слишком нормально

Сначала это было просто ощущение.

Неприятное.

Липкое.

Как будто что-то не так, но никто не хочет это вслух сказать.

Они сидели во дворе, как обычно. Та же лавочка, те же лица, тот же шум. Музыка играла с телефона, Яна смеялась над какой-то тупой шуткой Гены, Никита лениво листал что-то в телефоне, Даня спорил с Филом о какой-то ерунде.

И среди всего этого — Аня.

С Максом.

Слишком рядом.

Слишком спокойно.

Она сидела почти вплотную к нему, её колени касались его ноги, его рука лежала у неё на талии так, будто это давно стало нормой. Она что-то тихо ему говорила, он наклонялся ближе, отвечал, и она улыбалась.

Настояще.

Легко.

Без напряжения.

И это раздражало.

Сначала немного.

Потом сильнее.

Потом...

Никита первым не выдержал.

— Слушай, а тебе вообще нормально?

Аня даже не сразу поняла, что это к ней.

Она повернула голову, нахмурилась:

— В смысле?

— В прямом, — он убрал телефон. — Ваня пропал, а ты как будто... ну, ничего не произошло.

Тишина чуть просела.

Яна перестала смеяться.

Фил перевёл взгляд.

Даня замолчал.

Макс чуть напрягся, но ничего не сказал.

Аня посмотрела на Никиту.

Долго.

— И?

— И всё, — он пожал плечами. — Это странно.

Она усмехнулась.

— Серьёзно?

— Да.

— А должно быть как?

— Ну... не знаю, — он замялся. — Хотя бы не так.

— Не так — это как? — голос стал холоднее.

— Ань, ты понимаешь, о чём я.

— Нет, — резко. — Не понимаю.

Пауза.

— Он просто исчез, — добавил Никита. — И тебе вообще похуй?

— Да, — сразу.

Слишком быстро.

И это прозвучало жёстко.

Слишком.

Яна нахмурилась:

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно.

— Ань... — тихо начала Лена.

— Что "Ань"? — она повернулась к ней. — Вы что от меня хотите вообще?

— Мы хотим понять, — сказал Фил. — Это ненормально.

— Да что именно ненормально?! — голос начал повышаться.

— Твоё поведение, — спокойно ответил Даня.

Она резко повернулась к нему:

— Моё поведение?

— Да.

— А его, значит, нормальное было?!

Тишина.

Секунда.

— Нет, — сказал Никита. — Но сейчас речь не об этом.

— Конечно не об этом, — усмехнулась она. — Потому что удобно обвинить меня.

— Никто тебя не обвиняет, — сказал Фил.

— Обвиняете!

Она встала.

Резко.

Макс посмотрел на неё снизу вверх:

— Ань...

— Нет, подожди, — она махнула рукой. — пусть скажут.

Пауза.

Никита вздохнул:

— Мы просто говорим, что тебе вообще похуй стало.

— А должно не быть?

— Он тебе не чужой человек.

— Уже чужой.

Тишина.

Слова повисли в воздухе.

Тяжёлые.

Неприятные.

— Быстро ты, — тихо сказала Яна.

Аня посмотрела на неё:

— Что?

— Переключилась.

— Я не переключалась!

— Да ладно?

— Да!

— А выглядит иначе, — добавил Гена.

— Да мне похуй, как это выглядит!

— Это видно, — пробормотал Даня.

— О, конечно, ты же у нас эксперт, — резко бросила она.

— Ань, ты сейчас реально перебарщиваешь, — сказал Фил.

— Я перебарщиваю?!

Она засмеялась.

Нервно.

— Серьёзно?

— Да.

— Нет, это вы перебарщиваете!

Она обвела их взглядом.

— Вы лезете туда, куда вас не просили!

— Потому что нам не похуй! — резко сказал Никита.

Тишина.

Сильная.

— А мне похуй, — ответила она.

И в этот момент что-то окончательно треснуло.

— Тогда иди нахуй, — спокойно сказал Гена.

Все резко повернулись к нему.

— Чё? — Аня шагнула вперёд.

— То, что слышала.

— Ты сейчас серьёзно?

— Более чем.

Он встал.

Смотрел прямо на неё.

— Если тебе реально похуй — тогда иди и живи с этим.

— Да ты вообще кто такой—

— Я тот, кто видел, как вы оба друг за друга держались, — перебил он. — а теперь ты делаешь вид, что ничего не было.

Тишина.

— Потому что мне так проще! — резко выкрикнула она.

И вот это было честно.

Впервые.

Все замолчали.

Даже она сама.

Потому что сказала это не подумав.

— Проще? — тихо повторила Лена.

Аня закрыла глаза на секунду.

Сжала кулаки.

— Да.

Голос стал тише.

Но напряжённее.

— Проще.

Пауза.

— Потому что если я начну думать — мне будет хуже.

Никто не ответил.

— Он сам всё испортил, — добавила она. — сам.

— Возможно, — сказал Никита. — но это не делает тебя правой сейчас.

— А я и не пытаюсь быть правой!

— Тогда что ты делаешь?

Тишина.

Она не знала.

И это бесило.

— Я живу дальше, — наконец сказала она.

— Вот так? — кивнул Гена в сторону Макса.

Пауза.

Аня посмотрела на Макса.

Потом снова на них.

— Да.

— Быстро, — снова сказала Яна.

— Да отъебитесь вы от меня!

Голос сорвался.

— Это моя жизнь!

— Да никто не спорит, — сказал Фил. — просто не делай вид, что ничего не было.

— Я не делаю вид!

— Делаешь.

— Нет!

— Да!

— Блять!

Она резко отвернулась.

Руки дрожали.

Сильнее, чем хотелось бы.

Макс встал.

Подошёл ближе.

— Ань, успокойся.

— Не надо, — она отдёрнула руку.

— Я просто—

— Я сказала не надо!

Тишина.

Все смотрели.

Она стояла, тяжело дыша.

Глаза блестели.

Но не от злости.

От чего-то другого.

— Вы заебали, — тихо сказала она. — честно.

Пауза.

— Я не обязана страдать только потому, что он исчез.

Никита посмотрел на неё:

— Никто не просит тебя страдать.

— Тогда что?

— Быть честной.

Тишина.

— С собой.

И это попало.

Сильно.

Она ничего не ответила.

Потому что не могла.

Потому что если начнёт — всё посыпется.

А она не хотела.

Не сейчас.

— Пойдём, — тихо сказал Макс.

Она кивнула.

Не глядя ни на кого.

Развернулась.

И пошла.

Он — за ней.

Они ушли вдвоём.

Без слова.

Оставив остальных в тишине.

Первым заговорил Гена:

— Пиздец.

Никита провёл рукой по лицу:

— Это плохо закончится.

— Уже плохо, — сказал Фил.

Яна молчала.

Смотрела туда, куда ушла Аня.

— Она не забыла, — тихо сказала она.

— Тогда почему ведёт себя так? — спросил Даня.

Пауза.

— Потому что боится вспомнить.

Тишина снова легла на двор.

Тяжёлая.

Неприятная.

И каждый понимал:

это только начало.

А не конец.

Потому что слишком много осталось несказанного.

И слишком много людей,

которые делают вид,

что всё нормально.

Хотя на самом деле

уже давно нет.