Глава 30: В панике и безысходности

Я заметил, как Марина отошла от всей этой толпы, словно пытаясь скрыться от всего, что происходило вокруг. Она вела себя не так, как обычно — её лицо было слишком спокойным, без того огня в глазах, который я всегда видел. Я не знал, что случилось, но продолжал за ней следить, что-то настораживало. Тогда я увидел, как Лера подала ей бокал.

Я помню этот момент до мелочей. Мы сидели у костра — тихо, спокойно, вокруг смех, разговоры, а я просто наблюдал. У меня давно уже был этот внутренний тумблер: если что-то идёт не так — я это чувствую. Моя малышка сидела чуть в стороне, улыбалась, что-то рассказывала. Лера подошла с бутылкой, якобы просто подлить вина. И вроде бы ничего подозрительного, но её взгляд... слишком скользкий, слишком выверенный.

Я перевёл взгляд на руки — и всё понял. Движение было коротким, но я заметил, как она пальцем будто стряхнула что-то в стакан. Внутри всё сжалось. Я не дал ей и секунды.

— Эй, — сказал я, вставая. — Что ты туда кинула?

Она аж вздрогнула, но быстро натянула улыбку:

— В смысле? Ты чё, с ума сошёл? Просто вино хотела налила.

Марина уже тянулась к стакану, и я в ту же секунду выбил его из её руки. Стекло разбилось о камень, вино растеклося по земле. Она испуганно посмотрела на меня — не понимая, что происходит.

Я шагнул ближе к Лере, сжал челюсти:

— Ты думала, я не увижу?

Она сделала шаг назад, глаза заметались.

— Дима, ты всё не так понял... я просто...

— Просто что?! — перебил я. — Подсыпаешь людям дерьмо в бокалы?

Костёр тихо потрескивал, и все вокруг замолчали. Марина сидела в растерянности, а я чувствовал, как внутри всё горит — не от злости даже, а от страха. От мысли, что если бы я на секунду отвернулся — она бы выпила.

Потом я просто развернулся, взял Марину за руку и увёл подальше от всех. Мне хотелось только одного — чтобы она была в безопасности.

— Дима, — она споткнулась на полуслове, — что происходит? Я не понимаю... что случилось? Почему ты так себя ведёшь?..

Я открыл дверцу машины, усадил её внутрь. Вдохнул. Стиснул зубы.

— Ты что, не видела? — я посмотрел ей прямо в глаза. — Она тебе подсыпала что-то в бокал. Я чётко это видел. Если бы не я... — сжал руль так, что побелели костяшки. — Я даже не хочу знать, как всё бы закончилось.

Марина просто сидела, бледная, молчала. Глаза расширенные — шок, полное непонимание. Я видел, как у неё всё внутри трясётся, но слов нет.

— Сиди здесь. Не выходи. Я быстро. — я закрыл дверцу, глубоко вдохнул и развернулся.

Пока подходил обратно, к нам уже подбежали Ксюша и Лиза, суетились, что-то спрашивали. Я их даже не слышал. Только одно крутилось в голове — зачем она это сделала.

Я пошёл к Лере. Стояла в стороне, с видом «ни при чём».

— Ты совсем ебанулась? — выдохнул я, глядя на неё.

Она даже не моргнула.

— Ты о чём вообще? — сделала вид, что не понимает.

Тут подошёл Макс, её парень.

— Э, ты что творишь? — сразу полез с претензиями. — Чего ты на неё орёшь?

Я повернулся к нему спокойно, хотя внутри всё кипело.

— Слушай, Макс, ты лучше за своей девушкой следи, за тем, что она делает. Она только что подсыпала что-то в бокал моей девушки. Я это видел своими глазами.

Он застыл. Реально не знал, что сказать. Смотрел то на меня, то на Леру, и лицо у него стало каменным. Макс стоял секунду, будто не веря в то, что услышал. Потом резко повернулся к Лере.

— Ты опять за своё? — голос его взорвался, сорвался на крик. — Я тебе сколько раз говорил — не употребляй эту дрянь! Зачем ты вообще её людям предлагаешь, а?!

Лера отшатнулась, глаза расширенные, но не от испуга — от злости.

— Не ори на меня при всех, — прошипела она. — Я ничего ей не делала!

— Да заткнись, — рявкнул он, хватая себя за голову. — Сколько можно одно и то же, Лера? Ты же обещала!

Толпа уже начала оборачиваться, кто-то шептался, кто-то снимал на телефон.

Я просто стоял, смотрел на это, чувствуя, как всё во мне кипит, но лезть дальше смысла не было.

Макс развернулся ко мне.

— Темный, извини, — сказал уже тише, с тяжёлым дыханием. — Я с ней сам разберусь. Пожалуйста, не кипишуй, главное, что ничего плохого не случилось.

Я пару секунд просто молчал. Злость кипела, но в глазах Макса читалось — он реально не знал, что делать. Не отмазка, а растерянность. Я только выдохнул, коротко кивнул.

—Хорошо. Я дам право Марине решить что с ней будет дальше — буркнул я и пошёл обратно к машине.

Пока шёл, слышал, как он за спиной снова на неё наехал:

— Ты понимаешь, что могла человека угробить, дура?!

Но мне уже было всё равно. В голове крутилась только одна мысль — моя малышка. Она сидела в машине, обхватив колени, глаза — мокрые, губы дрожат. Я подошёл ближе, постучал в стекло. Она вздрогнула.

— Всё, — тихо сказал я, садясь за руль. — Поехали отсюда.