Глава 12 : Счастье

От лица Эви:Первые лучи предрассветного солнца ещё даже не думали пробиваться сквозь гигантские каменные стены Лабиринта. Вокруг царила густая, прохладная синева. Наверное, было где-то около четырёх утра.​Я тихонько перевернулась в гамаке и на автопилоте протянула руку в сторону, чтобы нащупать знакомую плечевую лямку или рукав Минхо. Но пальцы потонули в пустоте.​Я замерла. Гамак напротив был пуст. Одеяло аккуратно сложено, а сумки с картами не было на привычном месте.​В ту же секунду в груди так больно и остро кольнуло, что перехватило дыхание. Где он? Почему его нет? В четыре утра?! Вдруг с ним что-то произошло? Вдруг он снова ушел в Лабиринт один после вчерашнего?!​Паника мгновенно накрыла с головой. Я резко вскочила с гамака, даже не обувшись, и бросилась из-под навеса Бегунов.​- Минхо! - тихо, но отчаянно позвала я, оглядывая пустой, погруженный в глубокий сон Глейд.​Вокруг не было ни души. Возле остывшего костра - никого, в бараках - тишина. Внутренний тревожный колокол забил с удвоенной силой, прогоняя остатки сна и заставляя сердце выписывать бешеные ритмы. Не думая ни о чем, я рванула в сторону леса, надеясь найти хотя бы какой-то след или увидеть его среди сумеречных деревьев.​- Минхо, позязя, ну где ты... - шептала я на ходу, наступая босыми ногами на обжигающую, мокрую от росы траву и сжимая кулаки от подступающего к горлу страха.Лес встретил меня глухой, зловещей тишиной. Деревья смыкались над головой плотным куполом, скрывая тусклое предрассветное небо, а густой туман стелился по земле, цепляясь за ноги.​- Минхооо! - мой голос сорвался на испуганный крик, отразившись от стволов деревьев. - Скай? Где все?! Алби?! Ньют?! Фрай?! Джефф! Клинт! Где вы всеее?!​Никто не отвечал. Только ветер глухо завывал где-то наверху, меж каменных стен Лабиринта.​Я побежала дальше вглубь чащи, не разбирая дороги, сердце колотилось где-то в горле. Пустота вокруг казалась гротескной - ещё вчера здесь кипела жизнь, а сейчас Глейд будто вымер.​Внезапно впереди, на небольшой поляне меж развесистых дубов, мелькнула чья-то тень. Я резко затормозила, вглядываясь в сероватую пелену тумана.​- Эй?.. Кто здесь? - тихо выдохнула я, делая шаг назад и чувствуя, как по рукам пробегают колючие искры неконтролируемого холода.​Туман впереди начал сгущаться, принимая странные, искаженные очертания. И вдруг из белесой пелены донесся странный, скрежещущий звук, от которого кровь застыла в венах. На меня надвигалось что-то массивное, чужеродное и смертельно опасное.Из тумана прямо мне навстречу вдруг вывалилась вся орава!​- С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, ЭВИ! С ШЕСТНАДЦАТИЛЕТИЕМ! - оглушительно заголосили они на весь лес.​Я от неожиданности и испуга чуть обратно в гамак не запрыгнула!​Из-за деревьев выскочил Минхо - живой, невредимый, с довольной, самой широкой ухмылкой на свете. В руках он с трудом удерживал огромный, импровизированный торт, который Фрайпан, видимо, варганил всю ночь из всех запасов Глейда. Сверху на торте красовались шестнадцать вырезанных из дерева «свечек», на кончиках которых горели маленькие огоньки.​Рядом орал и свистел Ньют, Томас с улыбкой до ушей махал руками, а Алби скрестил руки на груди, пытаясь выглядеть строгим, но у него ни черта не получалось - он улыбался во весь рот! Даже Галли стоял чуть позади и смущенно хмыкал, держа в руках какой-то свернутый подарок.​- Вы... вы совсем с катушек съехали?! - ахнула я, прижимая руки к груди, пока сердце всё ещё бешено колотилось после испуга. - Я же искренне подумала, что вас Гриверы сожрали!​- Ага, щас, сожрут они нас, дождёшься, - задорно хохотнул Минхо, подходя ближе и осторожно передавая торт Томасу.​Он шагнул ко мне, мгновенно притянул за талию и сгреб в крепкие, тёплые объятия, уткнувшись носом мне в шею.​- С днём рождения, моя «морозилка», - тихо, с невероятной нежностью шепнул Минхо мне на ухо, а потом отстранился и лукаво подмигнул. - Извини за розыгрыш. Это Ньют придумал тебя так из гамака выманить!​- Эй! Я просто предложил сюрприз! - тут же открестился Ньют, смеясь вместе со всеми. - Давай, Эви, задувай свои деревянные свечки и загадывай желание!Слёзы сами брызнули из глаз - горячие, упрямые, смывающие весь накопившийся страх. Ноги подкосились, и я просто осела прямо на влажную от росы траву, закрыв лицо руками.​Это не были слёзы боли или испуга. Впервые за всё время в этом жутком, запертом каменными стенами мире, сквозь шок и тишину, внутри расцвело нечто совершенно новое. Чувство, которого у меня никогда не было в стёртой памяти.​Дом.​Не белые стерильные стены лабораторий, не холодные железные столы, а они. Эти идиоты, которые поднялись в четыре утра, чтобы вырезать из дерева шестнадцать свечек, испекли торт из последних запасов и прятались в мокром тумане, чтобы просто увидеть мою улыбку.​- Эй... Эви, ты чего? - улыбка с лица Минхо мгновенно слетела. Он в ту же секунду сбросил торт на руки рядом стоящему Томасу и упал на колени прямо в грязь передо мной. - Эви, малышка, ну ты чего? Мы переборщили, да? Испугали тебя?​Он бережно, с какой-то невероятной дрожью в пальцах, отнял мои ладони от лица. Парни вокруг мгновенно притихли, переглядываясь с легкой виной и растерянностью.​- Я... я в порядке, - прошептала я сквозь всхлипы, вытирая щеки тыльной стороной ладони и слабо улыбаясь через слёзы. - Просто... вы такие дураки. Самые настоящие дураки.​Минхо облегченно и тяжело выдохнул, уголок его губ снова дернулся в мягкой, теплой ухмылке. Он притянул меня к себе, крепко прижав к груди и укрывая своими руками от утреннего холода.​- Мы твои дураки, «морозилка», - тихим, бархатным шёпотом проговорил он мне в волосы. - Добро пожаловать домой. С шестнадцатилетием.​- Ну слава богу, а то я уж подумал, что Фрай с тортом перемудрил, - выдохнул Ньют, тепло улыбаясь и подходя ближе, чтобы осторожно потрепать меня по плечу.​Алби сделал шаг вперед, положив тяжелую руку мне на макушку, как настоящий отец, а Галли смущенно качнул головой, пряча улыбку.Я резко поднялась с земли, вытирая последние слезы, и, не давая ему времени даже сообразить, что происходит, шагнула вперед и крепко, от всей души обняла Алби. Настоящими, крепкими объятиями, уткнувшись носом в его плечо.​Алби на секунду буквально замер от неожиданности. Главный Лидер Глейда, строгость и авторитет которого обычно заставляли трепетать всех новичков, сейчас стоял в полном шоке, не до конца понимая, куда девать свои гигантские руки.​- Э-э... Эви? - растерянно пробормотал он, а вокруг тут же раздался дружный смех.​- О-о-о! - затянул Ньют, ухмыляясь во весь рот. - Смотрите-ка, у нашего строжайшего Лидера под этой каменной маской тоже, оказывается, есть сердце!​- Смотри, Алби, не растай, - хохотнул Томас.​Даже Минхо, поднявшись с колен и отряхивая джинсы, сложа руки на груди, лукаво выгнул бровь:- Алби, дружище, я, конечно, всё понимаю, но это моя девочка. На обнимашки с ней у меня монополия.​Алби тяжело и сокрушённо вздохнул, но на его лице расцвела удивительно тёплая, настоящая улыбка. Он наконец-то осторожно, по-отечески обнял меня в ответ, похлопав по спине своими широкими ладонями:​- Ладно-ладно, раздухарились... С днём рождения, малышка. Но если ты сейчас же не перестанешь плакать, я заставлю этих троих убирать за загонами до конца недели.​Я тихо засмеялась, отстраняясь от него, а Ньют и Томас тут же со смехом сделали шаг назад, подняв руки в защитном жесте.​Впервые с момента моего появления в этом месте тучи в моей голове окончательно рассеялись. Я стояла среди них - умытая слезами, взъерошенная, но абсолютно счастливая.Я подошла к Галли. Он мгновенно напрягся, переступив с ноги на ногу, и попытался спрятать смущение за привычной угрюмой маской.​- Галли, я всегда хотела сказать... ты лучший человек, я это знаю. И хоть в первые дни мы с тобой постоянно...​Я не успела договорить. Этот гигант, который обычно казался непоколебимой скалой, просто сорвался с места и сильно, крепко сгреб меня в объятия, едва не оторвав от земли.​- Эви, это ты меня прости... - глухо и рвано прошептал он мне куда-то в макушку, сжимая так, словно боясь, что я исчезну. - За всё прости, «морозилка». За всё, что я наговорил и наделал.​Я замерла в его ручищах, уткнувшись носом в его плечо. И вдруг в этот самый миг меня накрыло странным, оглушающим чувством. По коже пробежали мурашки - вовсе не от холода, а от какого-то глубокого, подсознательного узнавания.​Это не было похоже на то, что я чувствовала к Минхо. Совершенно не так. Это было теплое, древнее ощущение родства. Будто сквозь туман стёртой памяти пробился ещё один крошечный осколок той, прежней жизни. Будто мы с Глейдером-строителем знали друг друга задолго до этого чертова Лабиринта... Будто он был моим братом.​- Э-э-э, Галли, полегче! - подал голос Минхо, делая шаг вперед и скрещивая руки на груди, хоть в его глазах больше не было ярости - только привычная подколка. - Ты её сейчас пополам переломишь. Дай имениннице хотя бы воздуха глотнуть.​Галли быстро отстранился, явно смутившись своей вспышки нежности, и шмыгнул носом, отводя взгляд:- Заткнись, Минхо. Я просто... поздравляю её.​- Ладно вам, паршивцы, - тепло рассмеялся Ньют, подталкивая Томаса вперед. - Давайте уже торт резать, а то Фрайпан сейчас сам его съест от ожидания!​Я посмотрела на Галли, а потом на Минхо, который тут же подошел и обнял меня со спины за плечи, утыкаясь подбородком мне в макушку. Внутри было так спокойно и правильном. Кажется, моя настоящая семья наконец-то собралась вместе.- Прости меня Эви ,за то, что я ударил тебя тогда, ругал ,подозревал, и - он резко сделал паузу и сказал-я знаю что это очень глупо ,и, вообщем, мне пришло одно воспоминания, будто ты- Ты мой брат Галли - перебила я его улыбаясь Галли замер. Его руки, всё ещё слегка дрожащие, так и остались висеть в воздухе, а глаза широко раскрылись от шока. Голос его прервался, он тяжело сглотнул, пытаясь осознать только что произнесённые мною слова.​- Ты... ты тоже это помнишь? - тихим, совсем не похожим на его привычный бас шепотом выдохнул он.​На мгновение вокруг нас будто исчезли и Ньют, и Томас, и Алби, и даже Минхо, который лишь крепче сжал мои плечи, ошеломленно переглянувшись с остальными. Вся поляна погрузилась в звенящую тишину.​- Чёрт... Эви... - у Галли перехватило дыхание, а в углу его глаза блеснула одинокая слеза, которую он тут же стыдливо смазал тыльной стороной ладони. - Мне... мне снился сон пару дней назад. Маленькая девочка с такими же глазами, которая вечно пряталась за мою спину, когда грозила опасность... И тот холод... Ты всегда устраивала «зиму» прямо в комнате, когда радовалась. Я думал, это просто бред после Вспышки. Думал, я окончательно свихнулся.​Он снова шагнул ко мне и на этот раз обнял уже совсем по-другому - трепетно, защищающе, как старший брат, который после долгих лет кошмара наконец-то нашел то единственное родное, что у него оставалось в этом разбитом мире.​- Я никому больше не позволю причинить тебе боль, - глухо прорычал он мне в волосы, а потом поднял взгляд на Минхо. - И тебе, шанки, если ты её обидишь, я лично башку оторву. Но... спасибо, что защищал её.​Минхо, обычно острый на язык, на секунду лишился дара речи. Он лишь серьезно, без тени привычной наглости, кивнул Галли:- Я скорее сам под Гривера брошусь, чем дам её в обиду. Так что расслабься, шурин.​- Только попробуй меня так еще раз назвать, - фыркнул Галли, но в его голосе впервые звучали не злоба, а тепло и облегчение.​Ньют тихо качнул головой, а на лице Алби расплылась широкая, отцовская улыбка.​- Ну надо же... - тихо проговорил Ньют, вытирая легкую слезу. - Настоящая семья прямо посреди этого чертова Лабиринта. С днем рождения, Эви. Кажется, это лучший подарок, который только мог достаться вам обоим.- Ньют, не будь мудаком, иди сюда! - крикнула я, вытирая слезы и смеясь. - И ты, Томас! И ты, Алби!​Парни переглянулись, и на их лицах расцвели самые широкие, самые светлые улыбки.​Ньют первым качнул головой, тихо усмехнувшись:- Ну, раз сама именинница зовет и еще и мудаком обозвала - отказать не имею права.​Он шагнул вперед, подхватывая Томаса за плечо, а Алби, тяжело и наигранно-сердито вздохнув, тоже сделал шаг к нам. В следующую секунду мы все сцепились в одну большую, хаотичную, теплую кучу-малу.​Галли с одной стороны сгреб меня за плечи своей гигантской ладонью, Минхо прижал к себе сзади, уткнувшись носом мне в макушку и смеясь прямо в волосы, Ньют обнял нас с Томасом за шеи, а Алби накрыл всю эту безумную ораву своими широкими руками, как огромный защитный купол.​- Вы раздавите её, идиоты! - хохотал Минхо, но сам при этом сжимал меня крепче всех.​- Заткнись, Минхо, дай побыть частью семьи! - отшучивался Томас, едва дыша из-за хватки Галли.​- Смотрите, чтобы торт не раздавили, клаксон вы эдакий! - смеялся Фрайпан, стоявший неподалеку и с любовью наблюдавший за этой картиной.​Мы стояли так посреди предрассветного леса - испачканные в грязи, невыспавшиеся, побитые жизнью и этим чертовым Лабиринтом. Но именно в эту секунду, в окружении моего парня, моего обретенного брата и моих лучших друзей, я впервые чувствовала себя полностью, абсолютно защищенной.Я резко отстранилась от них, тяжело и счастливо дыша, а в голове мгновенно вспыхнула самая безумная, тупая и одновременно прекрасная идея на свете.​- У меня идея! - крикнула я на ходу. - Я ОБНИМУ ВЕСЬ ГЛЕЙД!​- Эви, стой! Ты куда?! - успел только крикнуть вслед опешивший Минхо.​Но я уже рванула прямо к Фрайпану, который так и стоял неподалеку с тортом в руках, с умилением наблюдая за нашей компанией.​- Фрааай! - с разбегу вопила я и, не давая ему времени среагировать, сгребла повара в крепкие объятия, едва не сбив его с ног.​Фрай от неожиданности выпучил глаза, изо всех сил балансируя, чтобы удерживать торт на вытянутых руках над моей головой:- Эй-эй-эй! Малышка, осторожнее! Торт - это святое, он пережил эту ночь, не губи шедевр! - хохотал он, но всё же аккуратно прижал меня одной свободной рукой. - С днем рождения, звёздочка!​- Спасибо за торт, ты лучший! - отплакала я его и тут же развернулась к полю, где уже просыпались остальные глейдеры.​За моей спиной раздался громкий, сокрушённый хохот Ньюта и стон Минхо:- Боже... Она реально решила обнять всех пятьдесят шанки?!​- Галли, удерживай свою сестру! - хохотал Томас.​- Ага, попробуй её сейчас останови, - усмехнулся Галли, сложив руки на груди и с гордостью наблюдая, как я, абсолютно счастливая и неудержимая, побежала в сторону Плантаций к ничего не понимающим Чакку и Уинстону.- Ты правда безумная, «морозилка», - с теплым, тихим смехом проговорил Минхо, подойдя сзади и закидывая руку мне на плечи, когда я наконец остановилась, тяжело и счастливо дыша.​Вокруг шумел проснувшийся Глейд. Все - от медаков и Бегунов до плантаторов и забойщиков - с улыбками и лёгким шоком посматривали в нашу сторону. Чак всё ещё смущённо хихикал, Уинстон махал рукой, а Клинт с Джеффом качали головой, шутливо грозя мне пальцем, чтобы я больше не пугала их своими побегами.​Они подкалывали меня, подшучивали, иногда задирали и ворчали, как старшие братья. Но в их глазах всегда была эта тихая, непоколебимая забота. Для каждого из них я стала той самой младшей сестрёнкой, которую хочется защитить от всего мира - от Лабиринта, от ВПОЛНЕ, от их собственного страха.​Я стояла в центре поляны, опираясь на плечо Минхо. Рядом шел Галли, гордо скрестивший руки на груди, чуть отдаленнее улыбались Ньют, Томас и Алби.​Без них в этом мире действительно не было смысла. Поодиночке мы были просто потерянными детьми с выжженной памятью, но вместе... вместе мы были семьей. И здесь, посреди бескрайних каменных стен, я впервые почувствовала, что я больше не чужая. Я дома.​- Ну что, «младшая сестренка» Глейда, - ухмыльнулся Минхо, наклоняясь к моему уху, - ты обняла полсотни парней, а теперь, может, вернешься к своему парню и мы НАКОНЕЦ-ТАКИ съедим этот торт? А то Фрайпан сейчас с ума сойдет!​- Эй! Я всё слышу! - крикнул с кухни Фрай, и вся поляна снова взорвалась громким, дружным смехом.- Конечно! - с улыбкой ответила я Минхо, и мы вместе рванули к столу.​Торт у Фрая получился не то чтобы гигантским, но и не маленьким. Пах он просто божественно! Я взяла большой кухонный нож и с аптекарской точностью принялась делить его. Ровно на 51 кусок - чтобы ни один глейдер не остался обделенным, чтобы досталось абсолютно каждому!​Парни наперебой хвалили Фрайпана, кто-то умудрился измазать нос кремом, вокруг стоял такой шумиха и хохот, какого эти каменные стены не слышали еще никогда.​И тут во мне проснулся настоящий, неудержимый чертенок.​Я тихо подкралась к Чакку, который с аппетитом дожевывал свой кусочек, и резко, но шутливо тукнула его ладонью по плечу.​- Чак, вода! Только без «домиков»! - во весь голос визгнула я и моментально рванула в сторону поля.​Чак от неожиданности чуть не подавился, но его глаза тут же вспыхнули азартом.​- Э-э-эй! Так нечестно! - закричал он, с хохотом бросаясь за мной.​Я бежала по мягкой траве, ветер развивал волосы, а в груди от абсолютного счастья всё просто полыхало. Я развернулась на бегу к оставшейся толпе парней, которые с улыбками наблюдали за нами, и крикнула во все горло:​- Ээээй! Ну вам же не под пятьдесят! Вам же меньше тридцати! Я знаю, у вас у всех внутри сидит ребёнок, так выпустите его и радуйтесь!​Первым не выдержал Томас. С диким победным криком он рванул прямо наперерез Чакку, чтобы «сдетонировать» эту волну. За ним, забыв про свою хромоту и привычную серьезность, с громким смехом побежал Ньют.​- Ну всё, шанки, держитесь! - задорно заорал Минхо и, перепрыгивая через скамейку, бросился в самую гущу событий.​Даже Галли, стоявший возле деревянных построек, сначала смущенно качнул головой, а потом, когда Томас едва не осалил его, расплылся в широкой ухмылке и включился в погоню:- Ах ты мелкий кабан, ну держись у меня!​В считанные секунды весь Глейд превратился в один сплошной, безумный, счастливый хаос. Пятьдесят парней, которые ежедневно боролись за выживание в этом аду, сейчас носились по полю, хохотали до слез, салили друг друга, падали в траву и были абсолютно, беззаботно счастливы.​Алби стоял чуть в стороне, прислонившись к дереву. Он смотрел на этот праздник жизни, на то, как я уворачиваюсь от длинных рук Галли и как Минхо подхватывает меня на лету, закрывая от Чакка, и в его глазах блестели тихие, теплые слезы. Зарт бежал за Джеффом, Клинт убегал от Фрая, Бэн и Скай вообще на дереве сидели и смеялись, пока за ними лезли Итан и Кай. Алекс и Макс бросались шишками в Марка и Криса. Ньют так вообще уполз в сено и начал пуляться в меня бумажками, а я пыталась его заморозить пока убегала от Минхо. Было очень весело и именно в этот короткий и самый счастливый момент, я поняла, что дом или семья это не те люди которые тебе родные, а те которые с тобой рядом.​Сегодня Лабиринт был бессилен. Сегодня мы победили.