Запах предательства

Вечер в университетском лофте пах дорогим парфюмом, смехом и уютом, пока в комнату не вошел Сунбин. В руках он сжимал телефон, а на лице застыла маска «искреннего сожаления».

Минхо сидел на диване, лениво перебирая струны гитары. Ему был 21, он был на пике своей силы, и его запах — терпкий горький кофе — заполнял пространство спокойствием. Он ждал Джисона, своего 19-летнего омегу, который должен был прийти с репетиции.

— Хён… я долго не решался, — голос Сунбина дрогнул. — Но я больше не могу смотреть, как он вытирает о тебя ноги.

Минхо замер. Гитара издала фальшивый звук.— О чем ты, Сунбин?

— Джисон. Я видел его сегодня в торговом центре. Не одного, — Сунбин протянул телефон. — С каким-то альфой из танцевальной студии. Они… они зашли в кабинку в туалете вместе, Минхо. Вот фото, как они выходят, поправляя одежду.

Минхо выхватил телефон. На зернистом снимке действительно был Джисон — его Джисон, в той самой объемной толстовке, которую Минхо подарил ему на годовщину. Рядом стоял высокий незнакомый альфа, приобнимая омегу за плечи.

В ту же секунду мир Минхо взорвался.

Кровь ударила в голову. Запах кофе в комнате мгновенно сменился на удушающую, жгучую гарь. Это был запах ярости высшего альфы, от которой у присутствующих в комнате бет перехватило дыхание.

В этот момент дверь открылась. На пороге стоял Джисон. Его щеки раскраснелись от мороза, а в глазах светилась та самая нежность, которую Минхо раньше считал святой. Ему было всего 19, он светился счастьем, прижимая к груди пакет с любимыми булочками Минхо.

— Хён, я пришел! Ты не поверишь, какая очередь была в…

Джисон не договорил. Пакет выпал из его рук, когда он встретился взглядом с Минхо. Это был не его Минхо. Это был хищник, готовый растерзать.

— Минхо-я? — голос омеги сорвался на шепот. — Почему от тебя так пахнет… больно?

Минхо медленно поднялся, и его аура альфы обрушилась на Джисона физическим весом, заставляя того пошатнуться.— Как ты смеешь называть мое имя своими грязными губами? — прошипел Минхо.

Он швырнул телефон в стену прямо рядом с головой Джисона. Экран разлетелся вдребезги.— Сунбин всё рассказал. И показал. Скажи мне, — Минхо сделал шаг вперед, его пальцы впились в плечи омеги так сильно, что наверняка останутся синяки, — он трахает тебя лучше, чем я?

Глаза Джисона расширились от ужаса.— О чем ты… какая измена? Минхо, это ошибка! Я был на репетиции, а потом…

Удар ладонью о стену заставил Джисона вскрикнуть.— Заткнись! — рявкнул Минхо. Его голос альфы заставил внутренности омеги сжаться в комок от инстинктивного страха. — С этого дня ты для меня пустое место. Я заберу у тебя всё: друзей, спокойствие, право дышать со мной одним воздухом. Ты будешь молить о прощении, но я не дам тебе даже шанса.

Джисон смотрел на Сунбина, который стоял за спиной Минхо и едва заметно, по-змеиному улыбался. Омега понял всё в одну секунду. Но когда он снова посмотрел на Минхо, он увидел там только лед и ненависть.

В этот момент в коридоре послышались шаги — это возвращались Бан Чан и Чанбин. Они еще не знали, что их привычный мир только что раскололся надвое.