Глава 2

Рафаэль.

С утра меня разбудил, к сожалению, не запах свежесваренного кофе, а трезвон телефона, которому устроили настоящую взбучку в виде миллиона смс, и надоедливый сосед по общежитию - Давид. Как я понял, он ни свет ни заря решил, что я слишком спокойно живу, и врубил музыку на полную, хотя я еще, черт возьми, спал! Этому моднику нужно слишком много времени, чтобы собраться, а для меня самое сложное - только привести в порядок длинные волосы.

Сонно разлепив глаза, я увидел своего ненавистного приятеля, и в него в тот же миг полетела подушка. Однако тот ее словил и даже не почувствовал ни капли сожаления. Только ржал во все горло, пока гладил вещи.

- И тебе доброе утро, спящая красавица, - подмигнул он, а я на это только фыркнул.

- Тебе делать с утра нечего? Выруби музыку!

- Да ладно тебе, Раф. Хорошая музыка.

- Особенно если не знать перевод.

Музыка играла французская, а так как я довольно долго учу именно этот язык, то и перевести ее на английский мне не составляло особого труда. Как я понял, Давида только больше развеселил мой ответ, и он сделал ее еще громче. Казалось, что его не волновало вообще ничего, даже тонкие стены в нашем общежитии, которые, казалось, скоро развалятся под давлением.

Мне не оставалось ничего, кроме как встать с кровати и направиться в душ, что я, собственно, и сделал. Прохладная вода помогла немного взбодриться. Немногим нравился контрастный душ, но меня все устраивало, поэтому жилось мне легче всего, когда отключали горячую воду, в отличие от Давида, который - по его словам - страдал, как бедный мученик.

Даже не знаю, как меня жизнь связала с этим парнем и почему именно он - мой сосед. На всю жизнь запомню, как в первую же ночь в общежитии этот тип привел к себе, или вернее к нам, свою девушку, а потом весь корпус слушал ее стоны.

Я встряхнул головой, отгоняя не самые приятные воспоминания. Когда я вернулся, то увидел Давида, который уже собрался и ждал только меня. Не торопясь, я начал собираться и листать мессенджеры. Именно тогда мой глаз зацепился за источник утреннего шума.

- Хейли меня бросила, - довольно сухо отчеканил я, Давид же, наоборот, более эмоционально.

- Она тебя бросила?! - воскликнул он, запуская руку в каштановые кудри.

Я пожал плечами, словно не испытывая абсолютно ничего от этой ситуации. В целом я ни на что не рассчитывал, потому что Хейли изначально говорила, что не ищет длительных отношений. Предлагала даже секс без обязательств, но для меня это сложно. Слыша подобное, Давид часто называл меня святым, но уж так получилось, что в отличие от него мне важно поухаживать за девушкой.

- Раф, ты как будто вообще ничего не испытываешь, - констатировал парень.

- Я ожидал, что в скором времени она меня бросит, и, если честно, эмоций в этих отношениях я не получил.

Давид фыркнул, говоря что-то вроде, что я зануда, но меня уже это мало волновало. Наконец собравшись, мы отправились на первую пару по праву. Если честно, я уже много раз успел пожалеть о том, что поступил в юридический, потому что душа лежала к искусству. А после путешествия в Париж я тем более начал сомневаться в выбранном факультете, однако это приносит хорошие деньги, в отличие от моих рисунков, которые навсегда останутся в доверху исписанном блокноте.

***

Уже после окончания учебы я отправился на подработку в кофейню. Хоть я и получал полную стипендию, этого мало на что хватало, поэтому пришлось искать выход из ситуации, а кафешка была неплохим вариантом с удобным для меня графиком.

За последние полгода я перебрался с официанта до бариста, поэтому работа стала немного легче, по крайней мере для меня. Было довольно интересно экспериментировать вкусами смотреть на предпочтения людей. Зайдя внутрь светлой кафешки, меня встретил привычный запах кофе, который, казалось, уже въелся в кожу. Внутри я сразу заметил знакомую фигуру и направился прямиком к ней. Все же девушку с ростом пять футов о-о-очень сложно не заметить.

Быстрым шагом подойдя к ней, я сразу потрепал ту по иссиня-черным волосам. Она обернулась и, заметив меня, ее голубые глазки так и засверкали.

- Раф, ну неужели! - воскликнула Лина и обняла меня за шею, едва не вставая на носочки.

Мы обнимались буквально минуту, а после я сел напротив нее. Пока смена моего напарника не закончилась, я мог немного времени уделить ей.

Та принялась мне что-то рассказывать, но в каждом слове я ловил какую-то грусть. Не знаю, как описать это, но когда она счастлива, по ней это видно. А сейчас этого не было, что заставило меня невольно напрячься.

- Лин, у тебя все хорошо? - спросил я, накрывая ее ладошку своей.

Девушка немного помолчала, сжав пухлые губы в тонкую линию, но все же рассказала.

Как оказалось, всему виной было неудачное утро. Не прозвеневший будильник. И идиоты одноклассники. Тогда понятно, почему Лина сама не своя. Одежда помятая и совсем легкая для такой погоды. Я сразу накинул на нее свою ветровку, хоть в кафе и было тепло. Отдельное спасибо готов сказать ее подруге Мэллори, которая помогла ей сегодня. Сама Лина много раз говорила, что она ей как сестра, а я - как брат, хотя мы знакомы каких-то жалких полгода.

От разговора меня отвлек мой напарник, чья смена уже закончилась. Я нехотя встал и принялся за работу, однако в первую очередь мне хотелось позаботиться о подруге, которая, пока шла сюда, скорее всего, замерзла. Но даже если нет, я надеюсь, что сладкое ей поднимет подпорченное настроение.

Я не знал, что именно ей нравится, потому что чаще всего она заказывает абсолютно разные десерты, поэтому ориентировался на свой вкус и взял для нее малиновую тарталетку и чай.

Когда новая официантка принесла ей заказ, я увидел, как она буквально засияла, а потом подошла ко мне и прошептала:

- Вы всегда делаете подобные презенты для посетителей? А то я к вам буду заходить еще чаще.

- Только для особых девушек, на чье грустное лицо я просто не могу смотреть, - я улыбнулся, а она встала на носочки и поцеловала меня в щеку, окутывая легкие своим сладким цветочным ароматом.

В такие моменты мне становилось страшно. Что, если я перейду грань дозволенного? Если вдруг эта дружба перейдет в нечто большее именно с моей стороны. У нее есть любящий парень, который хоть мне и откровенно не нравился, но все-таки был, и я не мог ничего с этим поделать, как бы мне не хотелось, чтобы она его бросила. Даже не знаю, откуда подобное чувство, но понимаю, что оно довольно длительное время теплится в моей груди. Все мое нутро хотело надеяться, что это простая сестринская любовь, но даже я сам не знал, так ли это на деле.

Быстро отстранившись от нее, я принялся делать следующий заказ и старался забыть подобные мысли, выкинуть их из головы, но даже если мозг не помнил, то руки буквально знали. В моменты перерывов, когда заказов не было, а люди не приходили, я садился за рисование. Делал мелкие зарисовки людей, природы, чего-то незамысловатого, но сейчас, глядя на рисунок, я понял, что между ним и Линой подозрительная схожесть. На листе бумаги была изображена молодая девушка. Ее волнистые волосы струились по хрупким плечам и почти доходили до локтей. Большие глаза, обрамленные густыми ресницами, сверкали, как два драгоценных камня.

Совесть буквально грызла меня изнутри, потому что у нее, черт бы его побрал, есть парень, с которым она счастлива, но взять и разорвать этот набросок я не смог, хотя его следовало бы вообще сжечь. А эту девушку выкинуть из моей головы навсегда, но я не мог, это было выше моих сил, и только всевышний знает о моем отношении к Лине, потому что даже я не мог понять.

Ангелина.

Уже вечером, придя домой, я планировала просто лечь спать, однако моим планам помешали. Я уже легла на кровать, готовая закрыть глаза в блаженном сне, как мой телефон зазвонил так сильно, что о всяком сне я могла напрочь забыть. На экране высветилось «Любимый», и я без каких-либо раздумий подняла трубку.

- Да, Джей?

- Привет, шайни. Приходи сейчас на вечеринку к Нику, - раздался низкий голос парня вперемешку с громкой музыкой. По всей видимости, он уже находился у своего друга, имя которого я слышу впервые, и звал меня к себе.

- Я вообще-то планировала спать...

- Я хочу представить тебя всем как свою девушку, - сказал он, и все мои смятения вмиг испарились.

Я быстро согласилась, чуть ли не пища от радости, и принялась сразу же собираться. Джей всегда отнекивался, когда я говорила, чтобы он представил меня как свою девушку, а не подругу. Он постоянно говорил, мол: еще слишком рано, мы всего ничего встречаемся и тому подобное. А я хоть и иногда обижалась, но тоже принимала его позицию.

Наспех я стала искать какое-нибудь платье и остановилась на простом черном на завязках. На ноги туфли, которые я терпеть не могу, но Джею они нравились, поэтому на встречи с ним я старалась их надевать.

Через несколько минут я уже вызвала такси и поехала на нужный адрес. Родители того самого Ника оказались богатыми людьми и уехали на время за город, поэтому частный дом остался на сына, который решил устроить вечеринку с бассейном. У родителей я не видела смысла отпрашиваться, потому что под похмельем они даже не заметят моего отсутствия.

Уже скоро я доехала до большого двухэтажного дома, где меня встретил Джей с распростертыми объятиями. Он звонко поцеловал меня в губы, задерживаясь на них, но когда хотел углубить поцелуй, я отстранилась, неловко улыбнувшись. Тот ничего не сказал, но я знала, как ему не нравилось подобное.

Мы подошли к скопищу каких-то ребят, и Джей наконец всем представил меня. В ответ же на это полетели немного неуместные пошлые комментарии.

- Красотка какая! Джей, брат, она горяча? - улыбнулся какой-то брюнет, который явно был спортсменом.

- Моя Лина - пай-девочка. Все динамит и динамит, - рассмеялся мой парень и поцеловал меня в висок, а мне хотелось провалиться под землю от стыда.

- Да? Я бы такую уже давно уломал... - проговорил другой, облизывая губы.

Джей фыркнул и увел меня подальше от них, за что я, если честно, была очень благодарна.

Оставшийся вечер мы танцевали, пели, а Джей даже уговорил меня выпить с ним, хотя я даже никогда не пробовала и не особо хотела, но обидеть его своим отказом не могла.

Постепенно алкоголь стал затуманивать мой разум, а перед глазами плыло, хотя я выпила совсем немного. Заметив мое состояние, парень увел меня в дом и уложил на диванчик в одной из спален, которая, по-видимому, была родительская комната. Она была большая и просторная, в темных тонах, но перед глазами у меня и так было мутно, поэтому я не обратила особого внимания.

Джей лег рядом со мной. Обнимал, целовал медленно и тягуче, а его руки спускались от поясницы все ниже и ниже, пока не дошли до ягодиц, и, наверное, я бы не обратила на это внимание, если бы он не пошел дальше и не забрался руками под короткую юбку моего платья.

- Джей, прекрати... - выдавила из себя я.

- Шайни, ну ты чего... Я же твой парень, может, хватит меня игнорировать? - улыбнулся он, поглаживая мое бедро без зазрения совести.

- Хватит, пожалуйста... Я... Не могу, - выдохнула я, прикрывая глаза.

Но он меня словно не слышал.

***

Джей не то что не слышал ее, он просто не слушал. Его эго было подбито после слов друзей о том, что его девушка до сих пор ему не дала, поэтому он не медлил и, возможно, даже взял бы Лину силой.

Девушка бормотала что-то невнятное и просила Джея остановиться, что, возможно, и сказалось на нем. Он видел ее беззащитную, но пока не мог действовать в открытую, поэтому поступил иначе. Взяв ее руку, он начал медленно водить ей по паху через плотную ткань джинс, сначала медленно, а потом ускорял темп. Поняв, что девушка в сознании, но не брыкается, он пошел дальше и запустил руку уже под боксеры, водя рукой верх и вниз. Казалось, что он буквально наслаждался ее страданиями. Лина открыла глаза и прикусила нижнюю губу почти до крови.

Парень наслаждался своей небольшой победой, а девушка мечтала провалиться в небытие и забыть этот позор навсегда, однако, как назло, это не получилось. Она понимала все, и ее буквально душило чувство отвращения к себе, которое тошнотой подступало к горлу.

Когда парень дошел до заветной разрядки, он облегченно выдохнул и отпустил Лину, горячо поцеловав ту в шею.

- Ты же знаешь, что ты невероятная, шайни, - жарко прошептал он ей на ухо и устроился рядом, обняв ее за талию.

Наверное, сегодня вся вселенная была против нее, потому что завтрашний день - суббота, и ей придется ночевать в чужом доме с ощущением собственной беспомощности.