Глава 71: Город без теней

Юэй больше не была школой. Теперь это была крепость, окруженная колючей проволокой и толпами напуганных гражданских, которые искали защиты за её стенами. Но внутри «Heights Alliance» всё казалось вымершим. Письма Изуку, оставленные на столах, словно высосали из здания весь воздух.

Ханаэ стояла на тренировочной площадке за общежитием. Небо было свинцовым, а воздух — липким и холодным. Она пыталась активировать причуду. Маленькие искры малинового цвета срывались с её пальцев, но они были слабыми, нестабильными.

— Черт... — прошептала она, сжимая кулаки. — Давай же.

— Если будешь так тужиться, только вены лопнут, а толку не будет, — раздался хриплый голос из тени деревьев.

Кацуки вышел на свет. Он был в своей тренировочной одежде, которая висела на нем чуть свободнее, чем раньше. Он всё еще придерживал бок, когда делал резкие движения, но в его глазах горела та самая одержимость, которая пугала и восхищала одновременно.

— Ты видел новости? — спросила Ханаэ, опуская руки. — «Тартар» пал. Заключенные на свободе. Повсюду хаос.

— Мне плевать на новости, — Бакуго подошел ближе, его ладони едва заметно искрили. — Я знаю, где он. Он там, где больше всего дерьма. Этот идиот лезет в самое пекло, думая, что он единственный, кто может это остановить.

Он резко вскинул руку и выпустил небольшой взрыв. Звук эхом отразился от стен общежития. Бакуго поморщился от боли в груди, но не остановился.

— Ханаэ, он не просто ушел. Он решил стать мишенью. Всемогущий помогает ему, я уверен. Они используют Деку как приманку для Шигараки.

— Мы не можем сидеть здесь и ждать, когда его притащат по частям, Кацуки, — Ханаэ подошла к нему вплотную. — Класс разбит. Очако не выходит из комнаты, Иида пытается всех организовать, но у него самого руки дрожат. Нам нужно действовать.

Бакуго посмотрел на неё сверху вниз. В его взгляде не было привычного превосходства — только холодный расчет. — Твоя причуда. На сколько ты восстановилась?

— На двадцать процентов. Максимум тридцать, если использую остатки того, что накопила в больнице.

— Мало, — отрезал он. — Но достаточно, чтобы ты не сдохла в первой же подворотне. Завтра мы идем к учителям. Если они не скажут, где он — мы найдем его сами. Я не дам ему сдохнуть мучеником.

Вечером Ханаэ зашла в комнату Изуку. Дверь была не заперта. Внутри всё осталось так, как было: плакаты со Всемогущим, стопки тетрадей, запах старых кроссовок и чистого белья. Но без самого Изуку эта комната казалась музеем ушедшей эпохи.

Она присела на его кровать и снова открыла письмо. «Моя причуда подвергает вас опасности...»

— Дурак ты, Изуку Мидория, — тихо сказала она. — Ты думаешь, что твоя причуда — это проклятие, но для нас проклятие — это смотреть, как ты ломаешь себя в одиночку.

В этот момент в дверь постучали. Это был Шото. Он выглядел спокойнее остальных, но это было спокойствие человека, который уже всё для себя решил.

— Мы собираемся в гостиной через десять минут, — сказал он. — Весь класс. Мы не будем ждать приказов. Мы будем искать способ вернуть его.

Пока они совещались в общежитии, по зашифрованным каналам героев начали приходить первые сообщения. Неизвестный мститель в обрывках костюма героя, покрытый грязью и кровью, за одну ночь нейтрализовал банду беглых преступников в пятом секторе.

Свидетели описывали его как «монстра с зелеными искрами», который не произнес ни слова. Он не улыбался. Он не позировал камерам. Он просто исчезал в тенях, прежде чем полиция успевала прибыть.

Бакуго, стоя у окна гостиной и слушая перехваты раций, сжал кулак так, что костяшки побелели. — Он уже там... Начал свою игру в бога.

Ханаэ встала рядом, чувствуя, как внутри неё, вопреки слабости, начинает разгораться настоящий пожар. Не тот, что давал ей Даби, а её собственный. Малиновый огонь решимости.

— Мы вернем его, Кацуки. Чего бы нам это ни стоило. Даже если нам придется драться с ним самим.

Бакуго хмыкнул, и в этом звуке впервые за долгое время прозвучал вызов. — О, я на это очень надеюсь. Я давно хотел вправить ему мозги.