Чай с ромашкой

Когда Аня открыла глаза, первые несколько секунд она не понимала, где находится. Перед глазами был незнакомый потолок, где-то тихо гудел холодильник, а в воздухе всё ещё стоял запах кофе. Только спустя мгновение память начала возвращаться. Кофейня. Ночь. Миша.

До открытия оставалось меньше получаса.

— Чёрт...

Сон моментально исчез, но стоило ей повернуть голову, как она замерла.

Миша спал сидя. Голова была неудобно наклонена набок, словно шея потом обязательно будет болеть. Золотистые волосы после сна торчали в разные стороны, делая его каким-то удивительно беззащитным и совсем не похожим на того уверенного парня, который постоянно шутил и спорил с ней про чизкейк. Веки едва заметно подрагивали, а дыхание оставалось ровным и спокойным.

Аня поймала себя на том, что подозрительно долго рассматривает его.

Слишком долго. Гораздо дольше, чем следовало бы.

Лишь спустя несколько секунд она заметила, что вчера вечером на нём была толстовка. Сейчас же осталась только тёмная футболка.

Она опустила взгляд, её ноги были укрыты тем самым худи. Наверное, ночью она замёрзла, и он просто накрыл её. Не разбудив.

В груди что-то дрогнуло. Тихо. Почти незаметно, но достаточно сильно, чтобы она это почувствовала.

Только теперь Аня заметила ещё одну деталь. Его рука всё ещё находилась у неё за спиной. Не обнимала её, не прижимала ближе. Просто лежала там, словно даже во сне он боялся, что она случайно соскользнёт с дивана и ударится.

От этой мысли внутри стало ещё теплее.

Нет.

Даже не теплее. Это было какое-то другое чувство. Странное, незнакомое, не похожее на то, что она испытывала раньше.

Аня смотрела на его лицо, на растрёпанные волосы, на худи, которым он укрыл её ночью, и вдруг поняла, что впервые за очень долгое время проснулась без тревоги.

Она не прислушивалась к шагам за дверью, не думала, в каком настроении сегодня будет Денис, не готовилась заранее подбирать правильные слова, она просто сидела в тишине.

Рядом с человеком, который всю ночь проспал сидя только потому, что не хотел её будить. И от этой мысли сердце почему-то забилось немного быстрее.

Когда Миша наконец пошевелился, Аня поспешно отвела взгляд, будто не рассматривала его последние несколько минут. Он сонно поморщился, потёр лицо ладонью и несколько раз медленно моргнул, пытаясь понять, где находится. Потом посмотрел на неё и слегка нахмурился.

— Сколько времени?— До открытия меньше получаса.— Отлично, - пробормотал он, осторожно разминая шею. — Значит, если я окончательно потерял способность двигаться после ночи на складе, у тебя ещё есть время найти нового любителя американо.

Аня тихо усмехнулась.

— Сам виноват.— Согласен. Но жаловаться мне это не мешает.

Он потянулся и только сейчас заметил своё худи, которым были укрыты её ноги. Несколько секунд смотрел на него, потом перевёл взгляд на Аню.

Аня улыбнулась и покачала головой. За большими окнами постепенно светало, и кофейня уже не казалась такой пустой и далёкой от остального мира, как ночью. Скоро придут первые посетители, включится музыка, зашумит кофемашина, и этот странный момент закончится.

Почему-то от этой мысли стало немного грустно. Миша тоже посмотрел в окно, а потом неожиданно сказал:

— Знаешь, мне кажется, я начинаю привыкать к тому, что ты рядом.

Сказал совершенно спокойно, будто говорил о погоде, но сердце Ани почему-то пропустило удар.

Она не сразу нашла что ответить, и впервые за долгое время её молчание было вызвано совсем не страхом.

После открытия кофейни Миша почти сразу ушёл. Перед этим забрал своё худи, допил кофе и пообещал вернуться к спору про чизкейк позже.

— Это не обещание, а угроза, - проворчала Аня.— Не переживай. Я подготовлю аргументы.— Их всё равно не существует.— Вот увидишь.

И ушёл.

Казалось бы, ничего особенного, обычное утро, но почему-то весь день Аня невольно поглядывала на дверь каждый раз, когда слышала звон колокольчика.

Глупо, она прекрасно понимала, что у человека есть своя жизнь, работа, дела и заботы, но каждый раз сердце всё равно на мгновение ускорялось, а потом снова становилось обычным.

К вечеру она окончательно разозлилась сама на себя за это. Особенно когда поймала себя на мысли, что немного расстроилась.

Смена подходила к концу, ха окнами уже стемнело. Последние посетители постепенно расходились по домам.

Аня убирала чашки со столиков, когда дверь снова открылась. Звякнул колокольчик.

Она даже не сразу подняла голову.

— Мы закрываемся через час, - привычно сказала она.— Тогда я как раз успел.

Аня обернулась, и улыбнулась раньше, чем успела себя остановить. Миша стоял возле двери, стряхивая с куртки снег.

— Ты выглядишь подозрительно довольной.— Нет.— Да.— Нет.— Аня.

Он усмехнулся.

— Ты только что улыбнулась.— Потому что ты опять пришёл спорить.— Конечно.

Он подошёл к стойке.

— И ещё потому что мне нужен кофе.— Тебе не нужен кофе.— Нужен.— Ты пил его утром.— Это было очень давно.

Аня покачала головой и отвернулась к кофемашине, пряча улыбку. Странно, весь день тянулся мучительно долго, но стоило ему появиться, как стало легче дышать. Будто кто-то открыл окно в душной комнате.

Когда до закрытия осталось десять минут, Миша всё ещё сидел за своим столиком. Когда осталось пять — тоже.

Когда Аня перевернула табличку на двери и закрыла кофейню, он всё ещё был здесь.

— Ты домой не собираешься?— Собираюсь.— Тогда почему сидишь?— Жду.— Чего?— Тебя.

Аня замерла. Сердце предательски дёрнулось.

— Зачем?— Хочу убедиться, что ты сегодня снова не устроишь себе ночёвку среди кофейных зёрен.

Она отвела взгляд.

Именно в этот момент улыбка исчезла, потому что вопрос оказался слишком точным. Слишком близким к тому, о чём она сама думала весь день.

Домой не хотелось. Совсем. И Миша, кажется, это понял ещё до того, как она ответила.

— Так плохо? - тихо спросил он.— Что именно? - Аня нервно усмехнулась.— Дом.

Она отвела взгляд. 

За окнами медленно падал снег. В кофейне было тихо. Только где-то в подсобке гудел холодильник.

Ответить оказалось неожиданно сложно, потому что если сказать правду, придётся признать её хотя бы самой себе.

— Не знаю, - наконец произнесла она.

Миша несколько секунд молчал. Не торопил, не пытался угадать, не задавал десяток вопросов подряд. Просто ждал.

— Раньше я любила возвращаться домой, - неожиданно для самой себя продолжила Аня. — После работы, после учёбы, после чего угодно. Было какое-то чувство... будто день закончился.

Она замолчала.

— А сейчас?— Сейчас это просто место, куда нужно прийти. - Аня горько усмехнулась.

Слова вырвались сами. Легко, будто давно ждали возможности быть сказанными.

— Знаешь, чего мне хочется? - продолжила она.— Чего?

Она задумалась.

— Горячий душ.— Хорошее начало. - Миша улыбнулся.— Потом чай с ромашкой, завернуться в плед, и не думать.

Он смотрел на неё несколько секунд. Очень внимательно, а потом тихо сказал:

— Тогда не думай.— В смысле? - Аня вопросительно подняла взгляд.— В смысле, не ищи сложное решение там, где есть простое.

Она нахмурилась.

— Миша...— Нет, подожди.

Он поднял руки, будто заранее сдавался.

— Я не предлагаю ничего странного. У меня есть гостевая комната.— И плед?— Даже два.— Это уже серьёзный аргумент.

Миша рассмеялся. Аня тоже улыбнулась, но внутри всё равно появилась тревога, потому что предложение звучало слишком правильно.

Слишком безопасно, слишком похоже на то, чего ей хотелось, такие вещи обычно пугали больше всего.

— Я не хочу создавать проблемы.— А кто сказал, что ты проблема?

Она замолчала. Миша тоже. И почему-то именно эта фраза ударила сильнее остальных, не потому что была красивой, потому что была сказана совершенно обычным тоном.

Будто для него это очевидно. Будто мысль о том, что Аня может быть для кого-то обузой, вообще не приходила ему в голову.

Снег за окном становился всё сильнее, фонари размывались в белой пелене.

Аня смотрела на улицу и понимала, что ей совершенно не хочется возвращаться в квартиру, где каждый вечер приходилось быть осторожной.

Не хочется слушать шаги в коридоре, не хочется гадать, в каком настроении сегодня Денис, не хочется снова чувствовать себя чужой в месте, которое когда-то называла домом.

Впервые за долгое время выбор казался таким простым, именно поэтому таким страшным.

— Только чай действительно хороший? - неожиданно спросила она.

На лице Миши медленно появилась улыбка.

— Настолько хороший, что ты забудешь про кофе.— Не перегибай.— Ладно. Я увлёкся.

Аня тихо рассмеялась и впервые за весь вечер почувствовала, что напряжение понемногу отпускает.

— Хорошо.— Хорошо? - Миша моргнул.— Хорошо.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. А потом он улыбнулся так искренне и тепло, что у неё почему-то снова сбилось дыхание.

И впервые мысль о том, что сегодня она поедет не домой, не вызывала чувство вины.

Наоборот.

Она вызывала облегчение.