Когда его мир коснулся её двери

ЭМИЛИ

Я не ждала его. Точнее — старалась не ждать.

Но когда слабый стук прозвучал в дверь, моё сердце сорвалось так, словно знало раньше меня.

Я открыла — и увидела его.

Винни стоял на пороге, будто весь мир только что прошёлся по его плечам. Нет маски холода, нет ледяной дистанции. Только усталость. И что-то страшно человеческое в глазах.

— Можно...? — тихо спросил он.

Я кивнула и отступила назад.

Он вошёл так, будто боялся задеть воздух. Осмотрелся — быстро, автоматически, словно оценивая безопасность. Это движение — оно было не чужим ему. Привычным.

— Ты в порядке? — спросила я.

Он посмотрел на меня долго — будто убеждался, что я действительно здесь, живая, целая.

— Сейчас — да, — произнёс он, и эта пауза перед "да" обожгла.

Я жестом предложила ему присесть, но он продолжал стоять, как хищник, не умеющий расслабляться.

— Ты сказала, что расскажешь, — напомнила я. — О себе. О том, кто ты.

Он закрыл глаза на секунду — всего на секунду, но этого хватило, чтобы понять: он боится. Не за себя.

За меня.

— Эмили, — начал он негромко, — то, что я скажу... не отменится. И не забудется.

— Я хочу услышать.

Он шагнул ближе, ослабляя ворот рубашки — будто внезапно стал слишком горячим.

— Меня зовут Винченцо Хакер. То, что ты слышала — про "Хакера", про мафию... это не слухи.

Я не шелохнулась. Он продолжал:

— Я — тот, с кем лучше не пересекаться. — Уже поздно, — ответила я.

Он чуть усмехнулся — устало, безрадостно.

— Да. Поздно.

Он сел на край дивана, руки сцепились, будто сдерживая дрожь ярости или беспомощности — я не могла понять.

Я шагнула ближе. Он поднял глаза — и в них была не угроза, а боль.

— Тебе нужно знать, — произнёс он, — что в моём мире люди рядом со мной... они становятся мишенью. Потому что я — самый удобный рычаг давления.

Сердце кольнуло.

— И после того, как я... — он замолчал, будто слова застряли, — ...после того, как я позволил себе быть рядом с тобой... я понял, что уже не могу остановиться.

Он смотрел на меня так, будто я была чем-то невозможным.

— Я не должен был возвращаться. — Но вернулся, — шепнула я.

Он закрыл глаза.

— Да.

Тишина сгустилась, как туман.

И вдруг — тр-р-р-рк.

Звук телефона на столике ударил по тишине, как выстрел.

Мы оба вздрогнули.

Я посмотрела на экран.

Номер неизвестен. Сообщение одно. Без текста.

Только фотография.

На ней — я. Сегодня. Пять минут назад. С сумкой в руке, когда я возвращалась домой по лестнице.

Моё дыхание рванулось.

— Винни... — голос сорвался.

Он встал мгновенно, выхватил телефон из моих пальцев — не грубо, а резко, инстинктивно.

Его лицо изменилось. Застыло. Окаменело.

— Чёрт, — выдохнул он.

— Это... кто? — я едва дышала.

Он смотрел на экран, и по его глазам проходило что-то ледяное и убийственное.

— Они уже рядом, — произнёс он глухо. — Быстрее, чем я думал.

— Ты хочешь сказать... меня фотографировали? Следили за мной?

Он поднял взгляд — и впервые я увидела в нём настоящий страх. Не за себя.

— Эмили, — он подошёл, взял моё лицо в ладони. — Ты понимаешь теперь, почему я держал дистанцию?

Я сглотнула.

Он продолжил, почти шёпотом, но с хищной сталью в голосе:

— Потому что рядом со мной ты — самое уязвимое место в этом городе.

Он провёл большим пальцем по моей щеке, будто успокаивал — хотя сам выглядел так, будто готов кого-то разорвать.

— Я не позволю им подойти ближе, — сказал он тихо. — Никогда.

И это "никогда" прозвучало как присяга.

ЭМИЛИ 

Он держал моё лицо в ладонях, и впервые за всё время я увидела — не только холод, не только силу... а отчаянное желание защитить.

Он стоял так близко, что я чувствовала тепло его кожи. Но в его руках была дрожь. Скрытая. Сдержанная.

— Ты поедешь со мной, — сказал он резко.

— Куда? — шёпотом.

— В безопасное место.

Я шагнула назад.

— Я не могу просто так уйти из своего дома! — Эмили, — он сделал шаг следом, — если они пришли за тобой... они не остановятся.

— Кто "они"? — спросила я, хотя уже чувствовала: ответ мне не понравится.

Он выдохнул. Тяжело. Словно собирался сказать самое ненавистное слово на свете.

— Конкуренты. Те, кто хочет моего падения. — Но... почему я? — Потому что я допустил ошибку. — Его пальцы сжались. — Я подошёл к тебе слишком близко. Дал им повод использовать тебя против меня.

Эти слова ударили больнее, чем ожидала.

— То есть... я — слабость? — Нет, — он резко поймал мой взгляд. — Ты — то, что я не могу потерять.

Я замерла.

Но он продолжил:

— А то, что нельзя потерять... в моём мире пытаются сломать первым.

Внутри всё сжалось.

И тут — тр-р-р-рк.

Ещё одно сообщение.

На моём телефоне.

Экран мигал. Руки задрожали.

Винни взял телефон быстро, как оружие.

Номер тот же. Фотография — другая.

Теперь — крупный план моей двери. Сделан всего секунды две назад. Чёткий. С холодным, ровным фокусом.

И под ним текст:

"Передай ему, что мы ближе, чем он думает."

Я почувствовала, как воздух вышел из лёгких.

Он посмотрел на меня — и в этот момент что-то в нём сломалось. Или сорвалось.

Он подошёл так близко, что его дыхание коснулось моей щеки.

— Я заберу тебя отсюда. Сейчас же.

Я покачала головой — почти машинально.

— Я... боюсь. — Я с тобой, — ответил он мгновенно. — Никто не сделает тебе больно.

Он коснулся моей руки — мягко, осторожно, будто боялся, что сейчас я распадусь на части.

— Пожалуйста, доверься мне, — прошептал он. — Я знаю, что делаю.

Я смотрела на него дрожащим, разорванным изнутри взглядом.

И впервые в своей жизни спросила:

— А кто ты, Винни? На самом деле?

Он закрыл глаза. Медленно. Будто этот вопрос — удар. Но он выдохнул и произнёс:

— Тот, кто слишком поздно понял, что ему есть кого бояться потерять.

Эти слова... они прошли по мне как ток.

Он взял моё пальто, накинул мне на плечи. Движения были аккуратные, почти нежные — но в них чувствовалась сила человека, который привык отдавать приказы, спасать, решать.

Он уже тянул меня к двери, как вдруг — он остановился.

Винни резко повернул голову к окну. Глаза сузились. Он услышал то, что я — нет.

Он подошёл к окну бесшумно. Сдвинул жалюзи двумя пальцами.

И замер.

— Что там? — прошептала я.

Он обернулся медленно. Лицо было каменным.

— Машина. Чёрная. Без номеров.

Холод прошёлся по моей коже.

Он вернулся ко мне быстро, взял моё лицо ладонями — уже крепче, уверенней.

— Эмили, — голос стал низким, твёрдым, — сейчас ты пойдёшь за мной. Не оглядывайся. Не говори. Просто держись рядом.

— А если... — Никаких "если". — Его лоб коснулся моего. — Я вытащу нас обоих.

Я не знала, насколько это правда. Но его руки... их сила... их дрожь... всё говорило: он сделает это, даже если ему придётся разорвать мир напополам.

— Готова? — спросил он тихо.

Я вдохнула. И впервые не почувствовала темноты рядом с ним. Только — странное, сводящее с ума чувство безопасности.

— Готова, — ответила я.

Он провёл пальцами по моему виску — короткое, почти невольное движение. Слишком тёплое. Слишком живое.

— Тогда не отпускай мою руку, — сказал он. — Что бы ни случилось.

Я вложила ладонь в его. И впервые за эти дни подумала:

Я попала в беду. Но, может быть... в правильную.