Глава 43

Альберто:

Я шёл за Джесси по коридору и чувствовал себя каким-то придурком. Усталость валила с ног, руки до сих пор помнили отдачу от винтовки, в ушах звенело от выстрелов, а она тащит меня куда-то «вещь вернуть».

- Джесс, может, завтра? - спросил я, едва ворочая языком. - Я реально вырубаюсь.

- Не ссы, снайпер, - бросила она через плечо. - Это быстро.

Она открыла дверь своей комнаты, пропустила меня вперёд. Я вошёл и замер.

Комната у неё всегда была... творческим беспорядком. Провода, мониторы, какие-то платы, на стене постеры с дурацкими фильмами. Но сейчас я как-то особенно остро это ощутил. Её запах. Её вещи. Она.

- Ну и где эта вещь? - спросил я, оглядываясь.

Джесси закрыла дверь. Щелчок замка прозвучал как-то слишком громко.

Я обернулся. Она стояла, прислонившись к двери, и смотрела на меня. В глазах - не усталость, а что-то другое.

- Джесс? - мой голос сел.

- Иди сюда, - сказала она тихо.

Я сделал шаг. Потом ещё один. Остановился в полуметре.

- Ты чего?

Вместо ответа она шагнула ко мне, схватила за футболку и притянула к себе. Поцеловала. Жёстко, требовательно, как будто ждала этого хрен знает сколько.

Я растерялся на секунду. А потом мозг отключился нахрен. Руки сами обхватили её талию, прижали к себе. Я целовал её так, будто от этого зависела моя жизнь.

Она оторвалась на секунду, тяжело дыша.

- Ты чё, спать хотел?

- Пошло оно всё, - выдохнул я и снова впился в её губы.

Дальше была какая-то хрень. Мы целовались, путаясь в одежде, в проводах, в её хреновом творческом беспорядке. Я подхватил её на руки, она обвила ногами мою талию, и я понёс её куда-то, кажется, к кровати, но по пути мы задели стул, он грохнулся, я выругался, она засмеялась мне в губы.

- Тише, - прошептала она. - Разбудишь всю базу.

- Похер.

Я уложил её на кровать, навис сверху. Смотрел в её глаза - блестящие, тёплые, живые. Мои.

- Ты чего смотришь? - спросила она.

- На тебя смотрю.

- Долго будешь?

Джесси:

Я стояла, прислонившись к двери, и смотрела на него. Альберто замер посреди комнаты, как истукан, с этим своим вечным выражением «я всё контролирую». Только сейчас он ничего не контролировал. И это было охренительно.

- Иди сюда, - сказала я. Голос почему-то сел.

Он сделал шаг. Потом ещё один. Остановился в полуметре, смотрел на меня своими глазищами, и я видела, как он нервничает. Альберто, мать его, снайпер, который может застрелить муху с километра, нервничал передо мной.

- Ты чего? - спросил он хрипло.

Вместо ответа я шагнула к нему, схватила за футболку и притянула к себе. Впилась в его губы так, будто хотела сожрать.

Он обалдел на секунду. А потом ответил. Руки сжали мою талию, притянули ближе, и я почувствовала, как он напряжён - весь, от плеч до пальцев. Целовался он так, что у меня коленки задрожали.

Я оторвалась на секунду, тяжело дыша.

- Ты чё, спать хотел?

- Пошло оно всё, - выдохнул он и снова накрыл мой рот.

Дальше была какая-то вакханалия. Мы целовались, спотыкаясь о мои провода, о стул, который я вечно забывала убрать. Я запрыгнула на него, обхватила ногами, он понёс меня куда-то в сторону кровати. По пути мы задели стул, он грохнулся, я заржала ему в губы.

- Тише, - прошептала я. - Разбудишь всю базу.

- Похер.

Он уложил меня на кровать, навис сверху. Смотрел в глаза, и я видела, как в его зрачках мечется желание.

- Ты чего смотришь? - спросила я.

- На тебя смотрю.

- Долго будешь?

Вместо ответа он стянул с меня футболку. Я помогла, потому что сама уже хотела ощутить его кожу. Потом он снял свою. Я провела руками по его груди, по шрамам, по твёрдым мышцам.

- Охренеть, - выдохнула я. - Ты как статуя.

- Заткнись, - усмехнулся он и наклонился к моей шее.

Он целовал меня везде - шею, ключицы, грудь. Я выгибалась, запуская пальцы в его волосы, постанывая от каждого прикосновения. Когда его рот накрыл мой сосок, я закусила губу, чтобы не заорать.

- Альберто... блядь...

- Нравится?

- Ещё спрашиваешь, идиот.

Он усмехнулся, не отрываясь. Переключился на вторую грудь, а рукой скользнул вниз, между ног. Я была уже мокрая, готовая, и когда его пальцы вошли в меня, я выгнулась дугой.

- Да... вот так...

- Какая ты... - выдохнул он мне в грудь.

- Какая?

- Мокрая. Горячая. Моя.

Он дразнил меня пальцами, пока я не начала стонать в голос. Тогда он убрал руку, стянул с меня джинсы вместе с трусами и встал на колени между моих ног.

- Смотри на меня, - сказал он.

Я смотрела. Он вошёл медленно, глядя мне в глаза, и я почувствовала, как наполняюсь им. Полностью, глубоко.

- Блядь... - выдохнула я.

Он двинулся. Медленно сначала, дразня, выходя почти полностью и снова входя. Я впивалась ногтями в его спину, шептала маты, просила быстрее.

- Альберто... ну же...

- Хочу растянуть, - выдохнул он. - Ты слишком охрененная.

- Потом растянешь. Трахай меня сейчас.

Он усмехнулся и ускорился. Жёстко, глубоко, так, что кровать заскрипела. Я кричала, зажимая себе рот рукой, но он убрал её.

- Не надо, - выдохнул он. - Я хочу слышать.

- База услышит.

- Похер.

Я перестала сдерживаться. Стонала, материлась, царапала ему спину, а он вбивался в меня снова и снова. Потом он перевернул меня на живот, приподнял за бёдра и вошёл сзади. Ещё глубже, ещё жёстче.

- Да... сука... вот так...

- Нравится?

- Да... ещё...

Он трахал меня, пока я не кончила - громко, с криком, сжимаясь вокруг него. Он кончил следом, глубоко в меня, рыча сквозь зубы.

Мы рухнули на кровать, тяжело дыша, мокрые от пота. Я повернула голову, посмотрела на него.

- Охренеть, - выдохнула я.

- Ага.

- И это только начало?

Он усмехнулся.

- Только начало.

Я перевернулась, села на него сверху. Он удивился, но не возражал.

- Теперь моя очередь, - сказала я, наклоняясь к его губам.

Я целовала его, одновременно двигаясь бёдрами. Он сжимал мою талию, помогая, глядя на меня снизу вверх с таким обожанием, что у меня сердце заходилось.

- Джесс...

- Что?

- Ты меня убьёшь.

- Потерпишь.

Я двигалась медленно, дразня, наслаждаясь каждым мгновением. Его руки на моей груди, его стоны, его глаза - всё это было лучше любого наркотика.

- Кончить хочешь? - прошептала я.

- Да...

- Тогда кончай.

Я ускорилась, и он кончил, сжимая мои бёдра так, что, наверное, синяки останутся. Я кончила следом, падая на него, утыкаясь лицом в его плечо.

Мы лежали, переплетённые, тяжело дыша, и я думала о том, что это был лучший секс в моей жизни. А я, между прочим, кое-что понимала в этом деле.

- Альберто?

- М?

- Ты мой.

- Знаю.

- И не вздумай забыть.

- Не забуду.

Я закрыла глаза, чувствуя, как сон наваливается тяжёлым одеялом. Его руки обнимали меня, его сердце билось ровно и спокойно.

- Джесс? - прошептал он уже сквозь дрёму. - Я люблю тебя.

- И я тебя люблю, дурак.