33

Ханбель проскользнула в дверь, натянув глубокий капюшон оверсайз-худи. Волосы теперь были угольно-черными, а в нижней губе поблескивал свежий серебряный лабрет. Услышав шаги Намджуна, она попыталась боком просочиться мимо него в сторону ванной.Намджун, даже не отрываясь от телефона, просто вытянул руку и остановил её за капюшон, как котенка. Ханбель начала забавно дрыгаться, пытаясь вырваться, но из-за их разницы в росте её ноги едва касались пола. — Куда это мы так спешим, «незнакомка»? — усмехнулся он, разворачивая её к себе.Капюшон спал. Намджун замер, рассматривая новый имидж жены. Черные волосы подчеркивали бледность её кожи, а прокол придавал ей дерзкий, почти рокерский вид.— Милая, мы женаты 4 года, я тебя всё равно знаю, — сказал он, отпуская худи и внимательно изучая её лицо. — Я думала, ты скажешь, что я глупо выгляжу для жены лидера... — виновато пробормотала она, закусив губу — Милая, теперь вспомни мои прически во время дебюта, — Намджун рассмеялся, притягивая её за талию. — Очки, ирокезы, начесы... Твой образ — это еще цветочки. Ты выглядишь слишком горячо. Может, проверим прокол?Он не дал ей опомниться — притянул к себе и поцеловал, очень нежно и аккуратно, обходя место прокола, но властно заявляя свои права на эту новую «бунтарку».После поцелуя он прошел к дивану и снова посадил её к себе на колени, обнимая так, что она чувствовала каждое его движение. — И всё же, — вкрадчиво спросил он, — откуда такая внезапная тяга к металлу? — Ну... — Ханбель уткнулась носом в его шею, понимая, что скрывать правду бесполезно. — Я пошла с Чонгуком за компанию... Он сказал, что это добавит мне «вайба», а я просто не смогла вовремя остановиться.Намджун на секунду замолк, а потом его плечи затряслись от смеха. — Чон Чонгук... Я так и знал. Младший плохо на тебя влияет! Теперь у меня дома две «рок-звезды». — Ты злишься? — она с надеждой заглянула ему в глаза. — Злюсь? Хани, я подумываю, не сделать ли мне ответный пирсинг, чтобы мы гармонировали на следующей премии, — он ущипнул её за бок, заставляя пискнуть. — Но пока что ты наказана: весь вечер сидишь на моих коленях и не смеешь снимать эту рубашку.