Глава третья, где завязывается разговор, который может дорого обойтись Филеасу

Филеас Фогг вышел из своего дома на Сэвиль-роу в половине двенадцатогои, сделав пятьсот семьдесят пять шагов правой ногой и пятьсот семьдесятшесть левой, достиг Реформ-клуба; постройка этого величественного здания вПэл-Мэл стоила не менее трех миллионов. Филеас Фогг направился прямо в столовую, все девять окон которойвыходили в прекрасный сад; осень уже позолотила в нем деревья. Он занялсвое обычное место за столиком, на котором уже стоял его прибор. Завтраксостоял из закусок, отварной рыбы, приправленной отменным соусом "ридинг",кровавого ростбифа с грибной подливкой, пирога с ревенем и крыжовником икуска честерского сыра; все это было залито несколькими чашкамипревосходного чая, выращенного специально по заказу Реформ-клуба. В двенадцать сорок семь наш джентльмен поднялся и прошел в большойсалон - роскошную комнату, увешанную картинами в дорогих рамах. Там слугаподал ему свежий номер газеты "Таймс", и Филеас Фогг старательно разрезалего листы, выказав при этом сноровку, свидетельствующую о давней привычкек подобной весьма сложной операции. Чтение этой газеты заняло ФилеасаФогга до трех часов сорока пяти минут; последовавшее за этим изучение"Стандарда" продолжалось до обеда. Обед этот походил на завтрак иотличался от него лишь прибавлением "королевского британского соуса". Без двадцати шесть наш джентльмен возвратился в большой салон ипогрузился в чтение "Морнинг кроникл". Получасом позднее несколько членов Реформ-клуба появились в зале иподошли к камину, в котором пылал огонь. Это были обычные партнеры мистераФилеаса Фогга, такие же, как он, заядлые игроки в вист: инженер ЭндрюСтюарт, банкиры Джон Сэлливан и Сэмюэль Фаллентин, пивовар Томас Флэнагани Готье Ральф, один из администраторов Английского банка, - все людибогатые и пользовавшиеся почетом даже в этом клубе, среди членов котороговстречаются промышленные и финансовые тузы. - Ну, Ральф, как обстоят дела с кражей? - спросил Томас Флэнаган. - Что ж, банку, видимо, придется проститься со своими деньгами, -заметил Эндрю Стюарт. - А я, наоборот, надеюсь, что мы все же задержим вора, - возразил ГотьеРальф. - Мы послали ловких полицейских агентов и в Америку и в Европу - вовсе главнейшие портовые города, так что этому господину трудно будетускользнуть. - Так, значит, приметы вора известны? - спросил Эндрю Стюарт. - Прежде всего это не вор, - серьезно ответил Готье Ральф. - Как! Молодчик, стащивший пятьдесят пять тысяч фунтов стерлинговбанковыми билетами, не вор?! - Нет, - повторил Готье Ральф. - Значит, это делец? - спросил Джон Сэлливан. - "Морнинг кроникл" уверяет, что это - джентльмен. Слова эти принадлежали Филеасу Фоггу, голова которого поднялась надворохом наваленных вокруг него газет. Он поздоровался со своимипартнерами, те в свою очередь приветствовали его. Событие, о котором шла речь и о котором с таким увлечением писали всегазеты Соединенного королевства, произошло три дня назад - 29 сентября.Пачка банковых билетов на огромную сумму - пятьдесят пять тысяч фунтовстерлингов - была похищена с конторки главного кассира Английского банка. В ответ на удивленные вопросы, как могла произойти подобная кража,помощник управляющего банком Готье Ральф ограничивался следующим ответом:"В эту минуту кассир вписывал в приход поступление в три шиллинга и шестьпенсов, а за всем ведь не уследишь". Чтобы обстоятельства этого дела стали более понятными, уместнозаметить, что замечательное учреждение, именуемое "Английским банком",самым ревностным образом оберегает достоинство своих клиентов и поэтому неимеет ни охраны, ни даже решеток. Золото, серебро, банковые билеты открытолежат повсюду и предоставлены, так сказать, "на милость" первоговстречного. Разве допустимо подвергать сомнению честность своихпосетителей? Один из самых внимательных наблюдателей английских нравоврассказывал даже о таком случае. Как-то раз в одном из залов банка егозаинтересовал лежавший на конторке золотой слиток весом в семь или восемьфунтов; он взял этот слиток, осмотрел его и передал соседу, тот - другому,так что слиток, переходя из рук в руки, исчез в глубине темного коридора ивернулся на свое место лишь через полчаса, причем кассир не поднял дажеголовы. Но 29 сентября дело происходило несколько иначе. Пачка банковых билетовне вернулась на свое место, и когда великолепные часы, висевшие в отделечековых операций, пробили пять часов - время окончания работы, -Английскому банку ничего не оставалось, как внести эти пятьдесят пятьтысяч фунтов стерлингов в графу убытков. Когда факт кражи был должным образом установлен, сыщики, отобранные изчисла наиболее ловких агентов сыскного отделения, были разосланы вкрупнейшие порты - Ливерпуль, Глазго, Гавр, Суэц, Бриндизи, Нью-Йорк идругие; в случае удачи им была обещана премия в две тысячи фунтовстерлингов и сверх того пять процентов с найденной суммы. В ожиданиисведений, которые полиция надеялась получить в результате начавшегосяследствия, сыщикам было поручено тщательно наблюдать за всеми прибывающимии отъезжающими путешественниками. Как утверждала газета "Морнинг кроникл", можно было предположить, чтолицо, совершившее кражу, не входило ни в одну из воровских шаек Англии. Втот самый день, 29 сентября, многие видели, как некий хорошо одетыйджентльмен почтенного вида и с прекрасными манерами расхаживал в залевыплат, где произошла кража. Следствие позволило довольно точно установитьприметы этого джентльмена, и они тотчас же были разосланы всем сыщикамСоединенного королевства и континента. Некоторые проницательные умы - и вчисле их Готье Ральф - были твердо уверены, что вору не ускользнуть. Легко себе представить, что это происшествие находилось в центревнимания Лондона и всей Англии. О нем горячо спорили, обсуждали возможныйуспех или неудачу действий столичной полиции. Не удивительно поэтому, чтои среди членов Реформ-клуба велись подобные разговоры, тем более что одиниз собеседников был помощником управляющего банком. Достопочтенный Готье Ральф нисколько не сомневался в результатахпоисков, считая, что назначенная премия должна изрядно подстегнуть рвениеи сообразительность агентов. Но его коллега Эндрю Стюарт далеко неразделял этой уверенности. Спор продолжался и за карточным столом; Стюартсидел против Флэнагана, Фаллентин - против Филеаса Фогга. Во время игрыпартнеры не разговаривали, но между робберами прерванная беседавозобновлялась с еще большим жаром. - Я утверждаю, - сказал Эндрю Стюарт, - что все шансы на стороне вора;это, без сомнения, ловкий малый. - Ну, нет! - ответил Ральф. - Нет ни одной страны, где бы он могукрыться. - Как это так? - Куда ж ему, по-вашему, поехать? - Не знаю, - ответил Эндрю Стюарт, - но во всяком случае мир велик. - Когда-то был велик, - вполголоса заметил Филеас Фогг. - Снимите! -добавил он, протягивая колоду Томасу Флэнагану. На время роббера спор затих. Но вскоре Эндрю Стюарт возобновил его. - Что значит: "Когда-то"? - спросил он. - Или земля, ненароком,уменьшилась? - Без сомнения, - ответил Готье Ральф. - Я согласен с мистером Фоггом.Земля уменьшилась, раз ее можно теперь объехать в десять раз быстрее, чемсто лет назад. А это в данном случае ускорит поиски. - И облегчит вору бегство! - Мистер Стюарт, ваш ход! - произнес Филеас Фогг. Но недоверчивый Стюарт не успокоился и после окончания партии сновавозобновил разговор. - Надо признать, мистер Ральф, - сказал он, - вы избрали действительнозабавный способ доказательства того, что земля уменьшилась! Итак, раз еетеперь можно объехать в три месяца... - Всего в восемьдесят дней, - заметил Филеас Фогг. - Действительно, господа, - подхватил Джон Сэлливан, - в восемьдесятдней, с тех пор как открыто движение по линии между Роталем и Аллахабадом,по Великой индийской железной дороге; вот расчет, составленный "Морнингкроникл":

Из Лондона в Суэц, через Мон-Сенис и Бриндизи, .. поездом и пакетботом ...................... 7 дней Из Суэца в Бомбей пакетботом ................ 13 дней Из Бомбея в Калькутту поездом ................ 3 дня Из Калькутты в Гонконг (Китай) пакетботом ... 13 дней Из Гонконга в Иокогаму (Япония) пакетботом ... 6 дней Из Иокогамы в Сан-Франциско пакетботом ...... 22 дня Из Сан-Франциско в Нью-Йорк поездом .......... 7 дней Из Нью-Йорка в Лондон пакетботом и поездом ... 9 дней ..................................... Итого - 80 дней

- Да, восемьдесят дней! - воскликнул Эндрю Стюарт, в рассеянностисбрасывая козырь. - Но здесь не учитывается ни дурная погода, ни встречныеветры, ни кораблекрушения, ни железнодорожные катастрофы и тому подобное. - Все это учтено, - ответил Филеас Фогг, делая ход, ибо на сей раз спорпродолжался уже во время игры. - Даже если индусы или индейцы разберут рельсы? - горячился ЭндрюСтюарт. - Если они остановят поезд, разграбят вагоны, скальпируютпассажиров? - Все это учтено, - повторил Филеас Фогг и объявил, бросая карты настол: - Два старших козыря! Эндрю Стюарт, чья очередь была сдавать, собрал карты, говоря: - Теоретически вы правы, мистер Фогг, но на практике... - И на практике тоже, мистер Стюарт. - Хотел бы я посмотреть, как это у вас получится! - Это от вас зависит. Поедемте вместе. - Сохрани меня небо! - вскричал Стюарт. - Но бьюсь об заклад на четыретысячи фунтов, что такое путешествие при существующих условиях невозможно. - Напротив, вполне возможно, - возразил мистер Фогг. - Ну что ж, совершите его! - Вокруг света в восемьдесят дней? - Да! - Охотно. - Когда? - Немедленно. - Это безумие! - воскликнул Эндрю Стюарт, которого начало раздражатьупрямство партнера. - Давайте лучше продолжать игру! - В таком случае пересдайте, - заметил Филеас Фогг, - в вашей сдачеошибка. Эндрю Стюарт лихорадочно собрал карты; затем вдруг бросил-их на стол: - Хорошо, мистер Фогг, я ставлю четыре тысячи фунтов! - Дорогой Стюарт, - сказал Фаллентин, - успокойтесь. Ведь это невсерьез! - Когда я держу пари, то это всегда всерьез, - ответил Эндрю Стюарт. - Идет! - сказал мистер Фогг. Затем, обернувшись к своим партнерам,добавил: - У меня лежит двадцать тысяч фунтов стерлингов в банке братьевБэринг. Я охотно рискну этой суммой... - Двадцать тысяч фунтов! - воскликнул Джон Сэлливан. - Двадцать тысячфунтов, которые вы можете потерять из-за непредвиденной задержки! - Непредвиденного не существует, - спокойно ответил Филеас Фогг. - Мистер Фогг, но ведь срок в восемьдесят дней - срок минимальный. - Хорошо использованный минимум вполне достаточен. - Но, чтобы не опоздать, вам придется с математической точностьюперескакивать с поезда на пакетбот и с пакетбота на поезд! - Я и сделаю это с математической точностью. - Это просто шутка! - Настоящий англичанин никогда не шутит, когда дело идет о стольсерьезной вещи, как пари, - ответил Филеас Фогг. - Бьюсь об заклад надвадцать тысяч фунтов против всякого желающего, что объеду вокруг земногошара не больше чем в восемьдесят дней, то есть в тысячу девятьсот двадцатьчасов, или в сто пятнадцать тысяч двести минут. Принимаете пари? - Принимаем, - ответили Стюарт, Фаллентин, Сэлливан, Флэнаган и Ральф,посовещавшись между собой. - Хорошо, - заметил мистер Фогг. - Поезд в Дувр отходит в восемь сорокпять. Я поеду этим поездом. - Сегодня вечером? - переспросил Стюарт. - Да, сегодня вечером, - ответил Филеас Фогг. - Итак, - добавил он,взглянув на карманный календарь, - сегодня у нас среда, второе октября. Ядолжен вернуться в Лондон, в этот самый зал Реформ-клуба, в субботу,двадцать первого декабря в восемь часов сорок пять минут вечера; впротивном случае двадцать тысяч фунтов стерлингов, которые лежат внастоящее время на моем текущем счете в банке братьев Бэринг, будут поправу и справедливости принадлежать вам, господа. Вот чек на эту сумму. Протокол пари был составлен и тут же подписан шестью заинтересованнымилицами. Филеас Фогг оставался невозмутимым. Разумеется, он заключал парине для того, чтобы выиграть деньги: он поставил двадцать тысяч фунтов -половину своего состояния, ибо предвидел, что вторую половину ему, бытьможет, придется израсходовать, чтобы благополучно довести до конца своетрудное, чтобы не сказать невыполнимое, намерение. Что касается егопротивников, то их смущал не размер ставки, а сомнение в том, порядочно липринимать пари на подобных условиях. Пробило семь часов. Партнеры предложили мистеру Фоггу прекратить игру,чтобы приготовиться к путешествию. - Я всегда готов! - отвечал невозмутимый джентльмен, сдавая карты. -Бубны козыри, - сказал он. - Ваш ход, мистер Стюарт!