Принять и отпустить?

"Если у тебя хватит смелости, Что бы сказать «прощай», жизньнаградит тебя новым «привет»".

Белые смятые простыни, небрежно лежащее на полу одеяло и одежда неподалеку. Тэхен стоит на четвереньках, хватается за подушку, пальцы скользят по шелковой ткани наволочки, из уст издается хрип, лицо краснеет от сильного притока крови к голове, вызываемое веревкой на шее, которое наносит удушье при помощи больших и сильных рук. Звон в ушах очень громкий, но не на столько что бы парень не слышал биение собственного сердца, и шлепки двух тел. Острых ощущений очень много, как приятных так и болезненных, но в этом он и находит истинное удовольствие. Горло наконец освобождается от удушающей хватки, но Тэхен не успевает в полной мере вдохнуть, так как сзади его начинают жестоко и беспрерывно трахать, как-то по животному. Поэтому все что ему остаётся, это стараться вновь кое как наполнить лёгкие воздухом, делая короткие вздохи, в промежутках между стонами, которые как не старайся, не получается сдержать, потому что те рвутся на ружу, от переполняющей тело боли, адреналина, крепкой, даже саднящей хватки на талии, и все это в перемешку с удовольствием. Эдакий горький коктейль, с нотами сладости, и временным забвением, утопание в чувствах самообмана. Из уст снова вырывается очередной жалобный стон, в ответ на резкое проникновение, отдающее покалыванием где то в нижней части позвоночника, после чего мужчина позади резко останавливается, и парень протяжно мычит, зажмуриваясь. Руки подкашиваются, и Тэ туловищем падает на подушку, утыкаясь в нее лицом.

- Ты издеваешься? - слышится поверхностный тон, и Тэхен по началу думает что это адресовано ему, пока строгий голос не задаёт очередной вопрос, - Что ты тут забыл, присоединиться хочешь?

И шатен поворачивает голову, обнаруживая сквозь пелену выступивших слез Чонгука, чей взгляд внимательный, но такой пустой, безразличный, устремлённый только на него. Тэхен стыдливо поджимает губы, садится на колени, глаз отвести не силах, хоть и очень хочется, какое-то время они продолжают смотреть друг на друга, пока второй не разворачивается, и не уходит, так ничего и не сказав. Тэхен знает, что это значит, знает что знаменует такое молчание, затишье - перед бурей. И по личному опыту, он понимает, что эту бурю нужно остановить, иначе после, последует очень много страшных и необдуманных поступков и действий, о которых жалеть будут все.

- Наглец , ничто не исправит. - недовольно шикнув, произносит мужчина, и уже хочет заломить парню руку и нагнуть, как тот высвобождается и останавливает, повернувшись лицом. - Позволь поговорить с ним. - умоляюще просит он. В ответ строгий взгляд, глаза в которых мелькают тени восстающих в голове вопросов, которые остаются не озвученными, и слабый кивок, после которого мужчина садится на край кровати беря с тумбы пачку сигорет, и закуривает. Тэхен тут же спрыгивает с кровати, ныряет в чужой, огромный для него халат, на спех повязав пояс на талии, и босыми ногами, быстрым шагом мчит в сторону выхода, скрываясь за дверью комнаты. Теперь уже не торопится, прохлада зала немного отрезвляет раскаленный мозг и тело. Он не спеша поднимается по ступенькам в уже знакомую комнату, в которой не раз уединялся с Чоном пока его отец был на работе, на то время они встречались. Парню страшно, он бы хотел избежать подобной встречи, и таких жестоких не столь для него, сколько для Чонгука, обстоятельств. Он давит на ручку двери, бесшумно заглядывает в комнату из щели, и замечает что в ней пусто. Тэхен проходит внутрь, взгляд падает на одиноко лежащий телефон с наушниками, он осматривается, и все здесь уже как чужое, не такое уютное как раньше, другое, сложно объяснить. Проходя дальше, к окну, и заглядывая в него, взгляд натыкается на одиноко сидящую фигуру в саду. Тэхен тяжело вздыхает. Осознавая насколько же всё-таки Чонгук ещё чист и непорочен душой и разумом, добр и восприимчив ко всему, раним, легок в своих мыслях, и учтив в своих действиях, именно поэтому Тэхену рядом с ним не место. Он слишком испорчен, его потёмки души слишком извращённы и темны для этого светлого человека, изувеченный и обезображенный жизнью, Чону такое не нужно. Рядом с ним, Тэ всегда было мерзко от самого себя. Темная ночь казалось пробирала своим холодом саму душу. Луна пряталась среди туч озаряя время от времени город затаившийся в темноте. Густой туман будто крался меж деревьев, медленно подступая к одиноко сидящей на скамье фигуре.

- И как долго ты собираешься убегать? - Чонгук вздрагивает от голоса звучащего позади, его накрывает удивление и ступор, но он не оборачивается. - Ей богу Гуки, ты словно ребенок. - Пожав плечами и издав смешок, будто бы не в чем не бывало, юноша подходит ближе и становится на против.Чонгук сидит с опущенным взглядом, и в глаза ему тот час же бросаются босые, мокрые от росы и подрагивающие от холода ноги. При других обстоятельствах брюнет возможно бы подхватил уже парня на руки, прижимал к себе, расцеловывал и опалял горячим дыханием чтобы согреть, унес в дом, чтобы уложить в свою постель и прижаться к его холодному телу. Но не теперь, когда его парень даже не сказав ни слова, не дав понять что все кончено и что отношения их обрываются безвозвратно, просто отдался его отцу, без объяснений, без извинений, и банальных прощаний, просто поставил перед фактом. Чон никогда бы и думать не думал что достоин такого обращения. Что с ним в принципе так поступят, и что это будет именно Тэхен. Подобных мерзостей он всегда мог ожидать от отца, но чтобы от Тэхена. Для юного Гука это было равносильно пулей в спину от самого близкого, в ком он видел целый мир, и с которым грезил о прекрасном будущем.

- Боюсь на этот раз наша ссора завершилась не совсем удачно. Я понимаю, для тебя это скорее всего шок, и уверен что ты наверняка меня ненавидишь, но...

- Стой. - Тэхена прерывают. - Зачем ты мне это говоришь? Совестливо стало? - Брюнет поднимает свои темные глаза, смотрит пронзительно, даже как то удушающе, от этого взгляда словно внутри Тэхена скручивает органы, Гук никогда так раньше ни на кого не смотрел, таким Тэхен его видит впервые.

- Ты..Не понимаешь. - Запинаясь произносит Тэ, его губы вздрагивают и тут же поджимаются, почему то себя сейчас он чувствует слишком уязвимым, он бы никогда не подумал что будет так себя ощущать рядом с ним, с человеком который всегда казался ему самым светлым и самым добрым, безобидным и ласковым. Сейчас от этого человека будто не осталось и следа, лишь мертвый, холодный взгляд, полный ненависти и отрешительности, и этот тихий грубый голос. Тэхен считал правильным уйти от Гука чтобы не портить его, но кажется, что он наоборот лишь только сделал хуже.

- Значит я в твоём представлении наивный и глупый. Чего я не понимаю? - Он медленно встаёт, не поднимая головы, юноша на против словно прирос к земле, как жалкий грызун загипнотизированный змеем.

- Что ты Чертов мазохист? - С этими словами Чон схватил Тэ обеими руками за горло, от чего тот в нескрываемом удивлении расширил глаза хватаясь за руки парня и пытаясь их оттолкнуть, да вот только хватка была такой крепкой, что у того ничего не выходило кроме как барахтаться в чужих руках.

- Извращенец который наслаждается когда с ним обращаются как со скотиной. - Чонгук начал давить весом на худое, продрогшее тело, чувствуя как под его напором парень медленно оседает в низ. - Должно быть ты очень стыдишься этой свой жалкой сущности, и тебе на столько от себя мерзко, что ты предпочитаешь отдаться просто какому то ублюдку чем открыто заявить о своей ничтожности.

С этими словами Тэхен окончательно сдается и падает на колени, чувствуя под собой влажную траву и холодную, сырую землю, из глаз струятся слезы, тело бросает в жар, легкие горят от недостатка кислорода, а кадык кажется сейчас просто сломают, но ему нравится, и от этого осознания он дрожит ещё сильнее, издавая истошные хрипы. Глаза закатываются, Тэ больше не чувствует собственного языка, а может он его уже проглотил? Звон в ушах, и сладостное забвение. Спустя пару минут, то отрубаясь, то снова приходя в себя, он лежал и судорожно подрагивал, хрипло хватая ртом воздух. Попытавшись подняться его голову мгновенно закрутило, и он снова упал на траву. Это было такое невероятно чувство, словно от наркотиков, ему так нравилось что он даже словил оскал и тихо посмеивался сиплым от удушья голосом, будто сумасшедший.- Ты даже обмочился. И кажется одновременно с этим кончил. Так нравится? - Доносится до него голос сверху, будто эхо, а после громоздкая и темная фигура нависает над ним, и он во мгновение ока ощущает колюще-ноющую боль в области плеча. - Оставлю тебе это на память Тэ. - Произнес Чонгук буквально вгрызаясь в чужую плоть, чувствуя как парень под ним взвывает и хватаясь за его плечи сминает его одежду, яро извиваясь, выгибаясь, чуть ли не сходя с ума. Головокружение, пятна и искры перед глазами, этот шум в ушах и абсолютная пустота в голове и острые ощущения в придачу, Тэ сходил с ума. - П-па..жалст..- Умоляюще выл Тэхен, но не мог ничего произнести внятно, он мог лишь биться в конвульсиях, расплываясь от новых ощущений впечатывающихся в его тело зубов, совершенно не замечая как из рта непроизвольно течет слюна, как его халат давно распахнут и весь извалян в грязи и траве, и как Чонгук присунув головку к отверстию входит в него с новым укусом. Тэхена пробирает шок и ужас, внезапное осознание происходящего, когда он начал чувствовать как Чонгук внизу заполняет его.

- Стой, отпу-сти..отпусти...- На мгновение его разум даже прояснился, но резкая пощёчина, которая по ощущениям напоминала удар летящего мяча, заставила его снова ощутить головокружение, и приземлиться лицом на землю, пачкая щеку. И чем сильнее Чон долбил его, тем интенсивнее юноша тёрся о траву и землю, становясь ещё грязнее. Стоны срывались с уст, ноги поджимались, крепкая грубая хватка рук на коже то там то тут, заставляло тело ныть, и это лишь сильнее раззадоривало, хотелось просить ещё, сильнее, но..это ведь Чонгук. Как его милый Гуки которого он знал, сумел стать таким и проявить эту звериную натуру в которой нет и тени той доброты и лёгкости, некой детской наивности, которую Тэ помнит в нём?Ответ напрашивался сам собой, всё-таки Тэхен его испортил, своими действиями лишь сломал, ожесточил и спровоцировал его. Нужно было пропасть из его жизни на совсем, лишь теперь Тэхен это понимает. И самое мерзкое, что он таким Чонгуком сейчас наслаждается как никогда, обвивая его ногами и руками, судорожно кончая и чувствуя как Чон внутри заполняет его спермой в ответ, громко и интенсивно дыша, оттягивая Тэхена за волосы и царапая зубами его шею, и Тэхен плывет. Хочется принять от него всё это на последок, его укусы, его сперму, его слюну, когда он толкается внезапно языком в его рот, прикусывая губу до крови. Принять, прежде чем отпустить, навсегда.