Ивиса

Я лежала на полу, чувствуя, как моя грудная клетка делает последние толчки.Каждый вдох давался тяжелее предыдущего.Пальцы судорожно подёргивались, будто всё ещё пытались за что-то ухватиться.За жизнь.За надежду.Только сейчас, лёжа в луже собственной крови и глядя в тёмный потолок, я наконец поняла одну очень смешную вещь.Я умираю не от того, чего боялась больше всего.Не от пули.Не от своих ошибок.Я умираю от любви.С губ сорвался тихий смешок, больше похожий на хрип.— Какая же ирония.Всю жизнь я убегала от опасности, а в итоге меня догнало совсем другое .

За открытой дверью гулял ветер.Шторы поднимались и опускались, словно кто-то невидимый проходил мимо.На улице собиралась гроза.Первый раскат грома прокатился где-то вдали, лунный свет пробивался сквозь окна, освещая комнату бледным серебром.Именно тогда я его увидела.На втором этаже, сквозь пелену перед глазами был виден лишь силуэт.Он стоял возле перил и смотрел на меня сверху вниз, я не могла разглядеть лицо, не могла понять, кто это.

Пальцы снова дрогнули.Только сейчас я заметила, что всё ещё что-то сжимаю в ладони, что-то маленькое, холодное.Я попыталась крепче сжать пальцы, но сил уже не осталось.Ладонь медленно разжалась.Шахматная фигурка выскользнула из руки и с тихим стуком ударилась о мраморный пол.

Ферзь.

Он покатился по полу, сделал несколько кругов и остановился.Я смотрела на него, чувствуя, как перед глазами всё начинает расплываться.

Семь месяцев ранее...

Я не люблю зеркала.Наверное, это странно.Большинство людей спокойно смотрят на своё отражение, поправляют волосы, красятся, делают селфи.А я иногда смотрю на себя и чувствую, будто вижу незнакомку,особенно в плохие дни.Сегодня был именно такой день.— У вас красивое имя, — говорит женщина напротив меня.Я поднимаю взгляд.Самолёт слегка трясёт в воздухе, а за окном только темнота и редкие огни где-то далеко внизу.Мы летим уже почти три часа.И всё это время она пытается заговорить со мной.— Спасибо, — отвечаю я.Хотя своё имя я никогда особо не любила.Элира....странное имя,тяжёлое.Меня назвали в честь бабушки.Террористки.Ну... технически в старых статьях её называли революционеркой, но люди любят красиво переименовывать насилие, если оно приносит деньги.А деньги оно принесло.Очень много.Моя семья вообще обожала делать вид, что у нас «уважаемое происхождение», фондовые рынки, винодельни, благотворительные вечера.Люди в дорогих костюмах.Улыбки для камер, и ни слова о том, сколько грязи стояло за всем этим.

Хотя забавно.Если верить интернету, имя Элира означает «свобода».Свобода.Смешное слово для человека, который никогда полностью себе не принадлежал.

Женщина снова улыбается.— Вы летите домой?

— хм Домой.Я отворачиваюсь к окну.Под нами только чёрное море и огни острова вдали.— Вряд ли.Она тихо смеётся, будто я пошутила.Но я не шутила. Самолёты всегда странно действуют на мою голову.Иногда мир становится слишком чётким, я  начинаю замечать всё: как дрожат чужие руки,как пахнет кофе через несколько рядов,как мужчина возле прохода нервно стучит пальцами по подлокотнику,как мигает лампа над выходом.Будто мозг внезапно выкручивает резкость на максимум.

Пару месяцев назад психотерапевт сказал, что это реакция на стресс.Потом спросил:— Часто теряете время?Я соврала и сказала:— Нет.Потому что люди начинают бояться тебя, когда ты отвечаешь честно.Иногда я не помню целые вечера,иногда просыпаюсь и не понимаю, почему нахожусь именно здесь.А иногда мне кажется, что внутри меня живёт несколько разных людей.Одна часть меня хочет спрятаться от всего мира.Вторая — уничтожить его первой.А третья...третья вообще ничего не чувствует.Самое страшное —я уже не знаю, какая из них настоящая.

Самолёт начинает снижаться.Ивиса появляется внизу золотыми огнями.Семь лет.Я не была здесь семь лет.Но некоторые места всё равно остаются внутри тебя, даже когда ты уезжаешь.Особенно если там похоронено твоё детство.Когда мне было пятнадцать, семья де Эстейн почти развалилась за одну ночь.Скандалы.Деньги.Смерти, газеты тогда сходили с ума.

«Золотая семья острова».

Боже.

Люди так любят красивые названия для чужих катастроф.И вот посадка Аэропорт почти пустой, я медленно иду по длинному коридору, катя за собой чемодан. Белый свет режет глаза, а от кондиционеров тянет холодом.Ивиса встречает меня влажным ветром и запахом моря.

Конечно.

Странно, как место может одновременно бесить тебя и заставлять скучать по нему.Семь лет прошло, а здесь даже запах не изменился.Море,бензин, дорогие духи, сигареты.У этого острова вообще талант делать вид, что здесь всё красиво и спокойно.

Хотя это ни хрена не так.

И среди всего этого я почти сразу замечаю Люциана.Сложно его не заметить.Он стоит возле чёрной машины, весь в чёрном.Высокий.Даже слишком, тёмные волосы стали длиннее, чем раньше, а взгляд... господи, его взгляд вообще не изменился.Спокойный.Но такой, от которого автоматически хочется говорить только правду.Мы знакомы почти всю жизнь.Его мать дружила с моей бабушкой ещё задолго до моего рождения, поэтому Люциан постоянно появлялся в доме де Эстейнов.Мне было лет 10 , когда я впервые увидела его.Ему — пятнадцать.Помню, как тогда спряталась под огромным столом во время очередного семейного ужина, потому что ненавидела шум и чужие голоса, и именно Люциан молча сел рядом со мной прямо на пол.Без вопросов, без сюсюканья, без этого раздражающего:«Ну что случилось?»Просто сидел рядом.Наверное, именно тогда я начала ему доверять, хотя, если честно, это тоже было странно....

Когда мне было 10 , я думала, что Люциан самый нормальный человек в доме де Эстейнов.Потом выросла и поняла:просто остальные были ещё хуже.

Он поднимает голову и смотрит на меня.Несколько секунд ничего не происходит.Вообще ничего.— Ты выросла, — говорит он наконец.Я фыркаю.— Слава богу, а то в двенадцать я выглядела как испуганный воробей.— Сейчас тоже иногда похожа.— Вот это уже обидно.Угол его губ дёргается.Почти улыбка.Редкость.И почему-то от этого внутри становится чуть спокойнее. Люциан подходит ближе и забирает мой чемодан.Без вопроса,как всегда.— А ты всё ещё слишком много на себя берёшь, — говорю я.— А ты всё ещё слишком мало спишь.Я щурюсь.— Ты сейчас серьёзно пытаешься анализировать меня?— Нет, — спокойно отвечает он. — Просто у тебя лицо человека, который либо не спал, либо убил кого-то по дороге.— Может, и то и другое.— Тогда добро пожаловать домой.Я тихо смеюсь.И на секунду всё правда становится легче.Совсем чуть-чуть.

Мы идём к машине, и только сейчас я замечаю, насколько он изменился.

В детстве , Люциан казался просто старшим другом семьи.Сейчас...сейчас он выглядит как человек, которого лучше не злить.Широкие плечи.Тёмная одежда.Спокойные движения.И этот взгляд.Господи, его глаза всегда были самой страшной вещью в нём, потому что Люциан смотрел на людей так, будто заранее знал, чем они закончатся.

Он открывает передо мной дверь машины.— Какой сервис, — говорю я, садясь внутрь.— Не привыкай.— Поздно.Он тихо хмыкает и садится за руль.Несколько секунд мы едем молча.Я смотрю в окно, ночной остров проносится мимо огнями клубов, пальмами и дорогими виллами.— Ну? — вдруг говорит Люциан.— Что «ну»?— Ты собираешься рассказать, зачем вернулась?Я медленно поворачиваю голову.— А ты собираешься сделать вид, что тебе всё равно?Пауза.Он смотрит на дорогу.— Нет.Честно, как всегда.Я отворачиваюсь обратно к окну.— Тогда считай, что мы оба пока без ответов.Машина останавливается на светофоре, красный свет скользит по его лицу.И почему-то именно сейчас по коже пробежали мурашки

Не из-за острова, не из-за прошлого.Из-за мысли, которая внезапно появляется в голове:если Люциан всё ещё рядом спустя столько лет...значит,что-то действительно идёт очень неправильно.