Глава 11. Магдолена

Мы переоделись, взяв все необходимое, и Серафим стал пускать огненные пути. Они обвили нас. Так же Анжелика предложила использовать на дверях чары небесного алмаза, на случай если кто-то будет проходить мимо и увидев открывающуюся дверь, создаст нам проблемы. Приняв все меры предосторожности мы не зря-таки позаботились о безопасности. Прямо перед моей дверью стояла старая знакомая. Она достигала моего немалого роста, а на каблуках, которые любила носить, была даже выше. Ее волосы собраны в неопрятный пучок, джинсовка расстегнута. Она явно еще не выходила на улицу. Возможно и не собиралась. Магдалена настойчиво стучала в дверь окликая меня и призывая открыть.

— Я должен угомонить ее. Серафим сними с меня чары.

Он переглянулся с Анжеликой.

— Я вас не сдам, пора бы уже это осознать! — рявкнул я.

Уверен, что раздражение отобразилось у меня на лице еще при взгляде на Магдалену, но нынешнюю степень этого чувства нужно утихомирить внутри. Внешне для дизнотовцев я должен показывать, что все идет по плану.

— Позовешь на улице, — кинул мне Серафим, и они растворились в воздухе.

Я глубоко вздохнул и смахнул внешнее напряжение. Пора угомонить эту дамочку.

Я прислонился к стене со стороны Авелины и тихо ждал.

— Черт побери, открывай уже, иначе ты пожалеешь.

— Правда? — я вжился в роль, начав со смешка и приподнятой брови, — И как же именно я пожалею?

— Так вот ты где... — она повернулась ко мне с широкой улыбкой. Ее настроение переменилось с дерзкого на лукавое. Ярко зеленые глаза оценивающе скользнули мо мне.

— Потрепала тебя эта розочка, — сказала она, подходя ближе.

— Что ты хочешь Магдалена? — в моем голосе появились интонации утомления.

— Зашла проверить не откинул ли ты еще копыта от устранения новой дизонтовки.

Я удивленно приподнял бровь.

— С чего ты взяла, что я должен ее устранить?

Она удивленно вытаращилась на меня.

— Это все знают, Вистан. Твой отец делает тебя наследником. Для этого один из дизонтовцев ведь должен куда-то деться.

— Но он не объявлял меня последователем, — восперечил я.

— Того и не требовалось. Есть сплетни, а они исходят чаще всего от приближенных к действительности.

Я нахмурился, но дальше спорить не стал.

— Так что... — начала она, — Ты впустишь меня?

Я обреченно вздохнул и мимолетно выглянул в окно. Солнце ярко било оттуда. Но никого на улице не было видно. Они подождут.

Я торопливо вытащил ключи и отворил.

Следы поисков подходящего места для дневника судьбы все еще были заметны, хоть я и пытался на скорую руку прибраться. Я сделал ее любимый чай на который она вечно под каким-либо предлогом заходила. Аргумент, что чай у меня закончился никогда не подходил, потому что дополнительная пачка всегда была у нее в кармане. Для таких случаев.

Когда я уже собирался брать чаши в руки и нести в комнату, спиной я ощутил ее близость. Она заглядывала мне через плечо, смотря какие угощения я приготовил.

— Пряники? — скривилась она, — Ты же дизонтовец, насваргань чего повкуснее.

Я чувствовал, что сейчас чашка треснет под натиском моих рук. Я не мог слишком долго задерживаться, тем более из-за таких особ с причудами как Магдолена.

— Ты тоже дизонтовка, насваргань сама, — огрызнулся я.

— За это ты мне и нравишься, — она провела пальцем по моему плечу, но я отдернул руку.

— Сама сказала, что у меня много дел. Розочка, как ты ее назвала, все еще на испытаниях, так что будь добра, бери, — я впихнул чашку ей в руки, — и уходи, Магдолена. Гостеприимством я тебя не сильно обделил, так что иди с Богом, Магдолена, — она скривилась, — Потом занесешь.

Мы направились к выходу, и она с тихим ужасом смотрела как я запираю дверь, придерживая большую и еще почти полную чашу.

Когда я начал удаляться, она все еще стояла на месте. Когда мне оставалась пара шагов до поворота на лестницу, она выпалила:

— В следующий раз прежде чем заключать сделки с Сатаной, сначала хорошенько пораскинь мозгами.

Я обернулся, но отзвук ее каблуков уже звучал на лестнице в другой стороне.

"Она видела метку", промелькнуло у меня. Я и не думал ее скрывать. Кто знал, что мы с ней встретимся. А ведь Святослав тоже ее видел... И словом не обмолвился. Чертов интригант. Слишком много сделок за последнее время.

Запихнув ключ поглубже в карман, я мигом спустился по лестнице. Как и ранее, сейчас площадка перед подъездом пустовала.

— Сер...

Начал я, но меня уже окружила волшебная пелена и я увидел остальных.

— Долго ты, — хмыкнул даймоний.

— Сам знаю, — огрызнулся я, и мы зашагали вглубь аллей.

Но мы не заметили зеленых глаз, что скрывшись в тени подъезда, пристально провожали наш путь.

***

Оказавшись на скале у обрыва над непрестанно бурлящей рекой у меня перехватило дыхание. В сознание, словно острая стрела, вонзилось воспоминание. Лет пятнадцать назад, именно тут я впервые вышел за пределы Дизонты и встретил одного парня. Такого как я сам, из Лифиндии. Его семья приехала на две недели. Отдохнуть от городской суматохи и познать лесного покоя.

Парень оказался первым ровесником, кого я смог назвать своим другом. Остальные презирали меня или боялись. Может как раз из-за тех слухов, о которых говорила Магдолена?

Я подолгу слушал рассказы о его жизни. Из обычного человеческого мира. Нашего мира. И мира всех дизонтовцев, что успели в нем пожить до попадания сюда. Какое-то время в Дизонте я был единственным среди своего возраста. Дети ведь не слишком смыслящие в правильных выборах.

Единственным рассказчиком достойным звания друга и наставника я видел лишь в Арнольде. Только у него я не чувствовал никаких обязательств и социальных ярлыков. У него я имел свободу. Спрашивал, о чем хотел. Даже если это не очень нравилось самому Арнольду. У него я мог сидеть часами или даже днями делая то, что не сильно привлекало меня. Со временем это обязательства и навыки становились увлечением и отдушиной, неотъемлемой частью моей жизни.

Каждый день мы с тем парнем встречались на одном и том же месте и болтая о том о сем не замечали, как заходило и всходило солнце. Его родители кормили меня отменными блюдами на костре, поражаясь, что живя у леса я никогда их не пробовал. Они действительно на время стали мне семьей. Но каждую ночь меня дожидался Арнольд, настоящая моя семья. В один из таких вечеров отец тоже ждал меня. И тогда Арнольду пришлось не до улыбок. Больше я его не видел. Но нечасто приходящие письма от него успокаивали мою душу.

Отец не стал дожидаться меня. Он использовал систему розыска. Когда отец явился в сопровождении стражи, я испуганно запихнул друга в кусты и, попрощавшись, велел идти к родителям. Он обещал ничего им не рассказывать и убежал. Меня заперли в покоях, и я снова остался один. Утоляя скуку только книгами и искусством.

Сейчас, смотря за просторы этого обрыва, я удивлялся, как я пришел от того зашуганного мальчонки к парню заключившему сделку с дьяволом. Даже не в пользу себе. Как не осознал раньше, что место встречи с Авелиной было именно местом долгих радостей, оборванных неудачно сложившимися обстоятельствами. Все пятнадцать лет я игнорировал эту часть леса переходов, но Авелина вынудила вернуться сюда и добавила красок этому месту, омрачившим мое сердце. Ведь именно это место привело к нашей встречи, и именно оно положило начало моей новой жизни.