5

Кухня в апартаментах Намджуна, утро после Рождества. Ща За окном медленно падает снег, в колонках тихо играет джаз. Пахнет свежезаваренным кофе и корицей.Намджун стоит у плиты, сосредоточенно пытаясь приготовить идеальный омлет для Ханбель. На нем домашний свитер оверсайз, который делает его образ невероятно мягким. Ханбель бесшумно заходит в кухню. На ней его огромная белая футболка, которая доходит ей почти до колен. Она подходит к нему со спины, на мгновение замирает, а затем обнимает его, прижавшись щекой к его широкой спине и сцепив пальцы у него на животе. Намджун накрывает её ладони своими, прикрывая глаза от удовольствия. — Доброе утро, Хани, — нежно произносит он, используя это новое, только их личное прозвище.Ханбель мгновенно вспыхивает, пряча лицо между его лопаток. — Ну хватит... — бубнит она в его спину. — Мы договаривались не называть меня так при свете дня.— Ну уж нет, — Намджун оборачивается в её кольце рук, заставляя её поднять голову. Он лукаво улыбается, его ямочки становятся глубже. — Ты такая милая, когда смущаешься. Моя маленькая Хани. Ханбель в шутку пытается оттолкнуть его, но он лишь крепче прижимает её к себе, целуя в кончик покрасневшего носа.Небольшой частный кинотеатр в тихом районе Сеула.Чтобы избежать камер Dispatch и толп фанатов, Намджун арендовал зал на ночной сеанс.Оба в кепках, объемных шарфах и очках. Они выглядят как обычные студенты, если не присматриваться к их идеальным чертам лица. Они выбрали старую классическую мелодраму. В зале темно, пахнет карамельным попкорном. В зале работает кондиционер, и Ханбель едва заметно поеживается. Намджун, не говоря ни слова, снимает свой пиджак и бережно укутывает её плечи, а затем переплетает свои пальцы с её рукой. — Тебе тепло? — шепчет он ей на ухо. Ханбель кивает, кладя голову ему на плечо. Она чувствует себя в полной безопасности — чувство, которое она почти потеряла после нападения сталкера, теперь вернулось к ней стократно благодаря ему.Ханбель начала немного кашлять — сказался холодный воздух на улице.Намджун тут же меняется в лице. Его «режим защиты» включается мгновенно.Он дотягивается до заднего сиденья, достает термос с имбирным чаем и заставляет её сделать несколько глотков. — Я же говорил, что нужно было надеть более длинное пальто, — ворчит он, но в его голосе нет злости, только бесконечная тревога. — Завтра я сам привезу тебе витамины. И никаких репетиций до позднего вечера, Хани. Я серьезно. Она смотрит на его серьезный профиль, на то, как он уверенно держит руль, и чувствует, что готова слушать его ворчание вечно. — Ты слишком много обо мне заботишься, — улыбается она. — А как иначе? — Намджун на светофоре переводит на неё серьезный, глубокий взгляд. — Ты — самое ценное, что у меня есть. Я не могу позволить даже легкому сквозняку коснуться тебя.Они подъезжают к дому. Намджун провожает её до самой двери— Нам предстоят большие новогодние концерты, — говорит он, прощаясь у двери. — Мы будем на одной сцене, Ханбель. Весь мир будет смотреть на нас, но никто не будет знать, что под этим снегом на сцене... я буду думать только о том, как поскорее забрать тебя домой.Ханбель притягивает его за край шарфа и оставляет быстрый поцелуй на его щеке. — Я буду ждать этого момента больше всего на свете, — шепчет она, прежде чем скрыться за дверью, оставив Намджуна стоять в коридоре с глупой и счастливой улыбкой влюбленного парня.