Глава 26 - Винченцо

Я плыл в темноте.

Где-то далеко, за толщей воды, за плотным туманом, за границей мира, я слышал голос. Женский голос. Знакомый. Она звала меня, говорила, что скучала, что любила, что вернулась.

- Ты не поверишь, как я скучала по тебе.

Я чувствовал, как её пальцы сжимают мою руку. Тёплые, живые. Я хотел ответить. Хотел сказать, что я тоже скучал. Что каждую ночь я просыпался, думая, что слышу её шаги. Что я злился, ненавидел и любил одновременно.

Но тело не слушалось. Я был в ловушке. В темноте, в тишине, в пустоте.

- Я думала, что защищаю тебя...

Её голос дрожал. Она плакала. Я чувствовал, как слёзы падают на мою руку. Я хотел сказать ей, чтобы она не плакала. Что я всё пойму. Что я её прощу. Что я люблю её.

- Ты слышишь меня? Я люблю тебя...

Я слышал. Каждое слово. Каждое всхлипывание. Каждый вздох. Я слышал, как она просит прощения. Как говорит, что никогда не уйдёт. Как говорит, что я нужен ей.

«Я тоже люблю тебя», - хотел сказать я. «Я тоже скучал. Я тоже хочу, чтобы ты была рядом. Я тоже прощаю тебя».

Я сделал усилие. Пальцы дрогнули. Я почувствовал, как она сжала их сильнее. Я хотел открыть глаза. Хотел увидеть её лицо. Хотел сказать всё, что не успел сказать за этот год.

- Ты слышишь меня, Винченцо? - спросила она.

Я слышал. И я сделал ещё одно усилие.

Мир начал проясняться. Голос стал громче, ближе. Темнота начала рассеиваться. Я чувствовал запах больницы, свет, проникающий сквозь веки. Я чувствовал её руку в своей.

Я открыл глаза.

Она сидела рядом, бледная, с красными глазами, со слезами на щеках. Она выглядела такой уставшей, такой испуганной, но такой живой. И когда наши взгляды встретились, я увидел, как её лицо озарилось надеждой.

- Винченцо? - прошептала она.

Я хотел сказать что-то, но голос не слушался. Вместо этого я медленно поднял руку, коснулся её лица, провёл пальцами по мокрой щеке. Она замерла, глядя на меня.

Я сделал усилие, сел на кровати, чувствуя слабость во всём теле. Каждое движение давалось тяжело, но я не остановился. Я протянул руки и притянул её к себе. Крепко. Так, чтобы она чувствовала, как бьётся моё сердце.

Она обняла меня в ответ. Её руки дрожали, и я чувствовал, как она уткнулась лицом в мою грудь, как её дыхание сбивается от слёз.

- Я здесь, - прошептал я, и голос мой был хриплым, слабым, но настоящим. - Я слышал тебя. Всё слышал. И я тоже люблю тебя. Я никогда не переставал.

- Прости меня, - прошептала она, и я чувствовал, как её слёзы пропитывают больничную рубашку. - Прости меня за всё.

- Ты не виновата, - сказал я, поглаживая её по спине. - Ты вернулась. Ты здесь. И я держу тебя в руках. А значит, всё остальное неважно.

Я отстранился на мгновение, чтобы посмотреть на неё, и провел пальцами по её мокрым щекам, убирая слёзы. Она смотрела на меня с такой болью и любовью, что у меня сжалось сердце. Я наклонился и поцеловал её. Долго, нежно, смакуя каждое мгновение.

- Мы справимся, - сказал я, убирая прядь волос с её лица. - Мы всегда справлялись. И теперь справимся. Вместе. Всегда.