Глава 1. Красные коммуналки

Вы слышали когда-нибудь про такое место, как "Морозовский городок"? Оно находится в одном из районов Твери и могло бы стать очень красивым музейным экспонатом. Живым музеем, показателем того как жили люди раньше, в то время когда были "популярны по нужде" коммунальные квартиры. Это было бы хорошим контрастом на фоне новых зданий, в которых сейчас живут люди. А может быть это здание отреставрировали и тут можно было бы жить как в тех же "сталинках", что как муравейники разбрелись по всему центру рядом с Волгой, но... Этот городок не стал музеем, он не реставрировался, не проводилось никакого ремонта. Но зато здесь живут люди. Это здание работает на контрасте с другими домами, что строятся сейчас. Но на таком сильном контрасте, от которого стены красных зданий тут же осыпаются и превращаются в песок. Подобные места в городе я привык называть "мирками". Не за то, что в них есть какая-то красота, нет. Во мне вообще нет этого чувства прекрасного. Уж тем более в таких местах как "мирки". Я их такими называю исключительно из-за того, что в них каким-то образом живут люди. При том ещё как живут! Словно отдельный мир с гномами и эльфами, которых описывал когда-то Толкин. Но... если быть честным, то эти слова про "как-то уживаются", можно сказать, огромный камень, нет, булыжник в мой огород. Ведь размышляю я о таком, сидя за покоцанным письменным столом, попивая чай из старой стеклянной кружки с противным налётом, появившимся за несколько лет, сидя в одной из таких коммунальных квартир "Морозовского мирка".

Жизнь на самом деле здесь не такая уж и ужасная. За несколько лет проживания тут уже спокойно привыкаешь и к обваливающейся в твою постель штукатурке, и к скрипу дверей в противоположном крыле, которое невозможно не расслышать, да даже к соседям спокойно привыкаешь: будь это мигранты, которых многие так недолюбливают, или же семейные пары, чья ежедневная рутина это выбор между покупкой хлеба и молока для ребёнка или покупки пачки сигарет. Даже как-то неловко иногда стоять на балконе, курить хорошие сигареты под детский плач из соседней комнаты, зная что у тебя в холодильнике сейчас стоят как минимум две пачки молока. А отойти от балкона нельзя, ведь куришь ты не один, а с отцом, для которого каждые такие "посиделки" это отдельный ритуал и выполнение отцовского долга. Хоть мне уже и давно не четырнадцать лет, но отец не забывает о том, что я его сын и каждый день старается поговорить со мной о чём-то. Спасибо ему за это конечно, но совесть меня всё же грызёт за то, что вся эта болтовня будто вынуждена.

Почему же я не уеду отсюда, раз уж я выделяю отдельно время для рассуждения подобного? Ну, как я уже говорил одна из причин моей "отсидки" здесь - это привычка. Сложно отказаться от того, к чему ты уже привык за долгие годы, а потом резко оказаться в другом месте, в мёртвой тишине, без людей. Да и честно сказать я особо и не жалуюсь. Мне тут более-менее комфортно, я вырос здесь, ходил в школу, да и работа тут совсем недалеко. Встал рано утром, умылся и пошёл на работу, потом вечером после работы зашёл в магазин, купил всё необходимое, вернулся домой. Да и если быть прямо-таки честным, то как уж мне отсюда уехать когда своих денег еле на еду хватает? А вот в Морозовских хорошо... ещё и семья рядом, мы друг другу помогаем. Хоть и в семье работаю только я и мама, отец тоже не остаётся без дела и приходит на помощь, правда только когда просят...

Хотя иногда желание уехать всё же есть. Хоть я и живу тут вполне себе спокойно и уж точно не первый год, а если быть точнее, то с самого рождения, мне периодически просто не даёт покоя это место. Я стараюсь списывать это на то, что на работе мало дышу свежим воздухом, да и коллеги говорят поменьше тратить время на курение, но увы это не так просто как просто об этом сказать. Стены коммунальной квартиры периодически давят на меня как в каком-нибудь диспансере, запахи со всего этажа забиваются в ноздри, не давая кислороду проникать в голову, удушая до посиневшей кожи. На зеркале в душевой я замечаю всё больше подтёков и пятен, которые уже не дают мне нормально увидеть своё отражение в нём. Вечер после работы можно было бы сравнить с первыми картинами Винсента ван Гога: засаленные лица с краснеющими как поросячьи рыла щеками сидят за столом на общей кухне, оскверняя известный мотив да Винчи, и бурно что-то обсуждают. По коридорам носятся беспризорные дети, чуть ли не сбивая тебя с ног, а пройдя через весь коридор ты заходишь в свою квартиру... но у порога тебя никто не встречает словно ты живёшь тут совсем один. Отец с мамой сидят по разные углы комнаты, а тебе приходится как-то развивать сюжет этого немого кино своим присутствием, словно тебе передали в лагере свечу в последнюю ночь перед отъездом, а сказать тебе ровным счётом нечего. Вот и стоишь посреди комнаты с сумкой в руках как дурак: от тебя пахнет ладаном и сандалом, под ногтями ты выковыриваешь грязь, к потному от подъёма по лестнице на пятый этаж телу прилипает рубашка и зимняя куртка, которая уже явно не подходит тебе по сезону. Мама тихо причитает чтоб ты поскорее разделся, ведь упреешься сейчас, отец тоже что-то бухтит ведь ему не дают послушать новости по шипящему как пчелиный рой на даче у дедушки радио, а тебе вроде и двадцать пять лет, ты уже знаешь что нужно делать, но всё равно каждый раз ты вот так стоишь посреди комнаты, как дурак, слушаешь весь этот шум в вашей и в соседних комнатах, шипящий телевизор, орущие дети, голоса родителей, крики с общей кухни... в этот момент хочется и вправду уехать. Уехать и забыть это место. Этот вечный шум, гогот, лязганье и шипение, но оказываясь в той же деревне, где нет всего этого балагана, ты чувствуешь будто находишься не там где должен. Тебе нет места нигде кроме Морозовского городка. Кроме этого маленького "мирка", которое так ласково зовётся только из-за некой привычки. Такой же привычки как ходить на работу, курить на балконе с отцом, стоять как дурак посреди комнаты и вслушиваться: в каждое жужжание, каждый голос, крик, визг, шмыг. Привычка жить. Жить в этом Морозовском городке. В этих красных коммуналках, которые могли бы стать живым музеем, но не стали.