Глава 15

Эмилия:Солнце уже давно пробивалось сквозь щель в шторах, но я не открывала глаза. Лежала на койке, глядя в потолок невидящим взглядом, и прокручивала в голове вчерашний день. Тренировка. Ринг. Он.

Его руки на моей талии. Его дыхание. Его голос, шепчущий «маленькая тень».

А потом утро. Его холодные глаза и слова: «Это была ошибка».

Я села на койке, заставив себя прекратить это безумие. Рука болела — вчера на ринге я сорвала повязку, и теперь костяшки снова кровоточили. Надо перевязать. Надо встать. Надо жить дальше.

Я подошла к умывальнику. Нового зеркала на стене не было — только пустой прямоугольник и несколько осколков, которые я так и не смогла вымести до конца. Отражение ловило меня из кусочков, разбитое на сотню маленьких Эмилий.

— Отлично, — прошептала я. — Теперь меня хотя бы много. Авось одна из них справится.

Смешно. Горько. Бесполезно.

Я перевязала руку свежим бинтом, натянула чистую футболку и вышла в коридор. База жила своей обычной жизнью — кто-то тащил оружие в тир, кто-то бежал в столовую, где-то ругались охранники. Всё как всегда. Всё по кругу.

Кроме меня.

В столовой было шумно. Джесси уже сидела за нашим столиком, размахивая ложкой и что-то втолковывая Альберто. Тот слушал с привычной полуулыбкой, но я заметила — он тоже был напряжён. После вчерашней тренировки все как-то странно на меня смотрели.

— О, явилась! — заорала Джесси, завидев меня. — Давай быстрее, тут такое! Альберто рассказывает, как ты вчера босса чуть не уделала на ринге! Это правда? Ты реально его достала?

Я села за стол, взяла кружку с кофе — Джесси уже заботливо налила, как всегда.— Не достала. Ничья.

— Ничья с боссом! — Джесси всплеснула руками. — Это почти подвиг! Альберто, ты слышал? Она говорит «ничья» как будто это фигня!

— Слышал, — спокойно ответил он. — И видел. Она реально молодец.

Я отпила кофе. Горький, крепкий, без сахара. Именно так, как надо.— Забейте. Просто тренировка.

— Просто тренировка, — передразнила Джесси. — Ты вообще видела его лицо после? Он смотрел на тебя так, будто...

— Джесс, — перебил Альберто. — Хватит.

Она замолчала, перевела взгляд с него на меня и обратно. В её глазах мелькнуло понимание.— Ой. Я что-то не то сказала?

— Всё то, — ответила я, ставя кружку. — Просто не бери в голову.

Мы ели молча несколько минут. Я чувствовала их взгляды — Джесси с любопытством, Альберто с беспокойством. Но они не лезли. За это я их и ценила.

— Кстати, — вдруг сказала Джесси, роясь в телефоне. — Тут новости странные пошли. Какая-то шумиха в криминальных кругах. Пишут про старые разборки, про какие-то семьи, которых уже лет двадцать нет.

Я насторожилась.— Какие семьи?

— Да хрен знает. "Золотые скорпы" какие-то. Вроде их раздавили ещё в начале нулевых, а теперь какой-то наследник объявился. — Она махнула рукой. — Но это, наверное, фигня. Мало ли кто там чего пишет.

Я переглянулась с Альберто. В его глазах читалось то же, что и у меня: тревога.

Скорпион. Теперь ещё и "Золотые скорпы". Совпадение?

— Джесс, — сказал Альберто тихо. — А ну-ка копни эту тему поглубже.

— Да ладно, это же старьё...

— Покопай, — повторил он.

Она посмотрела на нас, пожала плечами и уткнулась в телефон.

А я смотрела в окно на серое утреннее небо и думала о том, что вчерашняя тренировка, его руки, его холодные слова утром — всё это теперь казалось таким неважным на фоне того, что надвигалось. Скорпион. Война. Имена в списке.

Моё имя в списке.

Но почему-то самой страшной была не смерть. Самым страшным было то, что если я умру, он даже не придёт на похороны. Скажет: «Это была ошибка». И будет прав.

— Эмилия, — голос Джесси выдернул меня из мыслей. — Ты чего такая кислая? Случилось что?

— Нет, — ответила я, допивая кофе. — Всё нормально.

Она не поверила. Но не стала давить.

Альберто просто положил руку мне на плечо на секунду и убрал. Жест поддержки. Молчаливый. Понятный.

Я кивнула ему. И мы продолжили завтракать, как ни в чём не бывало. Потому что в этом аду единственный способ выжить — делать вид, что всё нормально. Даже когда внутри всё горит.

А внутри горело. И не только от страха перед скорпионом.

Прошло несколько минут.

Мы вышли из столовой, и Джесси вдруг схватила меня за руку.— Слушай, зайди ко мне на пару минут. Я там кое-что нашла по этим старым делам. Тебе будет интересно.

— Что именно? — спросила я, позволяя себя тащить по коридору.

— Не здесь, — она понизила голос. — Там расскажу. Альберто тоже позже подойдёт.

Коридор был почти пуст — только вдалеке маячила фигура охранника, да гудели лампы. Мы свернули в боковую галерею, которая вела к жилым комнатам. Здесь было темнее — пару ламп перегорели, и никто не спешил их менять.

— Джесс, — начала я, — ты уверена, что...

Я не договорила.

Тень метнулась из-за угла. Быстрая, бесшумная, чёрная. Я успела только оттолкнуть Джесси в сторону, прежде чем лезвие полоснуло воздух там, где только что была её шея.

— Беги! — рявкнула я, уходя в перекат.

Джесси с визгом откатилась к стене, а я уже вскочила, встречая противника. Высокий, в чёрном, лицо скрыто капюшоном и маской. В руке нож — тонкий, длинный, профессиональный.

Он ударил снова. Я блокировала предплечьем, взвыв от боли — нож полоснул по руке, но неглубоко, скользнул по поверхности. Ответила ногой в корпус, целя в солнечное сплетение. Он ушёл, но я достала коленом бедро — он охнул и отшатнулся.

— Кто ты, сука? — прошипела я, переходя в атаку.

Удары сыпались градом. Он был быстр, профессионален, но я была зла. Зла на всё: на него, на скорпиона, на Винченцо, на этот грёбаный мир, где меня хотят убить.

Мы сошлись вплотную. Я схватила его за запястье, пытаясь выбить нож, он рванулся, и в этот момент я врезала ему локтем в корпус — сильно, от души, вкладывая весь вес. Что-то хрустнуло. Он зарычал, дёрнулся, и в этот момент мои пальцы нашли его лицо — сорвали маску, царапая кожу ногтями. Белая полоса на скуле, тёмные глаза, мелькнувшие в полумраке — и он вывернулся, отбросил меня к стене.

Я ударилась затылком, в глазах потемнело на секунду. А когда проморгалась — он уже бежал по коридору. Чёрная тень, растворяющаяся в темноте.

— Стоять! — заорала я, бросаясь следом.

Но он исчез. Просто исчез. Как будто его и не было.

Я остановилась, тяжело дыша, прижимая руку к режущей боли в боку. Кровь сочилась между пальцев — тёплая, липкая. Хреново.

— Эмилия! — Джесси подбежала, бледная как смерть, руки тряслись. — Боже, Эмилия, ты... ты ранена! Надо вызвать...

— Погоди, — перебила я, оглядывая пол. — Смотри.

Там, где он бежал, на полу остались капли. Тёмные, густые. Кровь. Его кровь.

Я усмехнулась, чувствуя, как адреналин отпускает и боль становится реальнее.— Я его зацепила. Хорошо зацепила.

— Охрана? Камеры? — Джесси уже тряслась.

— Тут же... камер нет, это мёртвая зона, я тебе говорила... — она заикалась от страха. — Господи, он мог нас убить!

— Но не убил, — я посмотрела на свои руки. Кровь. Моя. И его — на полу. — Он теперь ранен. Значит, будет легче найти.

Я прислонилась к стене, чувствуя, как силы уходят.— Джесс, вызови Лоренцо. И никому больше. Поняла?

— Да, да, конечно... — она уже тыкала в телефон дрожащими пальцами.

Я сползла по стене на пол. В голове крутилось одно: чёрный силуэт, быстрый, профессиональный. И след, который я на нём оставила. Белая полоса на скуле, хруст под рёбрами, капли крови на бетоне.

— Сука, — выдохнула я. — Этот скорпион совсем охуел. Прямо на базе. Но теперь у него есть метка. Моя метка.

— Эмилия, молчи, ты истекаешь кровью, — Джесси прижимала какую-то тряпку к моему боку. — Сейчас придёт помощь.

— Не надо помощи. Надо найти этого ублюдка.

— Найдём, — пообещала она. — Обязательно найдём. А пока — просто живи, ладно?

Я усмехнулась. Больно. Глупо. Но усмехнулась.

В коридоре загремели шаги — бежала охрана, Лоренцо, кто-то ещё. А я сидела на полу, в луже собственной крови, и думала о том, что сегодня вечером, может быть, снова будет крыша.