пролог

Сандра.

- Что вы почувствовали, когда узнали о смерти Кристины? - Я была опустошена, - мой голос казался мне чужим. В холодной допросной я почти тряслась от холода (может, не только от него). Мои глаза уставились на запертую дверь, и, я, не моргая, думала, что за ней меня ждет спасение, - эта новость была... как удар под дых.- Связывались ли вы после этого с вашими с Кристиной общими друзьями? – мужчина, который меня допрашивает, словно я могу быть подозреваемой, кажется мне не совсем приятным. Он выглядит как один из тех, кого я обычно сторонилась в метро, когда была в Лос-Анджелесе.- Да, я писала им. Честно говоря, мы мало общались эти два года после выпуска. Столько навалилось дел и забот...

Брайан.

- Вы – единственный из друзей Кристины, кто остался в городе после вашего совместного выпуска из школы, так? Не считая вашего друга Чеда, который изредка здесь появляется, – этот тип меня раздражает. Я сижу здесь, в их тесной, вонючей допросной, как человек, который мог бы убить свою лучшую подругу.- Да, - выдавливаю я, с трудом сдерживая свои негативные эмоции. Две недели назад я узнал о смерти подруги моего детства, и вот теперь они, не дав мне опомниться, притащили меня сюда, подозревая в убийстве!- Когда в последний раз вы виделись с ней? – я тоже не нравлюсь ему. Это легко определить по тому пренебрежительному взгляду, которым он покрывает меня и татуировки на моих руках.- В начале апреля.- Были ли между вами ссоры в последнее время перед ее смертью? - Нет, - интересно, как дорого мне может обойтись эта ложь?

Чед.

- Появлялись ли вы в Гринделе этой весной? - Да. Вообще-то я живу здесь, - стараюсь говорить с детективом своим самым простецким тоном, и не потому, что скрываю что-то. Мне нельзя портить репутацию судебными разборками, - но из-за спортивных мероприятий вынужден постоянно скитаться по разным штатам.- Почему вы дружили с Кристиной? Почему были частью компании ее друзей? Сразу после смерти Кристины в ее сумке нашли телефон, где, к моему удивлению (и, наверное, не только моему), был закреплен чат нашей компании, который еще с девятого класса назывался «Smart kids create big dreams». Фраза, где каждое слово начинается с первой буквы имени каждого из нас. Мы придумали ее как-то раз, тусуясь у меня дома.- Почему вы спрашиваете? - Многие из опрошенных нами до вас выпускников того года были удивлены тому, что вы были частью компании Кристины.Конечно, я понимаю почему. Этот факт лезет отовсюду, он въелся в мою жизнь красным несмываемым пятном. Но я почему-то решил тогда, в пятом классе, когда мы все только познакомились, что общество уже давно вышло из стадии средних веков, и всем должно быть плевать на то, сколько денег у твоей семьи. Но нет, - все в школе удивлялись тому, что я приглашаю друзей в Особняк-Мечты поиграть в Икс-Бокс и есть чипсы на диване.

Дэн.

- Были ли у Кристины недоброжелатели? – этот вопрос выбивает меня из колеи. Этим детективам словно абсолютно плевать на то, что им уже удалось «нарыть» на Кристину. Разве у такой девушки, как она, могли быть недоброжелатели? - Не думаю, - я слегка встряхиваю головой, чтобы освежить мысли, а после делаю глубокий вдох. Отличная методика, чтобы убирать лишнее из головы.- Мы нашли в телефоне Кристины входящие видео-звонки от вас. О чем вы тогда общались? – это было в начале мая. Отлично помню этот день, но не для того, чтобы делиться этим с полицией. В тех разговорах не было ничего примечательного.- Ни о чем особенном. Ну знаете, это те разговоры ни о чем перед сном, когда нужно расслабить мозги. - Перед сном? Некоторые звонки были дневными и утренними.Черт, мне стоило научиться врать, прежде чем идти на полицейский допрос.