Полумрак кофейни

Несколько секунд Аня просто смотрела на экран. Сон как рукой сняло. В пустой кофейне внезапно стало слишком тревожно. Она даже не сразу решилась взять телефон в руки.

Глупо, всего лишь сообщение, но почему-то внутри появилось странное волнение. Палец коснулся экрана.

На заблокированном экране высветилось имя.

Денис.

Улыбка исчезла так быстро, что Аня сама это почувствовала. Она ещё несколько секунд смотрела на уведомление, будто надеялась, что ошиблась, но нет.

Сообщение было от него.

—Ты где?

Всего два слова. Без злости. Без обвинений, и именно это почему-то пугало сильнее. Она положила телефон рядом с собой и закрыла глаза.

Хотелось не отвечать, хотелось просто оставить всё как есть, хотя бы одну ночь. Одну ночь без объяснений.

Телефон снова завибрировал. Ещё одно сообщение.

—Аня.

Она медленно выдохнула. Раньше она бы уже начала оправдываться, написала бы длинное сообщение, объяснила бы, почему ушла, где находится, почему не предупредила, как будто была обязана отчитываться за каждый свой шаг. Но сейчас пальцы зависли над экраном.

И впервые за долгое время она задала себе вопрос:

А почему я должна?

Она смотрела на эти две строчки и чувствовала, как внутри борются две разные части неё.

Одна — привычная, та, которая боялась, которая знала, чем заканчиваются его плохие дни, которая шептала: «Лучше не зли его».

И другая, новая, тихая, та, которая сегодня сама закрыла дверь,сама пришла сюда, сама выбрала место, где ей спокойно.

Аня медленно открыла переписку.

Начала писать. Стерла. Снова написала. И наконец отправила:—Я не хочу сейчас говорить.

Она отложила телефон рядом с собой. Тишина снова вернулась, но теперь она была другой. Не пустой, свободной.

Через минуту экран снова загорелся.

Она посмотрела на сообщение, но не открыла.

Впервые за долгое время ей не хотелось бросать всё и бежать, чтобы кому-то стало спокойнее.

Телефон снова завибрировал. Аня уже почти не хотела смотреть, она устала от сообщений, от ожидания, от того, что каждый звук заставлял её напрягаться, но когда на экране появилось другое имя, дыхание само стало спокойнее.

Миша.

Она открыла сообщение.

—У меня важный вопрос.

Она невольно улыбнулась.

—Какой?

Ответ пришел почти сразу.

—Я понял, что проиграл спор про чизкейк.

Аня нахмурилась.

—Ты серьезно написал мне ночью из-за этого?

—Нет,

—Но звучит, как хорошая причина.

Она тихо усмехнулась.

—И какая настоящая?

—Ты странно попрощалась сегодня. Показалось, что ты вроде рядом, но мыслями далеко.

Она перечитала сообщение. Слишком точно, слишком внимательно.

—Я сейчас здесь.

Ответ пришел мгновенно.

—Где "здесь"?

Она замерла. На секунду, две. Можно было сорвать, сказать, что дома, что все хорошо, закрыть тему, как обычно, но почему-то не хотелось.

—В кофейне :)

На экране появились три точки, изчерли, и снова появились.

—Ты серьезно?

—Да.

—Одна? Я еду.

—Зачем?

—Потому что ты сидишь ночью, одна, в зактырой кофейне, и мне кажется, что это не самый веселый вечер в твоей жизни.

Аня смотрела на экран, и почему-то именно от этой простой фразы стало тяжело в груди.

Не плохо, просто непривычно. Кто-то заметил, и не потребовал ничего взамен.

Она положила телефон рядом и посмотрела на часы. Теперь ждать стало сложнее. Каждая минута тянулась слишком долго. Она попыталась заняться чем-нибудь.

Убрала пару чашек, которые и так стояли ровно, протёрла стойку, проверила кассу, хотя знала, что сегодня уже ничего не будет.

Просто не хотелось сидеть и смотреть на дверь,но через несколько минут всё равно посмотрела. Именно в этот момент колокольчик над дверью тихо звякнул.

Аня замерла. На секунду сердце сжалось.

Привычка, страх, ожидание чего-то плохого, но вместо этого в дверях стоял Миша.

Волосы растрёпаны от ветра, куртка застёгнута кое-как, он оглядел пустую кофейню, потом её.

— Надеюсь, ты понимаешь, насколько подозрительно выглядит ситуация, когда человек работает в кофейне и приходит туда ночью без работы.

Аня не удержалась и улыбнулась.

— Ты приехал только ради этой шутки?— Нет.

Он поднял стаканчики.— Ещё ради этого.— Ты купил кофе?— Да.— В мою кофейню?—Да.— Ночью?— Да.

Он пожал плечами.

— Видишь? Я умею принимать странные решения.

Аня тихо рассмеялась, и только потом поняла. Она смеялась. После всего,после тяжёлого вечера, после того, как думала, что больше не сможет.

Миша подошёл ближе и протянул ей стакан.

— Держи.

Она взяла его. Их пальцы случайно соприкоснулись. На этот раз никто не сделал вид, что не заметил, но и никто не отдёрнул руку.

— Твой любимый? - спросила Аня, глядя на стакан.— Надеюсь.— Ты даже не спросил.— Я рискнул.— Смело. - Она подняла бровь.— Очень.

Он сел на стул возле стойки, не напротив, а рядом, будто они просто продолжали тот вечер, будто это было нормально.

Несколько секунд они молчали, но это молчание не давило.

— Хочешь рассказать?

Вопрос был тихим. Без давления. Аня посмотрела в свой стакан. И впервые за долгое время ей не захотелось сказать: «всё нормально». Потому что это было неправдой.

— Не знаю.— Тогда не рассказывай. - Миша кивнул.— Вот так? - Она посмотрела на него.— Ага. - Он сделал глоток кофе. — Иногда человеку нужно не рассказывать. Иногда человеку нужно просто посидеть и понять, что он всё ещё здесь.

Аня замерла, потому что это было именно то, чего ей не хватало. Не советов, не решений, просто кого-то рядом.

Она опустила взгляд и тихо сказала:

— Спасибо, что приехал.— Не за что. - Миша улыбнулся.

Пауза.

— Хотя... - Он задумался. — Можешь официально записать мне один балл.— За что?— Я всё-таки доказал, что чизкейк не единственное, что может сделать вечер лучше. - Он посмотрел на неё.

Аня закатила глаза, но улыбку скрыть не смогла, и Миша это заметил.

Перед тем как лечь, Аня ещё несколько раз пыталась убедить Мишу, что всё нормально, что он может ехать домой, что ему завтра тоже рано вставать, что она справится.

Он выслушал всё это молча, а потом просто посмотрел на неё.

— Ты сейчас пытаешься выгнать человека, который приехал к тебе ночью с кофе?

Аня открыла рот, чтобы ответить, но не нашла что сказать, потому что звучало это действительно глупо.

— Я просто не хочу доставлять неудобства.— Аня. - Миша только усмехнулся.

Она подняла взгляд.

— Иногда люди делают что-то не потому, что их заставили.

Эта фраза почему-то застряла в голове. После этого они выключили основной свет, закрыли дверь кофейни на ключ и проверили замок дважды, будто весь остальной мир остался где-то снаружи.

Внутри было тихо, спокойно, безопасно.

На складе находился старый диван, который обычно использовали сотрудники во время длинных смен. Он был не самым удобным, но сейчас казался лучше любой кровати.

— Ложись, — сказал Миша.— А ты?— Я переживу одну ночь без пятизвёздочного обслуживания.— Очень смешно.— Я старался.

Аня устало улыбнулась. Сон накрыл её быстрее, чем она ожидала. Сначала она просто закрыла глаза, собираясь «немного полежать». Потом перестала слышать, о чём говорил Миша. Через несколько минут её дыхание стало ровным.

Миша понял это не сразу. Он ещё какое-то время продолжал сидеть, думая, что она просто молчит, но потом посмотрел вниз. Аня уже спала.

Она лежала вдоль дивана, свернувшись чуть боком, подтянув колени к себе, её голова оказалась у него на коленях, наверное, она сама не заметила, как устроилась так удобнее.

Плед, который они нашли, был слишком маленьким. Он закрывал только половину её тела, оставляя ноги чуть открытыми. Аня во сне недовольно нахмурилась и тихо что-то пробормотала. Потом снова фыркнула, пытаясь натянуть плед на себя.

Миша посмотрел на это и едва сдержал улыбку.

— Даже во сне споришь, - тихо сказал он.

Конечно, ответа не было. Только ещё один маленький недовольный звук. Он осторожно поправил плед, накрыв её лучше, но полностью всё равно не получалось. Миша вздохнул и покачал головой.

— Вот же проблема века.

Он не заметил, как прошло время, просто сидел в полумраке маленькой кофейни, слушал её спокойное дыхание, иногда машинально поправлял край пледа, когда она снова начинала ворочаться, и каждый раз, когда она тихо фыркала во сне, на его лице появлялась улыбка.

Потому что она наконец-то выглядела спокойной. Не той улыбкой, которую она заставляла себя показывать, настоящей. И только ближе к утру Миша позволил себе закрыть глаза. Но даже тогда он старался не двигаться, чтобы случайно её не разбудить.