Part 30. Начало сезона

Каток снова жил своим обычным ритмом.

После пляжа всё ощущалось иначе — не ярко и легко, а рабоче и собранно. Как будто лето действительно закончилось в один день и больше не возвращалось даже в памяти.

Софа Самоделкина уже была на льду первой. Она ехала по кругу, чуть быстрее обычного, будто пыталась вытолкнуть из себя всё лишнее движение эмоций. Когда подошли остальные, она только коротко кивнула, но сразу стало понятно — день у неё не самый простой.

Пётр Гуменник и Михаил Шайдоров появились позже остальных, уже с сумками.

Они почти не катались в этот день — больше собирались.

Тренировка шла фоном: разминка, элементы, привычные команды тренеров, звук лезвий по льду.

Но внимание постепенно смещалось к их вещам у выхода.

После льда всё стало тише.

Софа сначала держалась, как обычно — шутками, короткими фразами, попытками отвлечься.

Но когда Пётр подошёл ближе, она всё-таки не выдержала.

— Ты же приедешь ещё? — спросила она, стараясь звучать спокойно.

— Конечно, — ответил он. — У нас же сезон.

— У тебя всегда сезон, — пробормотала она.

Он усмехнулся, но ничего не сказал в ответ.

Михаил Шайдоров только легко кивнул всем, как обычно, чуть в сторону, с той спокойной манерой, которая у него была всегда.

Прощание получилось простым, без долгих слов.

И всё равно Софа отвернулась первой, чтобы никто не видел её лица.

Айлин подошла к ней чуть позже, не говоря ничего лишнего. Просто обняла.

Софа сначала стояла напряжённо, но потом расслабилась и тихо выдохнула.

— Ненавижу, когда они уезжают, — сказала она.

— Я знаю, — ответила Айлин.

И этого было достаточно.

Машины уехали почти сразу после тренировки.

Остальные разошлись по домам и квартирам, и каток снова стал пустым.

⸻

Параллельно сезон постепенно входил в привычный режим.

Айлин возвращалась к учебе в университете, где дни становились длиннее и более разрозненными: лекции, задания, дорога, редкие сообщения от друзей. Каток оставался частью её жизни, но уже не единственной.

В группе Арутюняна тренировки становились плотнее. Рафаэль Арутюнян всё чаще требовал повторений, чистоты, стабильности. Ошибки не задерживались в воздухе — их сразу исправляли и двигались дальше.

Илья Малинин тренировался заметно жестче, чем летом. Он меньше говорил, быстрее начинал элементы и дольше оставался на льду после всех. Виктор Эванс и Роман Скорняков иногда переглядывались, но ничего лишнего не обсуждали — просто принимали этот ритм.

Домой возвращались поздно.

Город уже привык к их графику: свет на катке гас позже остальных зданий, а утро начиналось раньше, чем хотелось.

И где-то между тренировками и дорогой домой сезон окончательно закрепился.

Не резко.

Просто стал реальностью.