Глава 94: Послевкусие победы

Прошло три месяца. Шрамы на лице города начали затягиваться лесами строительных кранов, а в академии UA, несмотря на все разрушения, снова зазвучал школьный звонок.

Сад академии UAВесенний воздух был прохладным и свежим. Ханаэ сидела на скамье в дальнем углу сада, там, где сакура только начинала сбрасывать свои нежно-розовые лепестки. Её руки больше не были забинтованы, но на предплечьях остались тонкие, едва заметные белые линии — память о том дне, когда «Малиновый импульс» выжег её каналы до предела.

Она прикрыла глаза, пытаясь вызвать хотя бы искру. Ничего. Пустота. Врачи сказали, что причуда может вернуться через годы, а может и никогда.

— Опять здесь киснешь, Сорняк? — резкий, но уже не такой колючий голос заставил её вздрогнуть.

Бакуго стоял на тропинке, засунув руки в карманы школьных брюк. Его походка стала увереннее, хотя он всё еще морщился, когда делал слишком резкие вдохи. Случай с «воскрешением» не прошел бесследно, но он тренировался как одержимый, чтобы вернуться в форму.

— Просто думаю о том, как тихо стало в голове, — ответила Ханаэ, слегка улыбнувшись. — Раньше я постоянно чувствовала чужие эмоции, чужую энергию. А теперь... только ветер.

Кацуки сел рядом, сохраняя между ними небольшую дистанцию, но так, чтобы их плечи почти соприкасались.

— Деку сегодня официально подтвердил, что остатки «угля» внутри него погасли, — нехотя произнес он. — Этот идиот теперь обычный человек.

— И как он? — тихо спросила Ханаэ.

— Как всегда. Улыбается, планирует стать учителем или помогать в разработке экипировки. Говорит, что быть героем можно и без причуды, — Бакуго фыркнул, но в этом звуке не было злобы. — А ты? Собираешься бросить учебу?

Ханаэ посмотрела на свои ладони. — Я думала об этом. Но когда я увидела, как вы с Деку шли до конца, даже когда ваши тела разваливались... Я поняла, что не могу просто уйти. Если я не могу быть щитом с помощью причуды, я стану им по-другому. Разработка защитных систем, медицина — я найду способ.

Кацуки молчал несколько секунд, глядя на падающие лепестки. — Не смей сдаваться. Если ты уйдешь, кто будет меня осаживать, когда я начну перегибать палку?

Ханаэ удивленно повернулась к нему. Бакуго не смотрел на неё, но кончики его ушей заметно покраснели. Это было самое близкое к признанию в чувствах, на которое он был способен.

Вдалеке, у главного корпуса, показался Изуку. Он помахал им рукой, сияя своей привычной широкой улыбкой. К нему подбежали Урарака и Иида, и весь А-класс снова собрался вместе — израненный, повзрослевший, но живой.

Ханаэ почувствовала, как Кацуки накрыл её руку своей. Его ладонь была горячей и сухой. Без взрывов, без искр — просто тепло живого человека.

— Идем, — буркнул он, поднимаясь. — Нас ждут.

Ханаэ встала вслед за ним. Мир изменился. Эпоха великих причуд и столетних войн закончилась, оставив после себя руины и надежду. Впереди была долгая жизнь, где героизм измерялся не силой взрыва или прочностью щита, а способностью просто идти вперед, когда всё вокруг рушится.

Они направились к друзьям. Солнце светило ярко, обещая, что завтрашний день обязательно наступит.