6. Есения & Марк

Спустя 10 лет.

— ВЕГААААС, не корми Порша печеньем!

Поздно.

По кухне уже разносился довольный хруст.

Есения стояла у плиты, с ложкой в руке, и смотрела в потолок так, будто собиралась призвать туда остатки терпения.

— Я ему чуть-чуть! — донеслось из гостиной.

— «Чуть-чуть» — это когда Порш не начинает потом бегать по дому как ракета!

Из гостиной раздался грохот.

— Поздно! — крикнул Вегас радостно.

Марк, сидевший за столом с чашкой кофе, даже не шелохнулся.

— Началось, — спокойно сказал он.

И в этот момент мимо кухни на огромной скорости пронёсся белый комок шерсти с чёрным пузиком, за которым неслась Дарт — не чтобы играть, а чтобы остановить это безумие.

— Вот. — Марк сделал глоток. — Фаза «печенье попало в систему».

Есения повернулась к нему:

— Ты почему такой спокойный?!

— Потому что это уже который год подряд.

Она попыталась сохранить серьёзность... и не смогла.

Улыбнулась.

— Мы сами виноваты.

— Конечно, — кивнул Марк. — Кто назвал его Вегасом?

Из гостиной выбежал их сын — растрёпанный, в разных носках, с сияющими глазами.

— Мама! Порш сейчас врежется в кресло!

Грохот.

Пауза.

— Врезался.

Марк закрыл глаза.

— Прекрасно. Копия тебя.

⸻

Позже стало тихо.

Не полностью — в их доме «тихо» означало, что собаки сопят, Вегас что-то рисует на полу, а на кухне пахнет ужином.

Есения сидела на диване, Дарт лежала у её ног. Порш, устав от жизни, растянулся посреди ковра.

Вегас лежал на животе, рисуя что-то фломастерами.

— Это мы? — спросила Есения.

— Ага.

— А почему папа выше дома?

— Потому что он главный.

Марк поднял бровь:

— Вот видишь.

Есения закатила глаза.

— Это потому что ты разрешаешь ему есть печенье перед ужином.

— Это стратегический ход, — невозмутимо ответил Марк. — Лояльность ребёнка.

Вегас вдруг поднял голову:

— Мам.

— М?

— А вы с папой меня тоже сначала просто «поехали посмотреть»?

Марк замер.

Есения рассмеялась.

— В каком смысле?

— Ну... вы же не собирались сразу быть семьёй?

Они переглянулись.

Слишком знакомый вопрос.

— Вообще-то, — сказал Марк, — мы поехали в приют «просто посмотреть».

Есения улыбнулась:

— И вернулись с двумя собаками.

— И с пониманием, что «просто посмотреть» у нас никогда не работает.

Вегас кивнул, будто всё понял.

— Я так и думал.

⸻

Вечером, когда Вегас уснул, а собаки разложились по своим привычным местам, в доме стало по-настоящему спокойно.

Есения сидела рядом с Марком, поджав ноги.

— Ты помнишь тот день? — тихо спросила она.

— В приюте?

— Да.

— Конечно.

Она положила голову ему на плечо.

— Я тогда поняла, что всё. Ты — мой человек.

Марк усмехнулся:

— А я это понял, когда ты посмотрела на меня тем взглядом «мы берём обоих».

Она тихо рассмеялась.

— Я до сих пор так смотрю.

— Я знаю.

Он поцеловал её в макушку.

Где-то во сне Дарт тихо вздохнула. Порш перевернулся на спину.

Дом дышал.

Жил.

И был наполнен тем самым ощущением, которое не создаётся сразу.

Оно собирается годами — из смеха, хаоса, разговоров, маленьких решений и больших «ладно».

— Я счастлив, — сказал Марк тихо.

Есения улыбнулась, не открывая глаз:

— Я тоже.