поменявшись на этот раз ролями. Юнги по привычке трет затылок, но, тут же вскрикнув, отдергивает руку, понимая, что испачкал перчатку в осветлителе.

- У тебя сейчас волосы выпадут, ты все делаешь неправильно, - Чимин внезапно забывает о своей мнимой раздражительности по отношению к альфе и выхватывает осветлитель из его рук. – О, Боже. Все не так. Где краска?

Юнги протягивает ему упаковку, и Чимин все это добро кладет на полку позади себя. Не задумываясь, он берет руки альфы в свои и медленно стягивает перчатки. Юнги пристально наблюдает за его действиями, не произнося ни слова и не шевелясь. Как только омега касается его голой кожи, Чимин весь напрягается, внезапно осознавая близость альфы. В одночасье его окружает аромат Юнги: сильный запах кофе будоражит его, заставляя нервничать.

- Может, тебе дать новую пару? – хрипит альфа, и Чимин чуть не подпрыгивает от близости голоса Юнги.

- Что?

- Перчатки, - Юнги осторожно высвобождает руки из его ладоней, и Чимин тут же понимает, что все это время удерживал его за запястья. – Эти испорчены. Тебе нужны новые?

- О, - глупо выдыхает Чимин. – Да. И принеси мне стул.

Юнги выуживает из шкафчика под раковиной новые перчатки и притаскивает из кухни стул, как и просил Чимин.

Омега усаживает его лицом к зеркалу, а сам встает позади альфы, оценивая ущерб, который он нанес своим волосам.

В некоторых местах они были светло-рыжими, в других - темно-рыжими, в третьих и вовсе черными. Чимин вздыхает, сокрушенно качая головой. Юнги был действительно одной ногой на великом пути по уничтожению своих волос, и он не мог не посмеяться над беспорядком, который устроил альфа.

- Перестань смеяться надо мной, - мягко бормочет Юнги, пока Чимин равномерными движениями расчесывает его волосы. – Мы заключили пари. И я проиграл.

Чимин не смог удержаться и засмеялся громче, слегка потягивая волосы Юнги, пытаясь равномерно распределить осветлитель и нанести его ровным слоем на всю шевелюру.

- Вредный маленький омега, - ворчит Юнги, но без злобы, что только заставляет Чимина смеяться еще громче. – Ауч! Перестань дергать меня за волосы, маленький засранец.

Он дергает Чимина за руку, и омега, взвизгнув, не удерживает равновесие и подается вперед, внезапно оказываясь намного ближе к альфе. Они смотрят друг на друга несколько мгновений, широко улыбаясь, а потом Юнги, гримасничая, морщит нос.

- Фу, ну и вонь, - фырчит он, и у Чимина тут же все внутри ухает вниз.

- Прости, - беспомощно извиняется Чимин, быстро отступая за спину Юнги, чтобы альфа не увидел, как его глаза наполняются слезами.

- Не извиняйся, - отмахивается Юнги. – Это не то, что ты можешь контролировать.

Это не слезы горечи, и не похоже, что Чимин не очень хорошо осознавал этот факт. Тем не менее, Юнги произнес это вслух после стольких лет, задевая нерв, о существовании которого Чимин даже не подозревал, – он разочарован в себе.

Отсутствие возможности видеть лицо альфы немного помогает, поэтому он продолжает наносить на волосы осветлитель. Тишина заполняет ванную, пока он изо всех сил старается сдержать слезы расстройства.

Юнги несколько раз пытается начать разговор, но Чимин его игнорирует. Закончив работу, он возвращается в свою комнату, проветривает запачканный матрас и проверяет, высохли ли, наконец, простыни. Он чувствует себя немного лучше, когда ощущает, что постельное белье уже не так сильно пахнет альфой и думает, что сегодняшнюю ночь он переживет без каких-либо эксцессов.

Он пробыл в квартире всего двадцать четыре часа, а пережил уже четыре очень унизительных ситуации. Альфа сводит его с ума, цепляя его чувства, и тот факт, что он был невероятно красив, действительно не способствовал улучшению состояния Чимина.

Он просто не мог дождаться, когда закончится неделя, чтобы, наконец, сбежать отсюда и вернуться в свою уютную квартиру, в свою собственную комнату, и чтобы все вернулось на круги своя.

Обычно, Чимин не был плаксивым омегой, а свое капризное настроение, и то, что он принимал все слишком близко к сердцу, он винил принятую на днях двойную дозу подавителей, и это именно они сделали его раздражительным и эмоциональным.

Он моргает пару раз, уставившись в потолок. Блять, подавители. Он должен был выпить их вчера, но забыл. Опять.

Его обдает холодом с головы до ног от понимания, что ему пиздец. Это уже второй раз, когда он пропускает прием препарата, а принимать двойную дозу несколько раз в месяц - это не то, что советуют врачи… Скорее всего, у него будет течка.

Он вскакивает с кровати и хватает свою сумку, судорожно роясь в содержимом, пока, наконец, не находит косметичку, из которой вытаскивает коробку с подавителями, пытаясь найти на ней инструкцию по применению, но там ничего нет. Он подлетает к столу, открывая ноутбук и гугля компании по производству подавителей в надежде найти ответ, что ему нужно сделать, чтобы предотвратить течку.

Он идиот, – он знает, и он всегда был безответственен, когда дело касалось использования подавителей: периодичность приема препарата - два раза в неделю, и Чимин никогда не мог точно вспомнить, когда он пил их в последний раз. Однако это первый раз, когда он проебывает срок два раза подряд, его внутренности скручивает в узел, пока он лихорадочно ищет в интернете необходимую информацию, какие шаги он должен предпринять, чтобы предотвратить полноценную течку после того, как он опоздал с двумя дозами подавителей.

«…если прием дозы был нарушен более одного раза в течение периода приема, потребителю рекомендуется немедленно прекратить его использование и не принимать двойные дозы подавителей, так как риск гормонального дисбаланса возникает при каждом приеме двойной дозы. После пропуска приема препарата потребителю придется перенести кратковременную течку (сроком до двух дней), прежде чем начать курс приема подавителей заново. Если потребитель пропустит дозу на новом курсе, то он должен полностью прекратить прием подавителей и перенести обычную полноценную течку, чтобы избежать бесплодия или любых других осложнений…»

- Это полный пиздец всей моей жизни, - шепчет Чимин, невидящим взором пялясь в экран ноутбука, и чувствуя, как его с головой захлестывает паника. – У меня будет гребаная течка.

С другой стороны, это первый раз, когда он пропускает две дозы подряд, так что течка не будет полноценной. Обычно, его течка длилась от пяти до семи дней, и это был сущий ад, но, в отличие от Тэхена, у которого цикл наступал раз в два-три месяца, у Чимина течка была два-три раза в год.

Он, прикусив губу, нервно перечитывал статью, изо всех сил пытаясь не обращать внимание на то, что от паники у него повысилась температура, по спине катился холодный пот, а взгляд тревожно метался по экрану.

Он почти целый час читал форумы и комментарии, но любая крупица надежды предотвратить течку была потеряна, когда все отписавшиеся под темой, в основном, сходились в единогласном мнении.

Он вздохнул, расстроенно закрывая лицо ладонями, вытирая со лба выступивший пот. Его мысли метались со скоростью света, – как он справится с течкой, когда в квартире альфа? Как он отреагирует на запах Юнги, который и так сводит с ума?

Он знал, что выбора у него нет. Он должен рассказать Юнги и столкнуться с невероятно неловкой ситуацией.

Чимин откинулся на спинку стула, крепко зажмурившись, и судорожно выдыхая дрожащими губами. Одна только мысль о том, что ему придется признаться альфе, вызывала у него непреодолимое чувство тревоги и отчаяния, и, в данный момент, он ни хотел ничего другого, кроме как провалиться сквозь землю.

@@@@@@@@@@@@@@@@Всем привет, на связи автор. Это перевод одного английского фанфика. Очень затягивает как по мне! Хочу, чтобы вы тоже прочли его. Впереди еще несколько глав, но их будет не много. Надеюсь, вам очень понравится. Давайте наберём тут 20⭐ и выйдет новая глава настолько быстро, насколько это возможно. Вам не сложно, а мне приятно😍.Хорошего прочтения🤗